Лакомство Зверя (СИ)

Перед моими глазами вспыхнуло, и мое тело снова загорелось огнем. Я закричала от боли.
* * *
Идан
Мирослава закричала, и я обнял ее. Как бы хотел забрать ее боль себе, но не мог. Это было не в моих силах.
Когда к месту подъехали остальные, я отдал девушку Шестому, а сам обратился в зверя. Торн тоже обратился и последовал за мной в дыру, которую я проделал в воротах голыми когтями. Анна осталась на прикрытии.
Мой зверь кристально чисто помнил запах Маргариты. И я бежал по ее следу. Откуда-то сверху по нам открыли огонь, но уже спустя несколько секунд я услышал как меч Анны рассекает стылый воздух, и расстрел прекратился.
Вместе с Торном мы вбежали в здание военной базы и ринулись по темному коридору. Из глубины до нас доносился женский крик и рев монстров.
У меня было плохое предчувствие. И оно меня не подвело.
Мы с Торном выбили железную дверь, та слетела с петель, но этот проход все равно был маленьким для нас. Пришлось разносить стену. Кирпич полетел в разные стороны, поднимая облако пыли. Еще мгновение и мы вбежали в огромный зал.
По центру на каменном постаменте извивалась связанная Маргарита. Ее истошный крик эхом отскакивал от кирпичных стен и заполнял зал.
В два прыжка я оказался в кругу, начертанном кровью на полу. Раскидал людей в темных мантиях, опрокинул подсвечники.
Торн кинулся куда-то наверх, где я ощущал запах обращенного. Там разразилась серьезная схватка.
Фигуры в мантиях стали подниматься с пола и превращаться в монстров. Все как один, уродливых, вонючих монстров. Позади них, в темном углу я увидел профессора Зверева. Тот крикнул, что освободит Маргариту, и это единственное, что я успел услышать, потому что в мой бок вонзились клыки. Я зло прорычал и накинулся на атаковавшего меня монстра.
Вокруг было много крови, как чужой, так и моей. Повсюду валялись оторванные мною конечности монстров. Я вытащил клыки из шеи чудовища, похожего на какого-то кабана, и осмотрелся. Торна не было видно. Тогда я прорычал, взывая к другу. Его утробный вой послышался сверху, свидетельствуя о том, что он жив.
Я бросился к профессору. Тот суетился над Маргаритой, которая продолжала кричать и бить рукам и ногами по полу, невольно задевая Змеева. Я прорычал, зная, что он поймет, о чем пытаюсь его спросить.
— Начался ритуал, и чтобы она выжила, ей нужна кровь Мирославы, — ответил профессор. — По-другому никак. Ничего не помогает.
Он ввел иглу в шею девушки, выдавливая лекарство. Закончив, отбросил шприц в сторону.
— Это должно успокоить ее боль, — сказал он и посмотрел на меня.
И только сейчас я понял, о чем однажды мне говорил Торн. От профессора тянуло опасностью, как от истинного хищника.
— Мирослава здесь? — спросил он. — Нужна ее кровь.
Не выдержав, я обернулся обратно в человека, схватил профессор за шею и впечатал в стену.
— Что с ней⁈ — прорычал ему в лицо.
— Я же сказал, ритуал.
— Что за ритуал?
— По открытию врат Бездны. Маргарита сейчас является этими самыми вратами, но в ней есть лишь толика темной силы, и этой силы не хватит, чтобы ни их закрыть, ни продолжать держать открытыми. — Профессор запинался, но я внимал каждому его слову. — Если в нее перелить часть крови Мирославы, тогда можно будет закрыть врата.
Крарх! Я не мог доверять этому уроду. Но и не знал, что делать.
Откинув профессора в сторону, я подошел к Маргарите. Она больше не билась в конвульсиях, лежала спокойно. Но тело девушки было красным, словно она искупалась в кипятке, а ее вены стали желтыми, как-будто по ним бежала раскаленная лава.
Единственная идея, пришедшая в голову, была безумной. Но я не мог не попробовать.
Магических способностей у меня не было, поэтому ведьма дала мне кристалл. И с его помощью я мог открыть прямой портал в Бездну. А как известно, с Темной Богиней можно заключить сделку.
И сейчас мне нужно было спасти Маргариту. Но рисковать при этом Мирославой я не желал. Чем дальше она находится от этого места, тем лучше. Сейчас с ней были Пушистик и Анна.
 
Эти мысли успокоили меня и предали решимости.
Сорвал с шеи изумрудный кристалл, распорол острым углом свою вену. Хлестнула кровь.
— Если Мирослава однажды застрянет в мире Бездны, а нас не окажется рядом, есть один способ попасть туда тебе одному.
Голос ведьмы звучал в голове, пока я вокруг себя на полу выводил своей же кровью древние символы. Когда последнее начертание было готово, все символы вспыхнули ярким светом, ослепляя меня. Я сжал кристалл в кулаке, превратив его в крошку. И реальность перевернулась.
* * *
Мирослава
Когда боль отпустила, я поняла, что-то не так, и принялась стучать по стеклу флайта. Пушистик запер меня в салоне для подстраховки, а сам стоял снаружи. Я забарабанила по тонированному стеклу сильнее. Но на меня не обращали внимания.
Разозлившись, я выпустила тьму. Черный туман просочился в самые тонкие щели, а в следующий миг замок щелкнул. Я вывалилась наружу и помчалась вперед.
— Мисс, вы куда? — пробасил Пушистик.
Оборотень попытался схватить за руку, но мой верный помощник-туман завился вокруг, создавая защитный кокон. Именно он не позволил Пушистику прикоснуться ко мне.
— Видишь, я сама могу за себя постоять, — бросила я ему через плечо, не останавливаясь ни на секунду.
По пути к зданию мне встретилась Анна. Тоже попыталась остановить, но и тут туман не подвел. Я бежала со всех ног. В голове набатом шумел учащенный пульс, а под ногами хрустел свежевыпавший снег.
Анна и Пушистик догнали меня у входа в постройку, и по темному коридору мы двигались вместе. Анна была впереди, потом я, а Пушистик замыкал нашу цепочку.
— Они там, — сказала черноволосая, когда мы оказались возле разрушенного входа. Женщина сверкнула глазами и обратилась ко мне: — Подожди тут, я проверю.
Анна вскинула меч и пропала за углом. Я отсчитывала секунды, готовая броситься на помощь сестре. Время тянулось жестоко медленно. Ничего не происходило. Но потом Анна выглянула в коридор и скомандовала:
— За мной!
Признаться, я и не представляла, что ждет меня впереди, поэтому пулей влетела в разбитый проход. Но тут же остановилась. Мое сердце провалилось на дно желудка.
В этом месте были одни лишь трупы. Кровь, мясо, кости, снова кровь и дикая вонь, на которую мой организм откликался рвотным рефлексом. У дальней стены я заметила мужчину в белом халате, а рядом с ним — сестру.
— Марго!
Я подбежала к ней, лежащей на полу, и ужаснулась. Кожа сестры была покрыта ожогами, а вены светились желтизной.
— Что с ней? — упав на колени, я склонилась к Марго.
Прикасаться к ней побоялась — вдруг сделаю больней, чем уже есть.
— Сгорает, — ответил знакомый голос.
Я подняла взгляд и увидела профессора Змеева.
— Вы! Что вы с ней сделали? — подскочив на ноги, я набросилась на профессора с кулаками. Туман шлейфом тянулся за мной.
— Хочешь ее спасти? — спросил господин Змеев, выдерживая мои удары кулаками и не пытаясь даже остановить.
— Как?
— Ей нужна твоя кровь.
— Нет! — в один голос прорычали Анна и Пушистик.
Но меня уже было не остановить.
У нас ушло несколько минут на то, чтобы приготовить все необходимое. Потом я села рядом с сестрой и ввела иглу в свою вену. Кровь быстро заструилась по трубке.
Я не спускала глаз с Марго, наблюдая за каждым малейшим изменением в ней. Постепенно ее кожа стала розоветь, а потом красный оттенок и вовсе растворился в привычном молочном цвете. Сестра начала походить на саму себя.
Тем временем в зале появились несколько ведьм во главе с госпожой Лавардой.
— Где Идан и Торн? — первое, что спросила она.
Профессор Змеев стал пересказывать произошедшее. Старшая ведьма дослушала его и твердо произнесла: