Лакомство Зверя (СИ)

— Гроза, — тихо уточнил я, втягивая носом влажную свежесть, которой пропитался студеный воздух улицы.
За время, проведенное на балконе, я все же смог подавить зверя и вновь обрел контроль над своим телом и разумом. Кровь более не кипела в венах, а зверь сидел тихо, признав несгибаемую силу моей воли.
Студеный северный ветер принес резкую смену температуры. Животным нутром я чувствовал, что грядет сильная буря. Птицы уже утихли, спрятавшись в кронах деревьев и в выступах высоток.
Морозные потоки ветра, смешанные с первыми каплями дождя, били в лицо. Маргарита поморщилась, убирая с лица непослушные локоны, и сказала:
— Наверное, у тебя возникло много вопросов.
Я пожал плечами.
Это было очевидно. Однако не рассчитывал, что Маргарита посвятит меня в семейные тайны, поэтому промолчал. В любом случае, я собирался узнать обо всем сам, даже догадывался откуда стоит начинать поиски. А с уникальным умением Анны добывать секретные сведения не сомневался, что рано или поздно все сокрытое станет явным.
Маргарита задумчиво посмотрела на меня. Несколько мгновений мы молчали, глядя на город, готовищийся ко сну, и темное небо, в дали которого уже сверкали молнии и тихими раскатами гремел первый гром.
— Думаю, нет смысла скрывать от тебя правду, — произнесла она и тяжело вздохнула. — Но сначала предлагаю выпить.
— Я не против.
***
Столица Бервест, Третий квартал, Элитный Спальный Комплекс
Мирослава
Я стремительно падала в пропасть.
Ядовитый страх сочился по венам, заставляя сердце с силой колотиться о ребра, казалось, оно вот-вот пробьет грудную клетку, и я умру. Чернильная тьма густым туманом обволакивала пространство и проникало в рот, нос, уши. Я дышала ею — наполняла себя чернотой самой бездны. От этого мышцы сводило болезненными спазмами, живот скручивало по спирали, горло будто стягивали жгутами, а глаза наполнялись солеными, едкими слезами. Они скользили по щекам, обжигая кожу. В голове сиреной гудел высокий женский голос. Этот звук давил на ушные перепонки, и те в любой момент могли разорваться от напряжения.
Кажется, я медленно умирала. Признаться, мне этого очень хотелось. Хотелось, чтобы жуткая боль наконец отпустила тело.
Секунды смешались с минутами, верх — с низом, и я перестала понимать, где нахожусь. Боль стала невыносимой, она ослепляла эмоции, затмевала мысли. А потом я услышала шум воды…
Удар сердца, и в следующий миг я упала в ледяную воду. Тысячи острых игл вонзились в кожу, покрывая каждый ее сантиметр.
Женский голос прекратил гудеть в голове, сознание окутала долгожданная тишина. Мерзлая вода продолжала обжигать кожу, и вместе с этим она выжигала черноту из моего тела, и когда холод стал почти невыносимым, а в легких закончился воздух, невидимая сила вытолкнула меня на поверхность.
Я сделала жадный вдох и замахала руками, поднимая себя из толщи чернильно-синей воды. Вдох-выдох, вдох-выдох… Сердцебиение успокоилось, и я вместе с ним. Ледяная вода больше не обжигала. Кажется, она выжгла из меня всю гниль и чернь, и теперь, я ощущала себя заново родившейся — чистой и невинной душой, наполненной жизнью и светом. Светом, который однажды подарили нам боги.
Стоило мне подумать о древних богах, сотворивших наш мир, как в груди появился крохотный комок тепла. Он завертелся, увеличиваясь в объеме и согревая меня, и остановился лишь тогда, когда от меня, как от волшебницы-феи, начал исходить мягкий солнечный свет. Чернота вокруг стала рассеиваться, и впереди я увидела берег. Добравшись до него, вылезла из воды и медленно зашагала по черному песку, который поблескивал в льющемся от меня свете.
Головой я не знала, куда иду, но ощущала нутром, что двигаюсь в верном направлении. Под ногами пел песок, рядом шумели волны, разбиваясь о берег озера. В кромешной черноте не было видно горизонта, поэтому определить размер водоема я не могла, но с места, где я находилась, озеро казалось бескрайним.
 
В этом пугающем месте я уже была, и не один раз. Детские воспоминания стали возвращаться ко мне, и в сознании всплыло имя богини Бездны.
— Темная Тель, — шепотом позвала я и остановилась, прислушиваясь к окружающим звукам.
Несколько минут ничего не происходило, а потом из глубины черного пространства тихо загудел нечеловеческий голос. Тонкий, как нить паука, и холодный, как морозы Северных стран, а еще он был жутко пугающий.
Голос богини проникал в самое нутро и подобно умелому гитаристу Темная Тель играла на темных струнах моей души, заставляя внутренних демонов медленно подниматься из глубины сознания и начинать точить свои когти.
Игнорируя трясущиеся коленки и тот факт, что в детстве я ни разу не отходила от берега, ожидая, когда мир Бездны выплюнет меня обратно к живым, сейчас я сжала кулаки и пошла на голос.
* * *
Столица Бервест, Третий квартал, Элитный Спальный Комплекс
Идан
Маргарита вышла из спальни сестры и подошла ко мне. Ее тонкие руки обвили мою шею и я крепко обнял ее, потому что ощущал, как сильно она тревожится за Мирославу, слышал, как волнительно бьется ее сердце, даже сейчас, когда, казалось бы, все плохое уже позади.
Мы долго стояли посреди кухни и просто молчали. Мои ладони успокаивающе гладили женскую спину. И когда из запаха Маргариты исчезли горькие, едкие нотки страха, оставив лишь ее родной душистый аромат роз, я тихо спросил:
— Налить медовицы чуть-чуть?
Маргарита кивнула и освободила мою шею от кольца рук. Потом она взяла хрустальную бутылку, наполовину наполненную алкогольным напитком с золотым оттенком, с полки и поставила ту на столешницу. Я разлил медовицы по бокалам, совсем немного, ведь эту крепкую настойку, рецепт которой достался нам от древних предков, пьют маленькими глотками. От резкоговатого, терпкого и одновременно пряного запаха медовицы у меня аж засвербило в носу, и я сдержал порыв чихнуть.
Расположившись на софе, я обхватил Маргариту свободной рукой, притягивая девушку ближе к себе. Мы пригубили сладкой настойки. На языке растаял благоуханный вкус трав, а внутри разлилось приятное тепло. Все страхи, сомнения, волнения начали забываться, и на душе становилось спокойно и умиротворенно.
Согласно древним писаниям изготовление медовицы было ведьминским ритуалом. Наравне со двуликими в древности существовали ведьмы, еще их называли ведуньями или чаровницами. Именно от них нам достались книги целительных рецептов. Однако знания о том, как проводились обряды, умерли вместе с нашими предками. И ведьмам и колдунам нашего времени пришлось изобретать собственные. В роду Радовых все женщины обладают легким ведьминским даром.
— Медовицу твоя мать готовила? — поинтересовался я и пригубил из бокала. Снова теплая волна потекла по телу.
— Нет, — мягко ответила Маргарита, — мамину мы уже давно выпили. А эту делала я еще по зиме.
Я удивился. Ведь тонкий ведьминский дар в Маргарите мой зверь почувствовал еще при нашей первой встречи, но я даже догадывался, что ее мать передала ей знания, ведь Маргарита никогда не рассказывала об этом, а случайно поймать ее за колдовством мне не приходилось.
— Хорошая настойка получилась. Сильная, — похвалил я душистый, крепкий напиток.
Маргарита одним большим глотком опустошила бокал и поставила тот на на кофейный столик.
— Мамин рецепт, мамин ритуал. Потому и хорошая, — спокойно ответила Маргарита и пожала плечами.
Я тоже допил медовицу и отправил бокал на столик.
— Поверь, малышка, даже самый крутой рецепт и знание ритуала не всегда дают хорошие результаты. В твоем случае чувствуется опытная рука и развитый дар. А я и не знал, что ты у меня ведьма, — произнес я с улыбкой.
— Не называй меня так. Никакая я не ведьма, и не хочу ею быть. И вообще, откуда тебе известно о ведьмах так много? Чуть ли не эксперт. Сознавайся, — Маргарита легонько толкнула меня локтем.