Ключ, перо и самоцвет (СИ)
В империи же жизнь текла своим чередом. Оис продолжал работу, как и прежде охотясь на мелких мошенников. Временами он наводил справки о новых знакомых. Судьба подпольщиков была ему не безразлична, хоть он и не поддерживал с ними связь.
Большая часть птиц уже отработала положенный срок и вернулась к нормальной жизни. Так близкие Нура устроили настоящий скандал, узнав, что тот причастен к подполью. Родители сильно беспокоились и долго не могли простить сына, что подверг себя огромной опасности, ни о чём не предупредив. Со временем их гнев поутих, и сычи помирились, продолжив семейное дело.
Рыбного филина определили шахтером в Хрульве. Вообще-то камне-добывающая гильдия предпочитала работать с сознательными свободными людьми. Вот только городскому древу приспичило покапризничать. Из-за землетрясений, вызванных движением корней, желающих работать в туннелях резко поубавилось.
Так главе шахтеров пришлось искать новых рекрутов, а тут, как на счастье, империя предложила принять крепкую сильную птицу. Летун из бывшего стража, конечно, никакой, но под землёй это и не самый важный навык. Инферу работа пришлась по душе. Отработка превратилась в испытательный срок, и теперь филин собирался устроиться официально.
Вечно создающий проблемы Тьяхо умудрился попасть в проверяющий консорциум. Сейчас парнишка следил за различными нормативами, и трепал всем нервы уже на законных основаниях.
Большая часть подпольщиков смогла неплохо организовать свою жизнь. Не повезло лишь одной Иллариль. Или наоборот, крупно повезло. Тут уж как посмотреть. С одной стороны, как главе бунтовщиков ей назначили самую длительную и противную отработку. Сипуха сортировала мусор для городских древ.
С другой, начальница Оиса оценила её управленческие таланты и лидерские качества. Решила, что негоже хорошим кадрам пропадать зря. Вот только перед тем, как устроить птицу в госорганы, Миэль хотела убедиться, что та больше не провернёт никаких странных схем с вооружёнными объединениями.
По окончанию отработки Илу передали в лапки телепатов эскулапов. Те быстро и почти незаметно подкорректировали её мировоззрение на предмет допустимости тех или иных вещей. Заставили её забыть и лицо дознавателя.
К сожалению, такие процедуры не проходили бесследно, а потому сипухе потребовалось длительное лечение. Девушка давилась противными эликсирами, на подобие тех, что в своё время пил Оис, и терпела жуткую головную боль на протяжении ещё нескольких месяцев. Зато на новом месте Ила прижилась, и, кажется, даже собралась замуж. Дальше Оис следить перестал, решил, что за сипуху уже можно не волноваться.
Побеспокоился телепат и о сестре по церкви. С верховной жрицей субординация ему общаться позволяла, поэтому птицы довольно мило побеседовали. Реллу сняли с должности, но та не унывала. Устроилась воспитательницей в одну из школ и теперь нянчилась с детьми священников, обучая их азам светлой магии.
Как ни странно, но соколиха поддерживала связь и с Нар-ху. Всё-таки немало лет бок о бок решали городские проблемы. После отработки губернатор, как и хотел, женился на грачихе-певице. Пусть супруги были одного возраста, но сил в них ещё оставалось немерено. Они продали имение Отисов и переехали глубже в империю, вложившись в небольшой трактир. Нар-ху развлекал посетителей, а его жена давала концерты. Жили, не тужили и высиживали пару яиц.
Вскоре Оис и сам задумался о потомстве. Из-за карьерного спада у телепата появилось немного времени, доступного птенцам. Шарзель разделила его желания. Она планировала снести яйцо в ближайшее годы, ведь профессия могла позднее не позволить. Богиня готовила ремонтные работы в следующем столетии, и пограничная мастерица не хотела их упускать. Настолько ей понравилось перемещение Нуттила.
Всё было хорошо, жизнь продолжалась, и птицы мечтали о будущем под бескрайним согретым двумя солнцами небом.