Ключ, перо и самоцвет (СИ)

Когда всё было готово, телепат помедлил пару секунд, чтобы собраться с мыслями и унять тревогу. Сражаться лучше на холодную голову. С совы снять шлем будет сложнее, слишком подвижная у птицы шея. Поэтому придётся начать с её менее прыткого собрата.
Когда у Оиса появилась возможность, он скинул свою форму и, обратившись, бросился на коршуна. Птицы перекатились по земле, обивая друг друга крыльями. Орёл испытал в своих лапах дикую боль, когда те прошлись по стальным лезвиям, но иначе когти противника не сцепить. Уж лучше так, чем они вопьются в какой-нибудь важный орган. У врага оставался свободный клюв, но дознаватель успел увернуться, так что удар прошёл по касательной.
Стражница, обнаружив потасовку, выгнула крылья и угрожающе зашипела, она не могла напасть в ту же секунду, риск задеть своего в этом крутящемся пернатом клубке был слишком высок.
Оис перевернулся, не разжимая когтей, ему нужно было оказаться снизу, чтобы прикрыть спину от удара совы. Сам он контратаковать не мог, кольчуга надежно защищала противника. Но телепат и не пытался, ему всего лишь надо стащить шлем с коршуна. К счастью, последний не таких действий ждал от боя, поэтому и не заметил, как орёл перекусил ремешки на его снаряжении. Шлем слетел с головы стражника и со звоном ударился о мостовую.
Оис не стал терять время и тут же накинул аркан. Первый слой плетения затянулся вокруг головы. Противник пошатнулся, но самообладания пока не потерял. Оис ударил его крыльями, чтобы отвлечь, и начал затягивать второй слой плетения. Страж же, чувствуя накатывающую дурноту, подпрыгнул, оттолкнувшись птичьими запястьями от брусчатки. Орёл всё ещё держался за чужие лапы, отчего его жестко приложило оземь.
Дознаватель замешкался на мгновение, промелькнула паническая мысль, что он теряет контроль над арканом. Но тот оказался в порядке и расползаться не спешил. Однако, затянуть его потуже стоило сейчас немалого труда. Коршун вытянул шею в сторону, пытаясь вернуть себе шлем. Оис клюнул его в плечо, дотянуться до кожи не получилось, зато удалось выдрать пару перьев. Сработало, и птица отвлеклась, правда, при этом снова дёрнула сцепленные когти. Металл звякнул о камни. Выпад принёс телепату новую волну боли, но он сделал последнее усилие и завершил сферу контроля вокруг головы обидчика.
Глаза коршуна потеряли свою выразительность и он, медленно отпустив орла, повернулся к сипухе. Птица не на шутку перепугалась, из её клюва вырвался пронзительный визг. Оису этот звук показался душераздирающим, его просто затопило первобытным ужасом птицы. В её глазах товарищ теперь выглядел чем-то сродни живому трупу, подчинённому чужой воле. Наваждение быстро спало, но на его место пришло другое. Леденящее осознание того, что сове не хватит духу навредить сослуживцу.
— Лан-ху! Лан-ху! — стражница пыталась достучаться до своего друга, но всё было тщетно. Телепат крепко, до тошноты и головокружения, удерживал свою марионетку.
Коршун сделал пару медленных шагов в сторону совы, а затем резко набросился, растопырив перья. Поваленная птица снова заверещала, пытаясь оттолкнуть бывшего соратника. Оису почудилось, что от этого крика его прошиб холодный пот. Происходящее не приносило никакого удовольствия, напротив, заставляло сердце обливаться кровью. Но орёл не мог позволить себе остановиться. Стражу нужно обезвредить, и он упорно повторял себе, что так надо и ничего непоправимого с беднягами не происходит.
К несчастью, кроме моральных сложностей были ещё и физические. У Оиса нещадно болели лапы. Он чувствовал, как по ним тонкими ручейками стекает обжигающая жидкость. В голове медленно расползался туман, свидетельствуя о ментальном истощении. Возможно, не будь он ранен, телепатия давалась бы куда легче.
Стоило непреодолимых усилий воли, чтобы только приказать себе встать. Мышцы на удивление послушались, и орёл, помогая себе крыльями, поднялся и заковылял в сторону сцепившихся стражников.
Оис порадовался, что выбрал первой целью коршуна. Сова, в отличие от последнего, сразу просекла стратегию и принялась крутить головой во все стороны, отчего снять с неё шлем стало чуть ли не непосильной задачей. Пришлось помочь подконтрольному в этом нелёгком деле. Когда пепельная сипуха осталась без защиты, Оис отправил её спать. Затем то же самое проделал и с товарищем, предварительно рассеяв подчиняющий кокон над его головой.
 
Окрестности погрузились в тишину и телепат, наконец, позволил себе расслабиться. Он распластался по земле и какое-то время лежал абсолютно неподвижно, восстанавливаясь. Боевое возбуждение схлынуло, накатила усталость, и Оис почувствовал, как усиливается боль в лапах. Он приподнял голову, чтобы взглянуть на повреждения. Когти были целы, но дрожали от перенапряжения. А ещё их ужасно жгло от неглубоких, но обширных царапин.
Порезов — поправил себя телепат. Несмотря на тяжесть повреждений, он не чувствовал особого страха. Жрецы его подлатают, при отсутствии переломов их это не отяготит. Надо только добраться до храма.
Орёл ещё раз прислушался к своим ощущениям. Кажется, с превращением в человека лучше повременить. Очень сомнительно, что он сможет идти с подобными ранениями, а так у него хотя бы были крылья.
Оис перевернулся на грудь и посмотрел на стражников. Может, припрятать их шлемы или повыковыривать ка-фелы из оправ? Так он лишит сонь защиты. Те, наверняка, не смогут вернуться без неё, им придётся потратить время на поиски. Чиновники не простят пропажи дорогущих кристаллов.
Крохотные камни сложнее будет отыскать, но отделять их хлопотно, поэтому было решено раскидать уборы по соседним дворам. Телепат хмыкнул, представив, как птицы будут лазить по кустам, высматривая пропажу. Когда пакость воплотилась, Оис почувствовал, что к нему возвращается трезвость мышления. Мир перестал расплываться по краям обзора, а с головы будто сняли ведро.
Нур! Он же в опасности, за ним и сёстрами ведь погнался стражник! Как они там? Может, стоит поспешить на помощь? Орёл напрягся, расправив крылья, и чуть не упал, так как лапы напомнили о себе резкой коликой. Та ушла так же быстро, как и появилась, стоило сменить точку опоры. Оис раздосадовано фыркнул, тут же его охватило чувство, что забыто что-то важное. Он уныло обвёл взглядом улицу.
А ведь шум мог привлечь нежелательное внимание. Но, похоже, крики паникующей совы оказались слишком пугающими. Так что никто не спешил выяснять, что происходит.
Тут на глаза попалась кучка тёмно-серой ткани, сиротливо пылящаяся вдалеке. Точно, нужно забрать маску и мантию. Не ходить же голышом, когда вернёшься обратно в человека. К счастью, форма не пострадала, сейчас она казалась такой маленькой, пришлось постараться, чтобы поднять её клювом. Маска же треснула на пополам, но её ещё подлежала починке.
Никакого связного плана придумать так и не получилось. Оис решил взлететь и посмотреть на ситуацию с высоты, а потом уже разобраться с дальнейшими действиями. Он одним тяжёлым рывком поднялся в воздух, и через пару тройку взмахов закружил над городом.
***
Ила проснулась посреди ночи от дикой жажды и обнаружила, что забыла забрать с кухни графин. Ох уж эта организационная суета. Птица перевернулась на другой бок и закрыла глаза. Сон не шёл, слишком сильно хотелось пить. Вот досада. Теперь придётся идти за водой через весь особняк. Девушка встала и, сладко зевнув, смахнула из шкафа первый попавшийся плащ.
В саду оказалось тихо и свежо. Лёгкий ветерок струился по траве. Столовая оказалась закрыта, но это было не так страшно. Если обойти широкое помещение, можно попасть на один из складов, где стоят две большие бочки. Слуги пополняли их из ближайшего колодца по мере надобности. Там и запасная посуда, наверняка, есть, а если и нет, то кувшин можно будет и завтра забрать.
Добравшись, птица взяла с полки небольшой ковш и зачерпнула его до краёв. Напившись, она вытерла рот тыльной стороной ладони и жадно вздохнула.
На обратном пути Ила уловила чьи-то разговоры у парадного входа. Её чуткий слух позволил разобрать интонации и некоторые слова. Обнаруженное птицу обеспокоило. Гости принесли совсем нерадостные вести. Для неё уж точно. Кажется, это была городская стража. Сипуха не могла разглядеть из этой части сада, ей мешала живая изгородь из невысоких фруктовых деревьев. Пришлось свернуть с тропы, чтобы подтвердить свои опасения. Но ни подслушать, ни подсмотреть она не успела, стоило сделать шаг, как её окликнул старший управляющий: