Ключ, перо и самоцвет (СИ)

Это было крайне скверно. Если люди начнут массово проливать кровь и убивать друг друга, создательница мира может прийти в бешенство. А когда она вмешается, чтобы убрать этот бессмысленный по её мнению бардак — плохо будет всем. Так что Ила надеялась, что имперский посланник окажется достаточно благоразумным, чтобы не развязать локальную войну. Пусть у неё и имелись сомнения, но вообще-то телепат Иле понравился.
Вчера птице некогда было это осознавать, слишком много проблем и угроз навалилось. И всё требовало немедленного решения. Сегодня же, заняв руки рутинной работой, она наконец смогла всё обдумать. Сначала дознаватель показался девушке напыщенным и даже немного раздражающим, слишком уж бесцеремонной и надменной была его манера разговора. Такой обладают заносчивые дураки или у неуверенные в себе люди, пытающиеся за давлением скрыть слабые стороны. Проанализировав всё, Ила склонилась ко второму варианту.
В пользу этой догадки говорило и то, что дознаватель старался выглядеть внушительно сам по себе, а не на фоне находящегося ниже по статусу собеседника, он не пытался самоутвердиться за чей-то счёт. До встречи с ним девушка боялась, что тот, пользуясь преимуществом, вытащит на свет все её страхи, ткнёт носом во все неудачи. Словом, задавит психологически, подавив всякую волю и инициативу, а потом сделает то же самое с дорогими ей людьми.
Оис же шёл другим путём, он преподносил себя как заинтересованного в сотрудничестве и при этом очень выгодного союзника. Да, угрозы и давление среди его приёмов тоже имелись, но внимание на них не акцентировалось. Скорее они подавались как напоминание подпольщикам об их шатком положении с точки зрения закона. Также поведение телепата временами становилось жёстким и категоричным, хотя, по мнению Илы, он немного не дотягивал. Однако это давало понять, что орёл сможет за себя постоять и дать достойный отпор в случае чего.
Именно такие выводы сложились у девушки. Она понимала, что они могли оказаться неверными, но первое впечатление уже сложилось. К тому же виднелись в нарисовавшейся картине некие странности, если не нелепости. Взять, например, случай в библиотеке. Как можно было так легко попасться под руку Инфера? Неужели у проницателей разума нет никаких приёмов для обнаружения ловушек и засад?
Или обратить внимание на то, что как-то уж быстро дознаватель принял решение завербовать подпольщиков, и на то, как уверенно он к этому подошёл. Будто заранее знал, что ребята согласятся. Нет, молодёжь, конечно, действует в основном из светлых побуждений, тут Ила в своих людях не сомневалась, но всё-таки… Телепат ведь чужой человек, как он мог так быстро увериться в искренности их мотивов? Чудеса, да и только.
Ила подумала, что им очень повезло. Отдав грязную посуду кухонным служащим, девушка поспешила вернуться к работе. В следующие несколько часов она снова организовывала очистку пострадавших помещений, проводила ревизию уцелевших складов и участвовала в любой другой деятельности, требующей её непосредственного присутствия. Где-то между делом ей удалось послать доверенную служанку на рынок за редкими ингредиентами, заодно сипуха вручила ей краткие записи с инструкциями для их общих знакомых.
Перед полдником Иле пришлось переодеться в чистую форму. Обычно в это время губернатор возвращался в особняк после ежедневной прогулки, и девушке требовалось представить ему краткий отчёт о состоянии дел в поместье.
В этот раз Нар-ху вернулся задумчивым и даже печальным, он рассеяно принял доклад экономки, не разбирая слов и поддакивая всему, что та говорила. В конце речи он поблагодарил её за хорошую работу, но отпускать не стал, а отвёл чуть поодаль, отпустив охрану.
— Очень хорошо, очень хорошо… Скажи-ка, милая, сколько говоришь у нас продовольственных запасов осталось?
— Думаю, нам хватит на весь год, если будем расходовать экономно, — Ила специально выделила последнее слово, намекая, что в неофициальных тратах губернатору лучше бы ужаться. Конечно, опасно так открыто просить его об этом. Но Нар-ху давно уже знал, что птица находится в курсе его тёмных делишек.
 
Как хорошая экономка, сипуха обязана была обратить внимание на недостачу на складах, и, как ответственная работница — сообщить об этом помещику ещё в начале своей службы. Что она в общем-то и сделала. Тогда губернатор отшутился, списал всё на вредителей и недобросовестных сторожей, но оба понимали, что дело тут не чисто.
Из соображений безопасности девушка не стала развивать эту тему, показав губернатору, что принимает пропажи как должное. Больше вопрос инвентаризации к облегчению обоих не поднимался. Нар-ху радовался, что экономка не лезет не в своё дело, а Иле было выгодно, чтобы он в это верил. Ведь отсутствие проверок позволяло скрыть и её инициативу в изменении запасов. Что оказалось очень полезно в подпольной деятельности.
Так что по своей воле сипуха ни за что бы не стала поднимать эту тему, но в обстоятельствах недавнего пожара, при угрозе голода в городе, ей пришлось пересмотреть приоритеты. Сейчас она надеялась, что Нар-ху поймет всё правильно и никаких махинаций с продовольствием хотя бы до конца сезона устраивать не будет. Она знала, что временами тот продавал припасы на сторону, кладя деньги в карман.
Девушку беспокоило, что губернатор не выглядел достаточно вовлечённым. Он кивал для галочки и, похоже, желал как можно быстрее принять доклад, чтобы перевести разговор в более интересное русло.
— Это понятно, так, хорошо… Видишь ли, пожар в нашем доме получился весьма зрелищным, и горожане начали беспокоиться, не скажется ли это на их жизни. Поползли слухи, сама понимаешь. А слухи и недовольства приводят к не очень хорошим последствиям. Можем ли мы что-нибудь сделать с этим?
У Илы от сердца отлегло, когда она поняла, что начальника беспокоит примерно то же, что и её. Девушка помедлила, вопрос был странным. Под последствиями он имеет ввиду народные волнения? Губернатор хочет узнать, как их лучше подавить? Но это нелогично. С таким разговором ему следовало бы пойти к начальнику стражи, тому, что полояльнее. Нет, сипуха укорила себя за мнительность. Обычно в подобных случаях Нар-ху просил её кого-то в чём-то убедить. Значит, ему нужно предотвращение проблемы, а не её решение.
— Мы могли бы сделать официальное заявление, убедить людей, что всё в порядке и беспокоиться не о чем, — пожала она плечами, поняв, что от неё требуется.
— Да, ты права, но одних слов будет мало, — тут мужичку в голову пришла какая-то идея, он оживился и, обняв экономку, развернул её в сторону площади, обводя пейзаж указательным жестом.
— Я думаю, нам нужно провести благотворительную раздачу. Показать горожанам, как щедр их губернатор и что он все ещё способен их прокормить. Мы можем себе это позволить? Как считаешь?
Сипуха опешила. В обычной ситуации она бы начала протестовать: отдавать людям всю еду сразу довольно опрометчиво, разумнее было бы растянуть её до новой поставки. Но в данной ситуации имелись свои скрытые преимущества.
Во-первых, кроме запасов в особняке в городе припрятаны ящики, спасённые от контрабанды за рубеж. Их можно незаметно раздать горожанам вместе с благотворительными порциями. К счастью, прямо перед мероприятием склады никто особо не проверял. Заговорщики уже не раз этим пользовались, так что воплотить всё не так сложно.
Во-вторых, Нар-ху тщеславен до безобразия, а значит, он захочет похвастаться своей щедростью перед дознавателем. Возможно даже, выставление себя в лучшем свете его будет интересовать куда больше чем расследование. И тогда у телепата, как и у них всех, появится чуть больше времени для действий и раздумий.
Поэтому Иллариль улыбнулась губернатору самой благоговейной улыбкой, которую только могла изобразить, и с восхищённым удивлением ответила:
— О, а это звучит хорошо, мне нравится, прекрасная идея, надо только всё правильно рассчитать!
— Ох, ты мне льстишь, — Нар-ху довольно нахохлился, предчувствуя дальнейшую похвалу, и девушка не стала его разочаровывать.