Семь драконов Ниларской принцессы (СИ)

Мне стыдно от того, что на мгновение мне стало легко и радостно.
Я точно знаю, что ничего не будет. Нет никакой возможности мне быть с тем, в кого я влюблена, кем бы он ни был.
Кем бы ни была я…
И страшный вопрос. Кто именно получил на меня права? Какой Ритани? Правильный? Или нет?
Если правильный, то мне тогда тем более не остаётся ничего, кроме как лишать императора Ниларской империи трона. А если неправильный…
Ха, ха.
Кажется, леди забыла, что мечтать и надеяться леди тоже не положено!
Уткнувшись лицом в коленки, я размеренно вдыхала и выдыхала. Шшш.
Это тоже пройдёт. С этим я тоже могу справиться.
Кажется, я поняла, меня не спросят. Не знаю, почему, но кто-то решил — что поспособствовать смене императора в Ниларской империи — это моя задача.
А значит, никуда не деться.
Я и правда могу это сделать.
И снова в голове мелькнул истеричный вопрос.
Хорошо. Долг жизни. Но почему, чтобы его разрешить, император не убил МЕНЯ? То, что я его дочь? Не смешите. Других детей-сыновей он спокойно убивал. Чужими руками.
А на меня…
Всё внутри упало, ухнуло вниз.
На меня ведь тоже раз за разом совершали покушения.
Я считала, что это просто… просто. Что это не связано с императором! Но не связано ли это было? Не пробовал ли он пройти по пути наименьшего сопротивления и убить меня?
Полагаю, пробовал.
Но тогда возникает другой вопрос, а кто меня защищал? Кто мне помогал?!
Ведь сама по себе я научилась выживать далеко не сразу.
Всё тот же, кто помог мне с силой иллюзий? … Этот мог.
Этот всё может. Как бы мне сейчас нужна была его помощь и его совет.
Но… «Малышка, дальше моя помощь будет для тебя опаснее, чем её отсутствие».
И вот уже несколько лет от него ни слуху, ни духу.
Искренне полагаю, что дело было в том, что я почти проковыряла его защиту. Но почти не считается…
И в его отношении, и в моём отношении, и в отношении того, что сейчас происходит.
И по большому счёту, единственный вариант, который я вижу… ломать марионетку и защищаться. Если придётся, звать на помощь охрану, мол в шатре убийца, не справляются телохранители.
Вплоть до того, что изображать собственное явление и защищать князя.
Я просто совершенно точно знала, что любой ценой, но нельзя допустить того, чтобы Ритани убил Канната, и неважно в этой чехарде, кто настоящий, а кто не очень.
И почему, право слово, было не самым важным вопросом.
Почему это так важно, почему именно я? Спрошу потом, когда у меня будет у кого спросить.
А пока, если я не хочу завтра выдать себя, мне нужно ложиться спать.
А завтра… завтра будет последний дебют князя Канната. И я вновь войду в марионетку, как только спрячусь сама. Потому что мне нужно будет использовать всё, что будет в моём распоряжении.
Устраиваясь на удобном диванчике, стоящем в библиотеке, соскальзывая в сон, я поймала мысль, бродящую по краю сознания: а не происходит ли всё, что сейчас происходит со мной, из-за моего желания и из-за моей возможности стать ведьмой?
Итак. Завтра я проснусь Каннатом…
Но на утро Каннатом я не проснулась, потому что на утро я встретилась с Ритани. И… это был не тот Ритани, с которым я встретилась в библиотеке!
Голова пошла кругом, я поняла, что запуталась окончательно.
Вчера вечером мои построения выглядели столь лаконично и логично… Но сегодня, глядя на Ритани, отдающего приказы, я снова задумалась. А права ли я?
Ведь выбирая между этими двумя, я точно поставлю на вот этого Ритани, которого вижу. Потому что он… ну, не знаю, внутренне более сильный. Словно именно этот Ритани родился, чтобы приказывать и повелевать. С другой стороны, я смогла со стороны приглядеться к тому, как он ведёт себя с Раярой. Никак! Он вообще её не выделял.
При этом Сантайр постоянно был где-то рядом с эльфийкой. Чуть в стороне, явно чтобы не привлекать её внимания. Но был.
Короче говоря, выбора у меня нет в любом случае. Пока я должна следовать за общим военным караваном.
Приглядывать за ситуацией и контролировать обстановку вокруг князя Канната.
 
Ещё через пару дней, захлебываясь внутренним смехом, за князя Канната методично монотонно я бубнила те планы, которые отыскала в сейфе князя. Потому что, что выяснилось между делом?!
Правильно!
Восхитительные драконы посидели-посидели, порядили-погудели, посчитали и пришли к выводу, который их ошеломил! Их планы, выверенные планы, направленные на сохранение как можно большего числа жителей тех территорий, куда армия Канната вот-вот должна была обрушиться, в чистом подсчёте унесли бы почти в три раза больше, чем план абсолютно двинутого кровавого князя.
Было ли драконом от этого обидно? Бескрайне!
Именно поэтому, зависнув в призрачном виде, причём полностью в невидимом спектре, в стороне от них, я с интересом слушала, как в этом плане они пытаются найти огрехи. Но вместо этого находили с каждой новой вехой, что «кровавый» план куда более взвешенный и продуманный, чем их тактический и «безопасный»!
Ритани после каждого такого обсуждения выглядел невероятно довольным, остальные — так же невероятно разочарованными и расстроенными.
Я старалась громко не смеяться. Попасться я не могла… Ну, или я так думала.
Потому что дважды меня всё-таки поймали.
Первый раз (с двумя последствиями) был после первого же затяжного боя.
Магия, как ни крути, ресурс конечный. А человеческие ресурсы и того быстрее исчерпываются. Я не знала того, что война — это очень страшно и очень кроваво.
Я не знала этого, а теперь хлебнула сполна.
Марионетка был впереди всех, в окружении телохранителей.
Именно в тот момент я чётко поняла одно: князя никто не убьёт, пока идёт эта жуткая война. Он символ этой войны, он её пугало. Это не армия Каннаритании пугает жителей и правителей. Это одиозная фигура Кровавого Князя пугает всех до дрожи.
Убери князя, просто как один из членов уравнения выведи в сторону, и что получится? Война затянется. Совершенно напрасные жертвы станут обыденностью и нормой.
Именно поэтому князь Каннат жив. И будет жить. Жить столько, сколько потребуется, чтобы эта война закончилась.
А на обратном пути таинственные убийцы отомстят за сожжённую хату и вырезанную родню, убив самого князя. В Каннаританию Ритани вернется уже в княжеском титуле, опечаленным наследником павшего брата.
Не героя, да, все мы понимаем. Нет. Не герой. Но если бы не его кровавая слава, вы понимаете. Да, да…
План был отвратительный и гениальный. В духе, смешно сказать, князя Канната. Он бы оценил.
Я оценить не могла…
Мне было больно и плохо.
В тот вечер, после первого боя, я сидела у реки и до остервенения тёрла собственные руки. Я их не запачкала. Кровавый князь не нанёс ни одного удара. Да и, говоря честно, не выдай я план Канната, и погибших было бы гораздо больше.
Я не могла остановить эту войну. Эту — нет.
Её уже никто не мог остановить.
Но смыть с рук кровавые потёки у меня тоже не получалось.
— Вы совершенно напрасно себя вините в случившемся, ваше высочество, — тихий голос оторвал меня от попыток смыть несуществующую кровь, насмешка истории, с несуществующих рук. Моё тело было в тайном месте, поэтому отмыть я пыталась сейчас призрачные руки, да.
От голоса у меня по телу мурашки прошлись, полагаю, даже что и по настоящему.
Орк. Зелёный дракон Вестон.
Хамить не будем, даже если хочется.
Князь Каннат сладко спит, после приказа-то, так что на него не свалить. А леди не положено, в том числе и думать плохо об окружающих, не то, что говорить это им в лицо.
— Кто-то же мог, — ровно сказала я, и получила совершенно неожиданный ответ:
 
— Мы могли. Хоть все сразу, хоть любой из нас. Но мы сочли, что наши планы важнее, а потому мы заплатим цену. И потом отплатим вам за пролитые слёзы.
— А вместо этого дело закончилось моей смертью, — кивнула я.