Чужое небо (СИ)
— Вижу, — Андрей уже взял на прицел канонира, который изредка мелькал в окне орудийного порта.
— Ну, гаси ты его, пока он нам тут дырок не наделал, — спокойно произнес Боря.
Как раз в этот момент прозвучал первый выстрел, по корпусу сыпануло картечью. А некоторые куски металла с воем пролетели над головами. В ответ ухнули обе винтовки, потом еще раз, и Андрей оторвался от прицела. — Испортил им пушку! — крикнул он. Тут наблюдавшая за всем этим Аниа, напряжённо вглядываясь в очертания вражеского острова, вдруг что-то крикнула и провела ребром ладони по горлу.
— Нам предлагают их всех, того? — уточнил Анатолий.
— Ну, жест как бы не предполагает иного толкования, — Борис усмехнулся. — Или ты думаешь, что она просит нас лизнуть их всех в шейку?
А предводительница местных амазонок видимо была готова кинуться в бой прямо сейчас, и воинственно размахивала мечом, изготовленным из полосы стали.
— Аниа, иам сат, каино! — Анатолий взмахнул рукой и вскинул винтовку. Острова уже сблизились так, что можно было и без оптики разглядеть на вражеской палубе бородачей, орущих и трясущих своим оружием. Внезапно над толпой вспухло облачко белого дыма и раздался звук выстрела. Пуля звонко цвиркнула об ограждение палубы, срикошетировав куда-то в сторону, а друзья, уже не сомневаясь, открыли огонь. Через пару мгновений всё было кончено.
— Триа, давай боком, притирайся к этой калоше, — Андрей рукой показал манёвр, и летающий остров стал разворачиваться, сдвигаясь в сторону опустевшего корабля.
Состыковались довольно мягко, и трое перескочили через барьер, оказавшись на залитой кровью палубе.
— Чистим, грабим.
— Ну, а может себе? — подал голос хозяйственный Борис.
— Не, — отказался Анатолий. — Лучше из двух битых собрать один нормальный, но знакомый. А это чудо надо будет заново осваивать. Мало ли какие особенности у него будут. На два же, сам понимаешь, дружище, у нас команды просто не хватит. Так что не отлынивай. Работаем.
В ходе старинной русской народной забавы под названием «зачистка», было обнаружено ещё пять человек. Трое из них были просто техники, а двое — женщины в рваных лохмотьях, тощие, грязные и изможденные донельзя. Рабы, как оказалось, в этом обществе вполне были востребованы. Чего наши друзья никак не могли оправдать.
Пока корабль Ании набирал воду в две двухсоттонные цистерны, друзья, все четверо, и трое пленных техников в быстром темпе отвинчивали и снимали всё оборудование, которое могло пригодиться. Под изумлённым взглядом Ании, на борт корабля перетащили сначала связки гравитационных приводов, потом несколько бухт кабеля, и проволоки, листы обшивки…
Потом она вообще махнула рукой, поняв, что дорвавшиеся до добычи парни намерены ободрать побеждённый корабль до остова. Самая большая полемика возникла вокруг второго реактора. С одной стороны у бандитов был вполне рабочий агрегат. Зато с другой, второй реактор, стоявший на их «родном» корабле был свежее, с менее выработанным ресурсом. Так что после короткого, но бурного обсуждения, было принято решение восстанавливать их собственный реактор, с помощью трофейных запчастей. И вновь закипела работа по отвинчиванию, откручиванию и перетаскиванию всего, что могло пригодиться, с борта на борт. Веселье продолжалось до позднего вечера и возобновилось с раннего утра, закончившись лишь тогда, когда стало ясно, что больше ничего отвинтить и оторвать просто невозможно.
Но всему приходит конец, закончился и этот, тяжелый, но приятный этап сбора трофеев. Остров отвалил тяжело словно перекормленный пеликан, и набрав максимально возможную в этом состоянии высоту взял курс на восток, подальше от места схватки.
Потом почти месяц ребята вместе с техниками ударными темпами ремонтировали старый остров. Первым делом восстановили систему освещения в каютах, что сразу повлекло за собой необходимость отмывки буквально всего. Девушки и женщины жили на палубе именно потому, что там, в недрах корабля не было никакого света. А когда из-за дождей, приходилось спускаться на нижние палубы, для освещения они пользовались масляными светильниками и даже факелами, что конечно сказалось на стенах и мебели. Поэтому внутри всё было покрыто толстым слоем копоти и грязи, так что стихийно возникший субботник закончился лишь через четыре дня. Ну, а парни были вознаграждены нормальной ночёвкой на мягких, и что немаловажно, широких кроватях. По решению Совета, куда входили все земляне и четыре подруги Ании, все постройки на палубах были снесены, и начали восстанавливать верхнюю рубку, с центром управления, наблюдательным узлом, и радиомачтой. Листов снятых с побеждённого корабля хватило с запасом, а варили кустарными электродами. Получалось, конечно, не так прочно как хотелось бы, но на безрыбье, и ёж — птица. Триста пятьдесят рабочих гравитронов установленных на штатные места, сразу сказались на ходовых качествах корабля, и он значительно прибавил высоту и скорость, а когда отмыли перископы на главном мостике и убрали праздношатающихся с палубы, появилась принципиальная возможность увеличить ход до ста пятидесяти километров в час. И сразу же проблема ремонта энергощита кормы встала во весь рост. Как работает сложнейший механизм парни даже не пытались понять, но постарались очистить главный модуль и все излучающие устройства от грязи, восстановили проводку на повреждённых участках и поменяли все вызывавшие сомнения детали на более свежие из трофейных. Но и этого оказалось достаточно, чтобы щит стал уверено выдерживать скорость до ста пятидесяти километров в час, правда, просаживая при этом всю энергосеть корабля до аварийных значений. Соответственно, друзья сразу полезли во внутренности второго реактора, вшестером разобрав его до голого корпуса, и, очистив от соляных наслоений, и просто грязи, собрали заново, заодно заменив часть блоков.
— Теперь у вас самый мощный анран на всём побережье, — техник Хорн завистливо посмотрел на Анатолия.
— У нас, дружище. У нас. Ты что, действительно чувствуешь себя здесь рабом? Разве мы не сказали, что рабов у нас на острове не будет и все вы свободные люди
— Нет, я не свободный человек, — Хорн покачал головой. — Но ни одна из дев анрана не оказывает мне знаков внимания, а значит я всё ещё раб.
— Это как–то можно исправить? — спросил Анатолий, проверяя затяжку винтов на клеммах, и задумчиво смотря на места, где провода входили в переборку. — Надо объявить публично, или ещё чего? Бумагу какую-нибудь выписать, с печатью, — усмехнулся он.
— Объявить, конечно, само собой, и ещё, пожалуй, дать должность и содержание.
— У нас нет содержания, — Толя положил инструмент, и стал протирать руки ветошью. — У нас военная коммуна. Это значит, что у человека есть право на личные вещи, но всё что не личное, принадлежит всем. При этом в понятие личного, относится военное имущество, и снаряжение. Так что этот реактор — он общий. Помнишь, как Лиана попросила переселить её с детьми в большее помещение? Тогда, чтобы решить этот вопрос потребовалось переселить трёх человек, но дети — это очень важно. Дети — будущее этого мира, если у него, конечно, есть хоть какое–то будущее. А насчёт объявления — на ужине всё скажу, не волнуйся.
Примечания:
[1] Группа «Би–2» «Полковнику никто не пишет». Слова: Рубинштейн Л.
Пустые города
На линии огня
Пустые города,
В которых никогда
Ты раньше не бывала [1].
Утром, когда солнце только-только начало вставать над горизонтом, Аниа, кутаясь в подаренную ей пришельцами камуфляжную куртку с толстой подкладкой, поднялась на сырую от росы носовую палубу. Первое, что она увидела — Борриса, стоявшего на носу корабля, с прибором наблюдения. Мужчины, свалившиеся на них в прямом и переносном смысле с неба, добровольно несли вахту, охраняя анран от всяких случайностей. И это ей нравилось. Вообще, глядя на то, как преобразился её корабль, Аниа не могла удержаться и улыбалась от удовольствия.