Адские существа (ЛП)

Я повернулась к Эрику, паника охватила меня, когда я поняла, что стало причиной их смерти. — Эрик, кровь!
Я сжала его руки, ожидая, что произойдет что-то ужасное. Я не могла потерять его. Я не могла видеть, как он умирает.
— Я не пил. Я никогда не сделаю этого при тебе, — сказал он, и меня охватило облегчение, но затем он в ужасе посмотрел на свою семью.
Мой пульс участился, когда я перевела взгляд с Клариссы на Майлза и Фабиана, в их глазах промелькнул страх. Хотя Майлз отошел от них, в отчаянии оглядывая толпу. — Уоррен!
— Я здесь — я не пил, — крикнул в ответ его партнер, и мое сердце воспрянуло, когда они обменялись взглядами, полными облегчения.
Прошел еще один напряженный момент, но члены королевской семьи остались стоять, переводя взгляды друг на друга, как будто мысль о том, чтобы потерять друг друга, была слишком ужасной, чтобы ее даже представить.
Боевой клич заполнил мои уши, и огромный воин с длинными темными волосами спрыгнул со стропил над нами, приземлившись среди толпы и разрубив вампира надвое своим мечом. У меня перехватило дыхание, когда пыль поднялась вокруг него, оседая у его ног вместе с разрезанными кусками серого костюма. Началась паника, когда дикарь начал убивать всех, кто не пил кровь, с яростной злобой размахивая своим золотым мечом.
— Магнар! — Взревел Эрик, и их взгляды встретились на самую короткую секунду, прежде чем путь между ними преградили десять охранников.
Что-то тяжелое врезалось мне в спину, и я обнаружила там Джулиуса, вырывающего меня из рук Эрика.
— Нет! — Я ахнула, связь между нами натянулась.
Кулак Эрика ударил Джулиуса по лицу с такой силой, что истребитель отшатнулся назад и выпустил меня из рук. Прежде чем Джулиус успел снова наброситься на нас, рука Эрика обхватила мою, и он с невероятной скоростью потащил меня прочь. Кресты на наших ладонях соприкоснулись, разжигая во мне огонь желания и бросая вызов всем планам побега.
Я должна остаться с ним.
Я стиснула зубы, вытесняя эту мысль в пользу моей правды.
Нет, мне нужно бежать.
Кошмар гудел у меня на бедре, пока я искала Келли, отчаянно желая вытащить ее отсюда.
Дитя Солнца близко.
Эрик протолкнул меня сквозь толпу, утаскивая подальше от места схватки.
— Нет, подожди! — Я огляделась, пытаясь разглядеть Келли в комнате, но ее больше не было у алтаря с Фабианом, и мое сердце раскололось от страха. — Моя сестра! — Потребовала я ответа, когда Эрик затащил меня за огромную колонну.
Он хлопнул руками по обе стороны от моей головы, пригвоздив меня к месту обнаженными клыками. — Оставайся здесь. Я найду ее.
— Нет, — прорычала я, приподнимая складки платья и доставая Кошмар со своей ноги. Я подняла его, и глаза Эрика сверкнули при виде клинка истребителей. — Я иду с тобой.
Его челюсть запульсировала, и я могла сказать, что он собирался отказать, но я нырнула под его руку и убежала обратно в хаос, не дожидаясь от него какого-то бессмысленного разрешения. Он не был моим правителем.
Прихожане спасались бегством, устремляясь к выходу и крича на ходу.
Вампиры падали к ногам Магнара снова и снова. Никто не мог приблизиться к нему. Он был подобен дикому животному, убивающему без пощады, без всяких колебаний, ужасающему своей жестокостью. Его глаза скользнули по толпе, как будто он кого-то искал, и я была уверена, что это Келли.
Я заметила мелькнувшие светлые волосы, и мое сердце воспарило, когда я протискивалась сквозь толпу, пересекая собор. Никто не обращал на меня никакого внимания, когда я прокладывала путь к своей сестре, все либо пытались сбежать, либо подобраться достаточно близко, чтобы вступить с Магнаром в бой.
Я иду, Келли. Мы больше никогда не расстанемся.
M
агнар двигался среди вампиров, оставляя за собой шлейф из кружащегося пепла, убивая снова и снова. Большинство из них были безоружны, и им нечем было защититься, кроме зубов. Но ни один из них не мог подобраться к нему достаточно близко, чтобы укусить, его мечи двигались так быстро, что казались не более чем золотой вспышкой между телами, сквозь которые он прорубал путь.
 
Идун внезапно ослабила хватку, и я с облегчением опустилась на колени, восстанавливая контроль над своими мышцами, делая глубокий вдох, которым, как мне казалось, я могла подавиться. Я провела тыльной стороной ладони по губам, чтобы стереть вкус поцелуя Фабиана со своих губ.
Фабиан опустился на колени рядом со мной, обхватив мое лицо ладонями, его темные глаза светились беспокойством.
— Все в порядке, любимая, — выдохнул он. — Я никогда не позволю ему забрать тебя у меня.
Гнев вскипел у меня внутри, и я оттолкнула его руки от себя.
— Не прикасайся ко мне, — прорычала я, хотя предательская половина моей души жаждала обратного, подталкивая меня ближе, заставляя мой разум бунтовать против собственных желаний.
Взгляд Фабиана затуманился, он нахмурился. — Ты не можешь сказать мне, что не чувствуешь этого, — сказал он, протягивая ко мне правую руку, серебряный крест мерцал на его ладони, и магия, связывающая нас, мощно вспыхнула.
Я попыталась отбросить его руку, но вместо этого он поймал меня, прижав свою ладонь к моей и соединив наши отметины.
Я резко вдохнула, когда сила затопила мою кожу, и каждый дюйм моего тела затрепетал от желания к нему. Он был нужен мне. Я должна была заполучить его, сделать своим во всех отношениях, которые имели значение.
Я схватила его за рубашку свободной рукой, игнорируя окружающую нас суматоху, и притянула его к себе, так что наши губы снова встретились.
Фабиан застонал от удовольствия, поднимая меня на ноги и прижимая мое тело вплотную к своему, твердый выступ его члена упирался в меня, потребность обладать каждым дюймом его тела подавляла все остальное.
Его руки вцепились в ткань моей юбки, дергая платье, как будто он мог сорвать его с меня прямо здесь, на глазах у каждого человека, собравшегося в соборе только для того, чтобы взять меня так, как он явно отчаянно хотел.
Он схватил меня за задницу свободной рукой, оторвав от земли, и побежал через собор, унося меня прочь от паникующей толпы, все это время целуя с ненасытным демоническим голодом.
Фабиан прижал меня к тяжелой колонне, его зубы впились в мою нижнюю губу, а клыки почти прокусили кожу.
Я застонала, когда моя потребность в нем обострилась, мои лодыжки крепко обхватили его талию, позвоночник выгнулся, когда я прижалась к нему, и он выдохнул мое имя, как проклятие и молитву.
Фабиан отпустил мою руку, чтобы запустить пальцы в мои волосы, углубляя наш поцелуй, но, когда наши метки разъединились, я почувствовала, что на меня словно вылили холодную воду, реальность вернулась и напомнила мне о том, кто я и чего хочу.
Я вспомнила все это, каждое мгновение, когда эта гребаная богиня играла моей волей. Я резко отстранилась от него, прерывая наш поцелуй и поднимая кулак, чтобы он встретил его своей челюстью, вместо моего рта.
Фабиан отшатнулся от удара, поставив меня на ноги, и я ударила его снова, разбив ему губу, пока он растерянно моргал, его рубашка распахнулась там, где я почти порвала ее всего несколько мгновений назад.
— Не прикасайся ко мне черт возьми! — рявкнула я, надвигаясь на него со сжатыми в кулаки руками, а ярость пожирала меня. Но я оказалась зажатой между двумя враждующими половинками своей души. Половиной, которая тосковала по нему, и половиной, которая ненавидела его, и они не могли примириться друг с другом.
Фабиан нахмурился, глядя на меня, и попятился, выставив руку между нами, так что отметина на его ладони резко выделилась.
— Что ты со мной сделал? — Потребовала я ответа. — Что это, черт возьми, такое?
— Я не знаю, — ответил он, и мое сердце забилось быстрее, потому что я видела, что он говорит правду. — Но ты нужна мне, Келли. Мы созданы друг для друга. Разве ты этого не чувствуешь?