Адские существа (ЛП)

Хотя я была свободна, я не собираюсь покидать башню. Я приняла решение. Я подожду, пока Джулиус вернется, и заставлю его дать мне ответы.
Прошло несколько часов, и солнце опустилось низко за дымку облаков, окрасив их в розовые и янтарные тона. Прошло совсем немного времени, прежде чем мир поглотила тьма, но мои глаза вскоре привыкли к полумраку вокруг меня. Поднимался ледяной ветер, и без пальто, которое согревало меня, я вскоре зарылась в одеяла Джулиуса.
Через некоторое время до моих ушей донесся шум за ближайшим окном. Мое сердце сжалось, но мгновение спустя Джулиус перевалился через выступ, и мой страх прошел.
— Черт. Где ты? — прорычал он.
— Тут, — сказала я, приподнимаясь с груды одеял, чтобы показать себя.
Он вздохнул с облегчением, подошел ко мне и опустился на колени. — Я должен был догадаться, что не смогу удержать женщину с кровью истребителей, связанную веревкой. Но я рад, что ты все еще здесь. Значит, ты мне доверяешь?
— Ни в малейшей степени. Но у меня есть вопросы, и ты дашь мне на них ответы.
Он хмыкнул, затем ткнул меня в бок. — Подвинься. Прошло много времени с тех пор, как мне было с кем поделиться теплом. — Я не пропустила мимо ушей его намекающий тон, но подумала, заметил ли он, каким взглядом я одарила его в темноте.
Я подвинулась, чтобы дать ему место, и он натянул одеяла на нас обоих, прижимаясь ко мне.
— Они ушли? — Спросила я, бесстыдно прижимаясь к нему, ощущая жар его тела как дар божий, в то время как холод пробрал меня до костей.
— Я проложил след по всем руинам и обратно в город. Они будут преследовать свои хвосты до восхода солнца. Во всяком случае, большинство из них. Одному из них Кошмар попал случайно в глаз.
У меня перехватило дыхание, когда он вложил что-то теплое в мою ладонь.
— Успокойся, это всего лишь клинок. — Я услышала усмешку в его голосе, когда мои пальцы обхватили рукоять Кошмара, и успокаивающая энергия хлынула в меня.
— К счастью для тебя, — напомнила я ему.
— Ах, ты про отрывание моего члена. Я не забыл. Но отдай мне должное, девица. У меня больше такта в общении с женщинами, чем просто сунуть член им в руку и надеяться на лучшее. Думаю, я бы уже давно потерял свой член, если бы это было моим фирменным приемом.
Я фыркнула, и он хихикнул, звук завибрировал во мне, хотя мне отчасти хотелось пнуть его за то, что он продолжал называть меня девицей.
— Итак, ты собираешься поделиться своими мыслями по поводу того, что Кошмар рассказал нам ранее, или ты собираешься продолжать вести себя как скрытный говнюк?
Джулиус каким-то образом придвинулся ближе, и было трудно не растаять от жара, который исходил от него, когда усилился ветер. — Ты знаешь о пророчестве?
— О чем? — Спросила я, нахмурив брови.
— Хм, — вздохнул он. — Хорошо, давай начнем с самого начала.
— Расскажи мне все, — настаивала я, желая услышать его историю.
— Бог по имени Андвари ответственен за проклятие вампиров, — сказал он, отчего мое сердце сбилось с ритма. — Короче говоря, родители Бельведеров по-королевски разозлили его, и он проклял их детей вечно жаждать человеческой крови. Но чтобы сделать это, Андвари обокрал богиню по имени Идун. Он скормил Бельведерам ее бессмертные плоды, чтобы сотворить проклятие.
— Ладно… — выдохнула я, пытаясь заставить себя поверить в подобное.
Джулиус продолжил: — Итак, Идун создала нас в отместку. Истребителей. Мы рождены, чтобы покончить с проклятием, наложенным Андвари. Что означает, что либо мы должны стереть вампиров с лица земли, либо мы должны снять проклятие, выяснив ответ на пророчество Андвари.
— Какое именно? — Настаивала я, а по телу медленно побежали мурашки.
Кошмар завибрировал в моей ладони от его слов, побуждая меня поверить каждому из них.
Он перевел дыхание. — Рожденный воином, но ставший монстром, изменит судьбы порабощенных душ. Восстанут близнецы солнца и луны, когда один проживет тысячу жизней. Золотой круг соединит две души, и уплаченный долг исправит старые ошибки. На святой горе земля исцелится, тогда мертвые оживут, и проклятие исчезнет.
 
Меня пробрала дрожь, когда по пространству прокатилась волна силы, и, клянусь, ветер завыл еще громче. Я узнала некоторые слова из тех, что говорил мне Кошмар, но не понимала своего участия во всем этом.
— Что это значит? — Спросила я приглушенным голосом, и Джулиус взял меня за руку, сжимая мои холодные пальцы, а я не смогла отказать себе в тепле, которое он мне подарил.
Я повернулась к нему в темноте, обнаружив, что его глаза мерцают, глядя на меня, когда слабый свет луны упал на башню. — Я не знаю. Но у меня есть несколько вопросов, поскольку Кошмар говорил с нами ранее. Он назвал тебя Дитя Луны… знаешь почему?
— Нет, — выдохнула я. — Я имею в виду… единственная связь, о которой я могу подумать, это то, что мои родители называли нас с сестрой солнцем и луной.
— И ты упомянула, что она твоя близняшка, — задумчиво пробормотал Джулиус, крепче сжимая мою руку.
— Да, — сказала я, когда поняла, что он имел в виду. — Ты думаешь, мы близнецы солнца и луны, о которых говорится в пророчестве?
— Я не знаю, — ответил он мрачным тоном. — Но это возможно. Вполне возможно, что вы с сестрой сыграете какую-то роль в снятии проклятия.
Тяжесть этой перспективы легла на меня, и я прокрутила слова пророчества в голове, пытаясь понять, что они могли означать. — Там говорится, что близнецы восстанут, когда один проживет тысячу жизней. Может ли это означать…когда одна из нас станет бессмертной? — Я вздрогнула от этой мысли и почувствовала, как Джулиус пожал плечами.
— Возможно. Есть только одна часть пророчества, в которой мы с братом когда-либо были уверены. Святая гора — это место мертвых. В мое время мы называли ее Хельгафьель. Я подозреваю, что это проклятие должно быть каким-то образом снято там. Долг уплачен… — Он покачал головой, не имея больше ответов.
Между нами повисла тишина, и Джулиус полез в карман, доставая телефон.
— Где ты его взял? — Удивленно спросила я.
— Украл его у того охранника, которого я убил. — Он озорно ухмыльнулся, но когда я вспомнила последние крики Фолкнера и боль в глазах Эрика, когда его охранник превратился в пепел, я не нашла в этом ничего забавного. — Он подключен к камерам на территории замка. — Джулиус нажал на кнопку на нем, показывая мне экран. — Каждая слепая зона, каждая слабость, которые есть у членов королевской семьи в этом месте, прямо здесь, в моей руке.
Мой рот приоткрылся от шока, когда я наклонилась вперед, разглядывая видео в реальном времени, проигрывающиеся в крошечных квадратиках на телефоне. Джулиус ткнул в один из них, и он расширился, показывая ступени, ведущие к замку. Пара охранников стояла у дороги позади них, оглядываясь по сторонам, и о чем-то разговаривали вполголоса друг с другом.
— И что теперь? — Спросила я.
— Теперь мы ждем, когда появятся Бельведеры, — сказал он, и мое сердце забилось сильнее от такой перспективы.
Шли минуты, тишину нарушали только завывание ветра и странный вой, разносящийся далеко в ночи. Минуты превратились в час, и за все это время не произошло ничего примечательного, кроме смены караула.
Мой разум начал блуждать, фантастические страны взывали ко мне, обещая мне побег от моих собственных мыслей. Но по какой-то причине я больше не хотела отгораживаться от мира. Я не хотела забывать о боли, запертой в моем сердце из-за папы, или о том, как я тосковала по своей близняшке. Потому что эти вещи, возможно, были жестокими и сокрушительными, но они были жизненно важной частью меня, которая связывала меня с моей семьей. Я поняла, что с тех пор, как меня похитили и я попала в лапы вампиров, я, возможно, и не была свободна, но я бодрствовала, осознавая жизнь во всей ее прекрасной жестокости. И я больше не хотела отгораживаться от нее.
— Похоже, у нас есть какое-то движение, — сказал Джулиус, и я оживилась, сосредоточив все свое внимание на экране, чтобы приглушить горе.