Арка третья: "Лопата кумкватов" (СИ)

— Я не специально!
— В этом-то и беда. Ты сама не ведаешь, что творишь, и никак это не контролируешь. Однажды такие как ты едва не уничтожили Альвирах. Поверь, решение «Каждый чудотворец должен быть найден и уничтожен» никому не нравилось, но все приняли его неизбежность, даже Император. Нельзя было допустить, чтобы они и дальше разрушали Край. На одной чаше весов были несколько жизней не виноватых в своих способностях людей, на другой — существование всего Альвираха.
— Значит, меня обязательно надо убить?
— Ещё три дня назад я сказала бы, что да. Но теперь у тебя есть шанс.
— Почему?
— Потому что Дом Теней запер Вечну в клетке иллюзий, исключив её влияние на Альвирах. Не стану скрывать, это была моя идея, и я сумела их подвести к такому решению.
— Но зачем? — поразилась Завирушка.
— Вечна Нашёптанная — единственный нефилим, живущий на самом Альвирахе и доступный Разумным. Остальные пребывают либо в Крае, как Киноринх, либо никогда не вступают в прямой контакт с живущими, как Могой, Влагнагог, Цаг и Найраг. Но до Вечны мог добраться любой паломник, потратившийся на билет до Корпоры.
— И что в этом плохого?
— Увы, оказалось, что не паломники влияют на нефилима, а нефилим влияет на них. Мы долго не могли понять, откуда берутся чудотворцы, но однажды заметили, что они всегда рождаются у тех, кто контактировал с Вечной. И чем плотнее и продолжительнее этот контакт, тем вероятность выше, а чудотворец — сильнее. Каррегвенская пятёрка мятежников, едва не уничтожившая весь Альвирах, выросла из детей самых доверенных птах, которые несли свою службу непосредственно в Гнездовище. Они пренебрегли запретом на размножение, они предали Орден, скрыв своих потомков, и они же стали доказательством, что людям и нефилимам нельзя жить рядом. Тогда я предложила запретить паломничества и снести Корпору. Увы, Консилиум, прознав об этом, снёс меня и заодно Империю. Теперь Корпора — город-государство, а проблему нефилима удалось решить всеобщим обманом. Это помогло — о чудотворцах уже много лет никто не слышал. Ты — единственная. Твоя бабка ставила завесу и оказалась слишком близко к нефилиму.
— Тогда почему вы меня ещё не убили?
— Из-за Солнца.
— А что с ним?
— Оно, знаешь ли, довольно небрежно сделано. Тот узел, который некогда завязали на материи Края его создатели, должен был неизбежно привести к его прогоранию за какие-нибудь лет пятьсот, каковые и составляют гарантийный срок службы светила.
— Но этого же не произошло?
— Да, и учёные долгое время не могли понять, почему. И только когда мы исключили из уравнения Вечну, заперев её в клетке иллюзий, ситуация изменилась. Оказалось, что именно нефилим не давал процессу зайти слишком далеко. В прошлом году учёные давали солнцу год-полтора.
— А что потом? — спросила испуганно Завирушка.
— В лучшем случае, оно погаснет. В худшем — ещё и угробит при этом Корпору.
— И никто об этом не знает?
— По-твоему, об этом надо кричать на площадях?
— Да. Люди имеют право знать!
— Зачем? Ведь сделать с этим ничего нельзя. Точнее, — поправилась Падпараджа, — было нельзя. Всё изменилось, когда некая девица блеснула своим талантом чудотворца, находясь на корабле Лодочника. Солнце мигнуло, и всё изменилось!
— Так я его не поломала?
— Наоборот, каким-то удивительным образом починила. Учёных бывает трудно понять даже мне, но, по самому свежему прогнозу, у нас появилась ещё как минимум пара лет. Светило как бы перезагрузилось, частично сбросив напряжение Края. Если это воздействие получится иногда повторять, мы успеем подготовиться. Придумаем, как зажечь новое солнце, или изобретём другие источники тепла и света, или хотя бы восстановим геотермальные скважины. Работы над этим ведутся. Если солнце однажды прольётся огненным душем на улицы Корпоры, Утроба будет готова принять всех.
— И вы снова станете самой главной? — понятливо спросила девушка.
— Не я, — равнодушно ответила Падпараджа. — Сидус. Но я очень рассчитываю, что, наняв какого-нибудь Лодочника, мы сможем периодически вывозить тебя на Край, где ты будешь делать то, что там обычно делаешь в таких случаях. Назначим тебя Хранительницей Светила, окружим почётом и комфортом, люди будут тебя любить и славить.
 
— И всё?
— Почти. Ты будешь под постоянным надзором и контролем, чтобы твои способности не применялись здесь. Твои действия будут строго регламентированы. Ты никогда не будешь делать то, что захочешь. И никаких детей, разумеется.
— Мне это вообще совсем ничуточки не нравится.
— Дебош всё ещё идёт за тобой, — напомнила женщина.
— Но почему бы вам не позволить мне выпустить Вечну? Пусть она снова не даёт солнцу сгореть!
— Потому что эта безмозглая древняя курица чертовски злопамятна.
 Глава 9 
 Железная поступь возмездия 
— А ты точно библиотекарь? — спросил с сомнением Полчек.
— Сейчас — да, — уверенно ответила Талена. — Но бедной девчонке из Утробы не так-то просто было заработать на учёбу.
Девушка одета в костюм ассасина, на лице маскировочный макияж и полумаска, на ногах мягкие тканевые сапожки, на чёрных кожаных перевязях метательные ножи, на поясе — боевые артефакты и взрывная химия.
— Итак, в последний раз пробежимся по плану, — деловито сказала Спичка.
— Я бы даже не назвал это планом, — фыркнул Вар.
— То, что нужно для таких балбесов, как вы. Ничего более сложного вам не запомнить, — дварфиха вдобавок к кирасе нацепила шлем, поножи, стальные нарукавники, боевые перчатки и теперь похожа на бронированный колобок с бородой. — Итак, вы с Полчеком и этой барышней отправляетесь к тому входу, что под библиотекой. Если она действительно разбирается в той белиберде, что нарисована на этих бумажках, — Спичка презрительно потрясла жёлтыми пыльными листами, — то оттуда есть более-менее прямой путь к резиденции Сидуса.
— Был, — уточнил Полчек. — Был прямой путь. Не забывайте, прошло много лет, а Утроба меняется.
— Наверняка где-то окажется тупик, что-то засыпано, где-то надо в обход, — согласилась Талена. — Но общее направление у нас есть, и я умею находить дорогу.
— Рассчитываю на вас, барышня, — фыркнула Спичка, — а то эти два деятеля культуры свою задницу в темноте не найдут. В общем, ваша задача добраться до резиденции. Очень надеюсь, что наша девица ещё жива и ещё там.
— Она зачем-то очень нужна Сидусу, — сказал Вар. — Скорее всего, он держит её под рукой. Понять бы ещё, что он задумал…
— Это такая древняя и хитрая тварь, — с неожиданной злостью сказала Талена, — что бесполезно гадать о его планах.
— У тебя что-то личное к нему? — спросила Спичка.
— Не ваше дело, — отрезала та.
— Ещё какое наше, — не согласился Полчек, — мы идём одной командой. Не хотелось бы думать, что тебя в критический момент замкнёт. Мы не Сидуса убивать идём, дамочка, а спасать Завирушку. В идеале нас вообще никто не заметит, потому что все будут заняты Спичкой. С тобой не будет проблем?
— Не будет, — сердито сказала девушка. — Подвернётся шанс — пырну старого упыря в печень, но специально искать не буду.
— Да что у тебя с ним за расклад? — удивился Вар. — Ты слишком молода, чтобы иметь к Сидусу личные счёты.
— Невольник держит этот город в кармане. Он культивирует нищету большинства и выращивает на ней богатство немногих. Я выросла в Утробе, не видя солнечного света месяцами. Чтобы вырваться из подземелий, мне пришлось пройти через мрак. А почти все мои сверстники так и остались там, перебиваясь подённой работой за гроши или убивая для Сидуса.
— Такова судьба бедняка в любом городе Альвираха, — пожал плечами Полчек. — Не Сидус создал этот мир.