S-T-I-K-S. Студент (СИ)

Когда машина подъехала к самим воротам, наверху кто-то крикнул:
— Кто там?
— Сто грамм, — ответил водитель. — Открывай, не видишь, свои.
— А с вами кто?
— Прохожий, он сюда шёл, вот и подобрали. Тебе не всё равно? Старшие разберутся.
Тот, кого я так и не разглядел, включил какой-то механизм, стальная калитка медленно поползла в сторону. Теперь видно, что в городе есть электричество. Два больших ветряка, стоявших на другой границе города, я разглядел сильно позже. Машина заехала на территорию и остановилась. Я встал с места и огляделся. Городок был застроен довольно тесно и больше напоминал военный лагерь. Народа здесь хватало, все суетились и бегали по каким-то делам.
— И что тут есть? — спросил я у водителя.
— Магазин, гостиница, кабак, что тебя интересует?
— Да, всё, пожалуй. А баня есть?
— Да, в гостинице есть помывочная. Если работа нужна, сходи в администрацию, это кирпичный дом в самом центре стаба. Меня, если что, Моряк зовут, — он ткнул себя пальцем в грудь. — А его — Сивый. Мы в рейды ходим на близкие расстояния. Если есть желание, вступай в нашу шайку.
— Я подумаю.
Он кивнул и снова сел за руль, чтобы загнать технику в небольшой бокс. А я отправился в указанные места. Что мне нужно? Место для ночлега, надеюсь, недорого. Дальше, еда. Желательно, горячая, а то от сухомятки скоро язва появится. В магазин зайду на всякий случай, чисто прицениться. Не настолько я богат, чтобы оружие купить.
К счастью для меня, долго искать не пришлось. Городок, и вправду, был небольшим, а на нужных зданиях были вывески. Вот гостиница, я поднялся по ступеням невысокого крыльца, открыл деревянную дверь, глухо звякнувшую колокольчиками, и оказался у стойки. Там сидел худощавый мужчина лет тридцати, одетый в пиджак с галстуком. Я открыл рот для приветствия, но он меня опередил:
— Слушаю.
— Мне бы номер снять, на двое суток, во что обойдётся?
— С кормёжкой три спорана, без кормёжки два.
— А кормят хорошо?
— Не очень, лучше в кабак сходи.
— Понял, тогда без кормёжки, и ещё, баня есть?
— Входит в стоимость, в конце коридора спуск вниз до упора. Мыло там выдают. Сейчас… — он посмотрел на часы, — пересменка, часа через два подойди.
— Понял, — я положил на стойку две зелёных виноградины, а взамен получил ключ с табличкой. На табличке стоял номер 229. Значит, второй этаж. Номер был довольно просторный, имелась кровать, умывальник и обеденный стол. Интересно, здесь не воруют? А то есть среди вещей ценности, не хотелось бы потерять.
До бани ещё два часа, можно посетить кабак и магазин. Я рискнул оставить ружьё в номере, на улицах люди без оружия, на меня смотрят косо. Зато прихватил все спораны, что ещё остались. Двадцать два. На пару дней жизни хватит.
Магазин оказался обширным одноэтажным строением с низким потолком, который даже я мог достать рукой. Торговали тут решительно всем. Один угол занимала одежда и обувь, разных фасонов, но с уклоном в военную форму. Я на всякий случай приценился, неплохо было бы купить берцы, да моего размера не оказалось. Лучше в этих похожу. Зато купил себе семейных трусов и носков, а на сдачу дали два полотенца и зеркальце для бритья. Неплохо, кстати, надо бы ещё какую-нибудь бритву приобрести, жидкая бородка отросла довольно сильно, некрасиво топорщась в разные стороны.
Нашёл я в итоге и бритву и зубную щётки, и кусок мыла в мыльнице. Любой каприз за ваши деньги. Продавцов было двое, оба бегали от прилавка к прилавку. Третий продавец сидел в самом конце. Перед ним был обширный прилавок с оружием. На белой ткани лежали автоматы, винтовки, карабины, дробовики, в том числе и такие, как у меня, ради покупателя он даже встал с табуретки. Это был человек небольшого роста, примерно с меня, только широкий в кости. На нём был надет выцветший камуфляж.
— Купить? Продать? Починить? — начал он перечислять густым басом. — Есть холодняк, ножи свой кузнец куёт, острые и не ломаются, кое-какая броня имеется. Бинокли, но дорогие.
— А сколько, к примеру, автомат стоит? — я ткнул пальцем в лежавший с краю АК-74.
 
— Тридцатку, сорок седьмой за полтинник, и патроны по спорану за десяток. Рожки каждый по пятёрке. Бери, не пожалеешь.
Я вздохнул, дороговато. Потом как-нибудь.
— Ясно, а пистолеты есть?
— Макаров тридцать пять, Стечкин пятьдесят.
— А почему пистолет дороже автомата? — растерянно спросил я.
— Их меньше, а спрос больше. Брать, как я понимаю, не будешь?
— Не по карману, — честно признался я. — У меня ружьё, двустволка, патроны есть?
— Угу, — он с готовностью вынул из-под прилавка большую коробку. — Двенадцатый?
— Вроде да.
— Предлагаю вот эти, — он вытащил парочку красных пластиковых патронов. Связанная картечь, против твари самое то. На моих глазах такими руберу голову снесли. Правда с пяти выстрелов, и рубер тот в проходе застрял, но всё же.
— Почём? — спросил я.
— Споран за пять штук, дешевле не найдёшь.
— Идёт, — кивнул я и выложил на стол четыре спорана. Продавец быстро смахнул их со стола и начал отсчитывать патроны.
— И клюв тоже дайте, — вспомнил я, доставая ещё споран.
Он понимающе кивнул и вынул из-под прилавка знакомый мне инструмент. Только этот имел деревянную рукоятку, а стальная часть была более массивной и имела обух, которым, при желании, можно было забивать гвозди. Стоил он дёшево.
— Вот, держи на сдачу, — он бросил мне небольшой нож в ножнах, напоминающий финку времён войны. — Сталь хорошая, в самый раз мешки вскрывать.
Отказываться я не стал. Теперь на очереди кабак. Упомянутый питейный дом оказался довольно приличным заведением, здесь было чисто, а за прилавком стояла настоящая (живая!) женщина. Довольно красивая блондинка лет тридцати в белоснежном фартуке.
Здесь почти не было людей, я подошёл к стойке и сделал заказ. В отличие от оружия, цены на еду не кусались, за один споран можно было получить почти королевский обед.
Я заказал себе борщ, а на второе картофель печёный с котлетой из сёмги, даже с двумя котлетами, а на десерт пирожное с кремом. А на вопрос, что буду пить, попросил чай.
Принесли всё быстро, молодой официант разложил на столе ложки и вилки, пожелал приятного аппетита и удалился. После нескольких дней отвратительного питания чем попало, да ещё и употребления всевозможных гадостей на уксусе, желудок мой, почуяв нормальную еду, заурчал и начал подпрыгивать, пришлось срочно приступать. Закончил я через полчаса. На удивление, в меня всё влезло, даже пирожные. Я негромко рыгнул, отвалился от стола и допивал последнюю кружку уже остывшего чая. Нет, хорошо здесь жить, только дорого. Средств хватит ещё на три дня, потом меня попросят на выход. Придётся возвращаться к охоте, которая идёт с переменным успехом, иногда охочусь я, иногда охотятся на меня.
Встав с места, я поблагодарил хозяйку и сказал, что непременно зайду ещё. Теперь домой. Два часа прошли, самое время посетить баню. Помывочная нашлась так, где мне и указали, в подвале гостиницы. Просторный зал, краны с водой, тазы, небольшая парная, обложенная деревом. Одежда закрывается в шкафчик, а ключ надевается на руку. Неплохо. Раздевшись догола и прихватив полотенце, я шагнул внутрь. Навстречу мне вышел банщик, который протянул кусок туалетного мыла и поспешил расстроить, что веников сегодня нет, наломать некому. Ладно, я и без веника обойдусь.
Пригодилась бы мне мочалка, да её выдать забыли, пришлось так намыливаться. Смыв мыло один раз, я пошёл в парную, где от жара было не продохнуть. По телу сразу побежали ручейки пота. Грязные ручейки, мыться придётся долго. Попутно отковырял запёкшуюся кровь от ран на груди, совсем уже затянувшихся. Отлично. А вот рана от стрелы болит, и болит сильно. Ничего, здесь, как в Вальхалле, все раны у воинов заживают до обеда.
 
Часа через полтора, вымытый, выбритый и распаренный, обернув бёдра полотенцем, я шёл к себе в номер, едва передвигая ноги. Постиранную одежду я держал в руках. Где-то здесь была прачечная, но я её не нашёл, пришлось самому. Вернувшись в номер, я развесил вещи, где придётся, а сам просто упал на кровать и закрыл глаза. Всё, до утра не беспокоить.