Не рискуй (ЛП)

Хоть я говорила тихо и стояла неподвижно, я завершила свою тираду, тяжело дыша. И когда я закончила, трое Коди уставились на меня.
Некоторое время никто ничего не говорил, и я заметила:
— Вы все еще здесь.
Фрэнк оторвал от меня взгляд и посмотрел через мое плечо на Грея.
— Ма плохо себя чувствует?
Боже.
Серьезно?
— Да, Фрэнк, иначе ее бы не было в том гребаном доме престарелых, — ответил Грей так же раздраженно, как и я, и даже больше.
— Ты же говорил, она не может ухаживать за собой, — вставил Чарли.
— Да, говорил, — согласился Грей. — А еще я говорил, что ей быстро становилось хуже.
— Насколько все плохо? — спросил Олли.
— Плохо, — выпалила я, и трое Коди снова посмотрели на меня.
Затем Фрэнк опять посмотрел на Грея и тихо спросил:
— Сколько у нее времени?
— Не так много, Бог милостив к ней, — ответил Грей.
Эти слова говорили о многом, и на мгновение воцарилась тишина, затем мужчины Коди стали переминаться с ноги на ногу. Наступила очень долгая пауза, во время которой трое Коди смотрели куда угодно, только не друг на друга и не на Грея.
Мужчины!
— Боже! — нетерпеливо воскликнула я, пребывая на взводе. — Серьезно?
И они все вновь посмотрели на меня.
Фрэнк поднял глаза на Грея, но на этот раз в их голубых глубинах мерцало нечто знакомое, что я часто видела у Грея, что раньше видела у бабушки Мириам, и он произнес:
— Слышал разговоры, теперь вижу, что это правда. Твоя девушка — настоящий вулкан.
Грей сжал на мне свою хватку, а я закатила глаза к почти безоблачному небу Колорадо.
— Конечно, — заговорил Чарли, и я перевела взгляд на него, видя, как он ухмыляется. — Грей — истинный Коди. — Он слегка наклонился ко мне и поделился: — Мужчины Коди любят пылких женщин.
— Вы все еще здесь, — заметила я.
Олли проигнорировал мои слова и спросил Грея:
— Энг принесла курицу по-мексикански?
Чарли выпрямился, вытянувшись по стойке «смирно».
— Да, черт возьми, эта запеканка достойна награды, — пробормотал Чарли, отходя от братьев и, к моему полнейшему неверию, направляясь к дому. — Где бы ни происходила трагедия, Энг принесет туда тортильи.
— Он, правда, считает, что может пойти на мою кухню и съесть запеканку, которую Энг приготовила для нас с тобой? — зашипела я, но мне следовало поберечь дыхание, видя, как все Коди, включая и ту, что взяла эту фамилию, направились к дому.
— Похоже на то, — пробормотал Грей, я начала поворачивать голову, чтобы посмотреть на него, затем почувствовала, как державшая меня рука Грея и его тело напряглись, и поняла причину.
По дороге двигалась полицейская машина.
К тому времени, как капитан Ленни остановился, вылез из машины и подошел к Грею, который обнял меня за шею, притянув к себе ближе, я почувствовала, что все Коди стоят за нашими спинами.
Давно пора.
Наконец-то, они были на своем месте.
Ленни, окинув взглядом команду Коди, пробормотал:
— Приятно видеть, что из этого дерьма вышло что-то хорошее, вы совместными усилиями пытаетесь решить свои проблемы.
— Меньше слов, Лен, у тебя есть новости? — рявкнул Фрэнк, Ленни внимательно посмотрел на него, потом перевел взгляд на меня. Я бросила ему извиняющийся взгляд, и он вздохнул.
Затем он посмотрел на Грея.
— Пит и Бад арестованы.
Мы с Греем оба напряглись, но Грей, определенно, напрягся сильнее, и сзади на нас накатила волна эмоций.
— Я провел утро, уговаривая судью выдать нам ордера, — продолжал Ленни. — Как только мы их получили, направились к Питу, а также к Баду и Сесилии. Парни все еще там. Бадди в участке с восьми утра. С того времени мы периодически допрашиваем его, но он отрицает свою причастность. Мы нажали, он нанял адвоката. Теперь ждем приезда его адвоката, чтобы снова поболтать. Тем не менее, полученные ордера включали доступ к его телефонным звонкам и финансовым отчетам, и мы обнаружили, что не так давно он ездил в Вегас, провел там одну ночь, что подтверждает заявление Айви о дате визита к ней. Это новое доказательство, которое мы получили всего полчаса назад, и мы используем его во время разговора с ним и его адвокатом.
 
— Ясно, — пробормотал Грей напряженным голосом, и Ленни, не сводя с него глаз, переступил с ноги на ногу, что было совсем не в духе Ленни.
Я поняла почему, когда он тихо произнес:
— Видишь ли, Пит уже два года как без работы.
О Боже
Тело Грея одеревенело, мои руки скользнули вокруг него, и еще одна волна эмоций ударила по нам сзади.
— Не защищай этот кусок дерьма, — прорычал Олли, и Ленни посмотрел на него.
— Я не защищаю. Я пытаюсь сделать невозможное и объяснить необъяснимое. Порой, когда с людьми поступают плохо, им интересно знать, что двигало источником их бед. — Глаза Ленни обратились ко мне. — Он брался за случайную работу, но еле сводил концы с концами. Он был в отчаянии, думал, что потеряет жилье, грузовик. Сказал, что Бад заплатил ему. К сожалению, наличными, но мы надеемся, что сможем свести эту линию воедино. — Ленни оглянулся на Грея. — Грей, он знал о дробовике, поджег конюшню, а затем выстрелил из дробовика, чтобы предупредить тебя. Мальчик никогда раньше не промышлял поджогом, не знал, что конюшня так быстро загорится. Думал, у тебя будет достаточно времени, чтобы увести лошадей в безопасное место.
— Полагаю, ты можешь догадаться, что мой ответ на все это — мне насрать, — тихо ответил Грей, от сдерживаемого нетерпения и гнева его голос все еще звучал напряженно.
— Да, я могу догадаться, что твой ответ был бы именно таким, — пробормотал Ленни.
— Он признался, что заразил деревья? — спросил Грей, Ленни на мгновение задержал на нем взгляд, затем кивнул. — И узнал о дробовике, отравив лошадей, — продолжил Грей, челюсть Ленни напряглась, и он снова кивнул. — Все оплатил Бадди? — закончил Грей, и Ленни снова кивнул.
Грей посмотрел Ленни в глаза, тот не отводил взгляда, затем сжал челюсть и посмотрел на свои ботинки, я знала, в поисках контроля и терпения.
— И что теперь? — спросила Мэйси у нас за спиной, и Ленни посмотрел на нее, потом на Грея и меня.
— Мы надеемся, что Бад признается, но я бы не стал на это рассчитывать. Несколько парней вытались его расколоть, но он молчит как рыба. А значит, мы должны надеяться, что сможем найти в его доме что-нибудь, что свяжет его с этим дерьмом, или отыщем след, который приведет к нему, — ответил Ленни Мэйси, затем его глаза вновь обратились на Грея. — Ты получил мое обещание, Грей, клянусь своей мамой, упокой Господь ее душу, что я и все мои парни из полиции Мустанга делаем все, что в наших силах. Им не нравится, когда мужчина и его женщина просыпаются посреди ночи, чтобы рисковать своими жизнями, спасая лошадей. Им не нравится, когда убивают лошадей. И им не нравится Бадди Шарп. В твоем деле заинтересованы многие, Грей. Верь в это.
— Единственное, во что я верю, так это в то, что подхалим и козел отпущения Бада находится за решеткой и пробудет там некоторое время, чтобы мои лошади, у которых нет конюшни, обеспечившей бы им минимальную безопасность, не будут отравлены, пока Бад не соберет денег, наняв кого-то другого поиметь меня. И, возможно, я могу верить в то, что, зная это дерьмо, у Бада не хватит смелости самому сделать всю грязную работу, так что нам с Айви какое-то время удастся чувствовать себя в безопасности. Это может быть день, неделя или месяц, но мы не будем знать, как долго это продлится, так что, полагаю, ты можешь догадаться, что я не буду слоняться без дела, ожидая, что же он спланирует дальше. Я ценю, что ты следуешь своему долгу, как это и должно быть, но на это уйдет время. Но, Лен, сказанное мной минувшей ночью, остается в силе. Если ты не позаботишься об этом дерьме, это сделаю я.
 
— Неразумно открыто угрожать капитану полиции. — Предупреждение Ленни прозвучало мягко, но все же это было предупреждение.
— Вероятно, нет, — вставил Олли позади нас, — но послушайте меня, не позаботитесь об этом дерьме вы с Греем, о нем позабочусь я.