Пробуждающая тьму. Невеста
Он снял с плеча чехол и высвободил гитару.
– Да? А я думал, руководство академии уже плюнуло на нас, бездарей, – усмехнулся неугомонный Кирст.
– С чего вы решили, что вы бездари? – Каирус приподнял бровь. Хм… магистр Дэкан. Да, он говорил, что в миру не называет свое настоящее имя, чтобы не возникали ненужные ассоциации с оркестром императора.
– Да все говорили, кто нам преподавал. Нас с наших курсов повыгоняли, мы не смогли вписаться в оркестры вместе с одногруппниками. Вот и собрали нас, неудачников, в одном месте. Я, Дейш и Дуглас – с третьего курса. Валесса – со второго. Трэйван – с четвертого. А Лада – вообще с первого. Но она не неудачница. Наоборот. Ее просто на первом курсе некуда девать было – вот к нам отправили.
Каирус смерил меня заинтересованным взглядом. Ну конечно, ему-то уж наверняка известно о причинах, почему я здесь оказалась.
– Справедливости ради стоит заметить, – добавила Валесса, – что мы не неудачники, как самокритично уверяет Кирст. Мы не сыгрались ни с кем. Но сами по себе играем хорошо. Это даже Андра говорила.
– Давайте познакомимся поближе, – предложил Каирус. – Так, как это принято у инструментальных магов. Я сыграю на гитаре. Каждый по очереди будет ко мне присоединяться. Дополняйте мелодию так, как считаете нужным, как чувствуете. А мы посмотрим, что из этого выйдет.
– Какую мелодию? – удивилась Валесса.
Я тоже заинтересовалась. Мелодия – звучит так, будто мы играем музыку.
– Ах да, – хмыкнул Каирус, – этот термин в инструментальной магии давно уже не применяется. Но применялся. В старых учебниках его можно найти. Игра на артефактах сравнивалась с игрой на музыкальных инструментах. И немало терминов из музыки перекочевало в магию. Мелодия, композиция, даже ритм.
– А как у тьмы может быть ритм? – не понял Кирст.
– Например, так…
Каирус заиграл. Я услышала, как со струн его гитары срываются удивительно стройные, мелодичные переливы. Так даже ребята у нас в универе не играли на настоящих гитарах! Все, что они могли, это однообразно тренькать. Ну, может, меняли тот самый ритм. А вот Каирус вытворял что-то невероятное. Ловкое движение пальцев – гитара издает красивые, гармоничные звуки. И по полу стелется тьма. Звук повыше – и тьма приподнимается отдельными клубками, а часть ее продолжает стелиться по полу. Еще один перелив – да, тьма как будто пульсирует! И это похоже на волны, вздымающиеся над взволнованным морем.
– Ух ты! – поразились ребята.
– Кирст, присоединяйся, – предложил преподаватель.
Кирст достал свою гитару и заиграл. Его музыка звучала неплохо, даже в чем-то красиво, но… создавала дисгармонию. И это отражалось на тьме – она врывалась в магию Каируса, разрывала ее, заставляла подпрыгивать волны там, где это не нужно.
– Неплохо, – похвалил Каирус. – Потенциал совершенно точно есть. А теперь следующий.
Подчиняясь игре его гитары, тьма собралась на полу, скукожилась, а потом резко взвилась вверх.
Высвободив трубу, заиграл Дуглас.
– А теперь вы одновременно. Я слышал, у вас талант, – предложил Каирус, когда все остальные ребята из группы показали, на что способны.
Да, вступить одновременно у нас с Дейшем получилось, в этом мы уже наловчились. И даже переплели нашу тьму, устремляя ее к тьме Каируса. А вот потом начались сложности.
Конечно, виртуозной игры мы не показали. Играть так, чтобы твоя тьма звучала в унисон с тьмой кого-то незнакомого, сходу мало у кого получится. Для этого наверняка нужен огромный опыт, если такое без тренировок вообще реально. Однако под конец… я начала прислушиваться к музыке. И пусть музыкального образования не получила, но на слух никогда не жаловалась, да и свою скрипку успела хорошо узнать. Так что под конец у меня начало получаться соединять свою тьму не только с тьмой Дейша, но и повторять ею движения вслед за магией Каируса!
– А теперь выше возьми, чтобы нота звонче прозвучала, – подсказал преподаватель.
И у меня получилось. Ребята ахнули, когда наша тьма взвилась к самому потолку, вытанцовывая как будто в вальсе.
Я отложила скрипку. Внимательный взгляд Каируса пронзил меня насквозь.
Ох! Кажется, он понял, что я слышу музыку.
Или нет? Как такое предположить, если ее не слышит больше никто?
– Лада, задержитесь, – обронил Каирус после занятия.
Довольные ребята активно обсуждали прошедший факультатив, взбудораживший даже сильнее, чем выступление перед Андрой. Кажется, этот Каирус – на самом деле прекрасный преподаватель. Если кто и сможет научить нас играть вместе, как настоящий оркестр, так это он.
Валесса оглянулась на меня. Второкурсница явно хотела поболтать, но я покачала головой, предлагая меня не ждать. Вдруг разговор с преподавателем затянется. А вот Дейш никуда уходить не собирался – остался сидеть в аудитории рядом со мной.
– Ты слышишь, Лада? Я правильно понял?
Дейш аж подобрался.
Я поразмышляла несколько секунд: сказать или не сказать? А, ладно, все равно дальше это станет невозможно скрывать – сопоставлять одно с другим Каирус совершенно точно умеет.
– Да, слышу. Для меня все инструменты звучат как инструменты, только тише. Такие люди были до меня, верно?
Конечно, музыкальные термины могли применять к игре на артефактах лишь потому, что они похожи по внешнему виду. Но после вопроса Каируса я поняла, что все-таки не одна единственная слышу музыку. Иначе он бы не задал свой вопрос.
– Верно, – Каирус усмехнулся, окинув меня оценивающим взглядом. – Во времена империи было много людей, кто слышал. Я не считаю, что слышать – это врожденная способность, хотя кому-то она дана лучше, кому-то хуже. Эту способность можно развить.
– Вы собираетесь развивать ее у своих студентов?
– Проблема в том, что никто из них даже не знает о такой возможности. Как можно развить то, о чем не подозреваешь?
– В таком случае как она появилась у меня?
– Все просто, – Каирус усмехнулся, – тебе никто не говорил, что инструменты играют беззвучно.
– Говорили. Дейш говорил!
– Разве?
Я задумалась, припоминая детали.
– Говорил после того, как я сказала, что слышу…
– Поздравляю. Ты оказалась не настолько внушаема, чтобы тут же перестать их слышать. Да, для начала я планирую ввести прежние термины, чтобы у студентов возникали должные ассоциации. А дальше… будем наблюдать. И кстати, Лада. Ты хорошо чувствуешь скрипку, но рекомендую все же записаться на дополнительные занятия. Музыкальные.
– Учить музыку? – поразилась я. – А где? Это же… академия магии.
– Здесь музыке правда не учат, – Каирус хмыкнул. – Математика, литература, особенности рас. Но не музыка. Я могу преподавать тебе, если хочешь. Тебе и Дейшу. Поверьте, знание музыкальных основ поможет достигнуть виртуозного мастерства.
– Как у вас?
– Возможно, – Каирус таинственно улыбнулся.
– Дейш, что скажешь? – я повернулась к нему.
– Мы согласны. Если есть возможность усилить себя и свое мастерство – глупо отказываться.
– Даже если вы мне не доверяете? – Каирус усмехнулся.
– Даже если, – заверил Дейш. – Я не встречал в наших книгах упоминания о том, что артефакты звучат. Хотя инструментальной магией, как видно, увлекаюсь. – Он демонстративно покрутил в руках флейту.
– Полагаешь, в вашей семейной библиотеке собраны все имперские книги?
– А в вашей?
– Не все сразу, парень, – отрезал Каирус с холодной улыбкой. – Но я беру вас на обучение. Я помогу вам достичь такого мастерства, которое даже не снилось многим из нынешних магов.
– Даже демонам? – полюбопытствовала я.
Одновременно со мной Дейш задал свой вопрос:
– Какая вам польза помогать нам осваивать магию, если однажды мы оба можем слететь с катушек? Если будем хорошо подготовлены – быстрее мир разгромим. С вашей подачи.
Каирус насмешливо вздернул бровь. Ответил неторопливо:
– Лада, ты видела хоть одного демона с магическим инструментом? Дейш, если в тебя вселится повелитель, все его навыки перейдут в твое тело, а твоя личность будет стерта – и не имеет значения, чему ты учился всю свою жизнь. Тебя не будет.