Вне правил. Я украду твою жизнь (СИ)

Могла бы я признаться, что играю. Вот только вздох, сорвавшийся с губ, когда Призрак тянет руку к моим волосам и распускает хвост, настоящий. Волосы рассыпаются по спине. Мужчина прижимается губами к моей шее, осыпает мелкими поцелуями. Запрокидываю голову и чувствую, как язык скользит по моей коже.
— Я не доверяю тебе, Ива, — мужской стон.
Приподнимает за бедра, меняет нас местами, и усаживает на стол. Ладонями скользит вверх, задирает подол платья.
— Я не опасна, — выдыхаю, хватаясь за его рубашку.
Это, блядь, горячо. Схожу с ума. Призрак наверняка знает, что нужно сделать, и девушка потеряет голову. Ведет губами вверх, наконец, добравшись до моих, и хватает за челюсть, целуя глубже.
— Я трахну тебя здесь в моем кабинете, на моем столе, — обещает он низким голосом.
Реальность стремительно желает вернуться. Я не должна заниматьсятакимс ним. У меня есть работа, которую нужно выполнить. Но нельзя вернуться ни с чем. Глаза цепляются за татуировки. Возможно, они могут о чем-нибудь рассказать, но когда Призрак втягивает в очередной поцелуй, я закрываю глаза и забываюсь.
Мужчина спускает верх платья до талии и проводит руками по моим ребрам, заставляя вздрогнуть. Рычит, касается и дразнит меня, разжигая огонь. Его ладони играют с моими сосками, сжимая и перекатывая их между пальцев, пока язык нагло трахает мой рот. Дрожащими руками расстегиваю пуговицы на рубашке. Скидывает ее на пол, обнажая твердую грудь.
Пробегаю пальцами по подтянутому животу и замечаю одну татуировку, которая бросается в глаза и приковывает. Среди множества черной краски, она сделана красными чернилами под сердцем. Грешник. Провожу по ней пальцами, но Призрак ловит мою руку.
— Не надо, — предупреждает он.
Бинго.
Одна рука на моей заднице лапает и сжимает, удерживая на месте. Обхватываю его шею руками и стону, выгибаясь. Ведомая похотью, не отталкиваю Призрака, даже когда его рука скользит выше. Пальцы цепляют кружевные стринги. Ткань больно и резко впивается в кожу, трещит и рвется.
— Мне они нравились, — подаю голос, надувшись.
Призрак лишь пожимает плечами, отбрасывая лоскутки в сторону:
— Они были на моем пути.
Его пальцы скользят между бедер. Громко ахаю. В меня грубо врываются двумя пальцами.
— Бля-я, — стонет Призрак, прежде чем заткнуть мои собственные стоны поцелуем.
С каждым грубым движением его пальцев во мне, чувствую, что приближаюсь… В душе бушует буря, все дрожит.
— Призрак, — шепчу я, — пожалуйста.
Он на секунду заглядывает мне в глаза. Слышу, как рвется фольга презерватива.
Мужчина подтягивает меня за задницу к краю стола и одним длинным рывком оказывается во мне. Одна рука на моем бедре, вторая обхватывает шею. Пытаюсь расслабиться и приспособиться к нему. Хватаюсь за его запястье на своей шее. Призрак проникает глубже и рычит.
— Пожалуйста, — выдыхаю я.
Мужчина надавливает на горло, выбивая весь воздух из легких. Сжимает пальцы. Задыхаюсь от боли не в силах пошевелиться. Еще и еще.
— Ива-а, — хриплый полушепот-полустон.
Разводит мои ноги шире и входит под другим углом. Вскрикиваю от удовольствия и дрожу. Перед глазами темнеет, тело расслабляется. И почти мгновенно я растворяюсь в оргазме. Выдох из меня вырывается совсем неестественный. Не могу собраться с мыслями, чтобы вдохнуть, и задыхаюсь, пока Призрак склоняется надо мной.
Он замирает, член пульсирует внутри, и мужчина наваливается на меня.
Вздрагиваю, понимая, что только что кончила от члена и ласк преступника. Блядь. И ведь он меня не соблазняет и не принуждает.
Слабо отталкиваю Призрака.
— Мне нужно идти, — слишком тихо и неуверенно шепчу.
Он выскальзывает из меня, отбрасывая использованный презерватив, и застегивает джинсы. Собрав мои волосы в кулак, Призрак прижимается своими губами к моим. Целует глубоко, словно желает запомнить каждый сантиметр.
— Завтра, Ива, — тихо выдыхает мне в губы. — Я хочу тебя больше, чем на час.
Смотрю в его янтарные глаза и лгу:
— Я буду здесь.
* * *
Молча хлопаю дверью джипа, где все жду только меня.
 
— Твои волосы в беспорядке. Ты с кем-то подралась? — Гриша сужает глаза.
— Да, — отвечаю я, пока машина выезжает на трассу.
— Что ты узнала? Он тебе что-нибудь сказал?
Пытаюсь отфильтровать свои воспоминания. Только тату.
— Татуировка «Грешник». Это у него под сердцем.
— И что? Это все? — Гриша усмехается. — Бесполезно.
— Если только это не название банды, — задумывается босс.
— Он очень чувствителен к тату. Это его беспокоит, — запахиваю пальто сильнее, бросив взгляд на запястье. — Он забрал его.
— Что? — Гриша поворачивается ко мне в недоумении.
— Призрак забрал браслет, — едва не кричу в панике. — Он ведь не сможет отследить нас, да?
— Верно, — босс кивает. — Он не сможет ничего узнать. Единственное — догадается для чего он.
Вдыхаю с облегчением. Я смогу оставить эту ночь в Москве и никогда больше не вспоминать.
То, что произошло в «Безбожнике», останется там.
  
Глава 4
 
— Ива! Ива, иди сюда! — зовет меня Давид.
— Что такое? — допрыгиваю до гостиной, попутно застегивая юбку.
Мой парень ухмыляется и вручает букет белых роз.
— Угадай, кто получил повышение?
— Ух ты! — прихлопываю в ладоши. — Поздравляю!
Давид нежно приобнимает меня:
— Я не смог бы это сделать, если бы не ты. Мой маленький компас. Мы могли бы куда-нибудь сходить, но ты убегаешь постоянно на работу.
— Ты же знаешь, что я хочу, но не могу, — быстро чмокаю его в губы. — Мне нужно написать отчеты. Но после мы обязательно отпразднуем.
— Моя девушка-следователь, — Давид улыбается, — беги на работу. Это потерпит до вечера.
Смеюсь и накидываю пальто.
— Ты лучший!
Три года назад после дела с Призраком я подала заявление на перевод. Я также работала под крылом Михаила Григорьевича, но теперь с преступлениями, в которых не фигурировали соблазнительные татуированные убийцы. В общем, я променяла работу под прикрытием на спокойную жизнь, бумажки и отчеты. И еще ни разу не пожалела о своем решении. Больше никто не дергает меня среди ночи для срочной рабочей поездки в другой город на несколько дней, никто не портит мои планы на выходные. Да, я могу поработать лишние часы, но бывает это очень редко.
Толкаю дверь кабинета, проигнорировав хмурое лицо Гриши. Он тоже следователь, но предпочитает прикрытие, экшн и адреналин, что не вяжется с его скептическим характером. Этот мужчина никогда не бывает в хорошем расположении духа.
— Пора работать, Ива, — комментирую я, включая ноутбук.
Отчет, который я откладывала в долгий ящик. Недавно состоялась облава крупной поставки оружия. Во время операции у одного из задержанных было изъято более сотни единиц оружия, включая зенитные установки. По-моему, мир сошел с ума. Настоящая засада, а не какой-то там случайный налет. Хорошо, что наблюдала я за этим из отделения. Ребята смогли снять одного из глав преступного синдиката, который в течение многих лет занимался контрабандой.
Короткий стук в дверь отвлекает меня. Гриша нагло входит в кабинет.
— Я не сказала: «Входите», — скрещиваю руки на груди и закатываю глаза.
— Очень жаль, — с сарказмом отвечает Гриша. — Тебя ждут в комнате для допросов.
— Зачем?
— Откуда я должен знать? — Гриша раздраженно пожимает плечами.
Закатываю глаза. Как его выносят окружающие? Поправляю юбку и прохожу мимо, направляясь к лифту. Поднимаю бровь, когда Гриша заходит вслед, но делает вид, что не замечает меня.
Как только лифт останавливается несколькими этажами выше, нас сразу встречает босс.
— Ива, нам нужна твоя помощь, — устало говорит Михаил Григорьевич и трет переносицу. — Он отказывается говорить, пока ты не будешь там.
— Что вы имеете в виду? Кто? — спрашиваю в замешательстве.
Не отвечая, босс кивает головой, чтобы я следовала за ним. В комнате для допросов около десяти сотрудников, которые не сводят глаз с мужчины в наручниках по ту сторону стекла.