Любовь в прямом эфире (СИ)

Мы съехались со Львом еще до Нового года и стали жить вчетвером: я, он, Матвей и Кеша. Кот быстро нашел общий язык с Мотей, Ваней и Настей и купался в их большой, детской любви. Но ко Льву он все еще относился настороженно. Я бы сказала так: “Живут просто по соседству. Друг другу не мешают”. Правда, в первую ночь на новом месте он испортил его тапки. Слава Богу, на тапках мы и остановились.
А еще я познакомилась с мамой Левы — Анной Владимировной. Она в отличие от доброй и открытой Юлии была более сдержана и поначалу относилась ко мне настороженно. Я поняла, что свекровь “сделала себе мнение” еще восемь лет назад. Бог знает, что ей тогда наговорила Ника. Но Лев сказал не обращать внимания, и я его послушала. А потом Анна Владимировна сама оттаяла.
Поженились мы в январе, когда меня выписали из больницы в первый раз. Да, практически сразу после Нового года я попала на сохранение с кровотечением. И все произошло по прошлому сценарию: я только вышла из душа и собиралась одеться, как вдруг поняла, что по ноге бежит кровь. Наверное, я так истошно орала, что в ванную ворвался ошеломленный Лев и, посмотрев на меня, сам побледнел до полуобморочного состояния. Но быстро собрался, вызвал скорую. Так я попала в клинику. А потом еще раз. И еще. И опять. В общем, забеременеть оказалось легче, чем выносить.
Ни о какой работе все девять месяцев я и думать не могла, и практически не вылазила из больничных, а потом ушла в декрет. Бедный мой муж только и успевал увозить и забирать меня из больницы.
Лишь один единственный раз Лёвы не было со мной, потому что он повез Матвея к его матери в Бельгию. Еще раньше туда уехала Алиса, которая помогала отчиму заботиться о Нике. Позже девушка решила остаться там и поступила в университет. Вероника все-таки послушала Льва и согласилась встретиться с Мотом, чтобы рассказать ему правду о своей болезни. Провожала я одного мальчика, а встретила уже другого. Мне показалось, что он стал еще старше и мудрее. С тех пор, Мот чаще созванивается с Никой, которая уже почти полностью восстановилась после операции.
Матвей, конечно, удивительный мальчик. Очень чуткий, эмпатичный, но в то же время серьезный и рассудительный. Характером ни в мать, ни в отца, ни в сестру. Правда, Лев говорит, что сын пошел в своего дедушку. Когда я была на четвертом месяце, Мот подошел ко мне и деловито сказала:
— Я подумал и решил, что буду называть тебя мамой. Ты не против?
Я опешила и пару секунд вглядывалась в его лицо, пытаясь понять, шутит ли он.
— Это тебя папа попросил так сказать?
— Нет, я сам решил. Будешь моей мамой?
Гормоны снова ударили по всем фронтам: и в голову, и в самое сердце. Я притянула мальчика к себе, растрепала его непослушные волосы и прошептала:
— Ну конечно, Мотя, я буду твоей мамой.
А он ничего не ответил. Только обхватил меня двумя руками и прижался к животу. Тогда-то я поняла, что все мои страхи были беспочвенны. Он принял меня такой, какая я есть, а я взамен захотела поделиться с ним любовью и нежностью, которая много лет спала на дне израненной души.
Родила я предсказуемо раньше срока. Соня была не Соней, если бы все у нее было просто. Сильные схватки, слабая родовая деятельность и как результат — операция. Первой родилась Елизавета, следом — Виктория. Когда их поднесли ко мне, я поцеловала каждую в нежную крохотную щечку и отчетливо поняла: большей любви не бывает. Все, через что мы с их отцом прошли, было не зря. Всё медленно, но верно вело нас к этой долгожданной, волшебной встрече.
Спустя два с половиной года, я уже не помню всех трудностей первых месяцев с близнецами. Нам всегда помогали мои родители, свекровь, Юля, Матвей и даже Ваня с Настеной. Айлин и Диана, как опытные матери, успокаивали меня в чате, когда я отправляла им фотографии то красных точек на коже, но детской неожиданности странной консистенции. Марта с Вадиком часто приходили в гости потискать крошек и вручить пару-тройку новых игрушек.
Сейчас с Лизой и Викой намного легче. Они уже ходят в детский сад, разговаривают, многое хотят делать самостоятельно. А еще девочки похожи друг на друга, как две капли воды — цвет волос у них мой, а глаза такие же голубые, как у папы. Лев говорит, что видит в них мое отражение, а я наоборот.
 
— Папа, я хочу звезду повесить! — Лизок дергает отца за штанину.
— Нет, папа, я хочу! — не уступает ей Викуля.
Лев садится на колени и девочки бросаются к нему. Он крепко их обнимает и смеется:
— Девочки, звезда у нас только одна, как и папа.
— Но она такая класивая! — восхищается Вика.
— Да-а-а-а, — подтверждает Лиза.
— Давайте мы с вами украсим елку игрушками, а Мотя повесит звездочку, чтоб никому не было обидно, — предлагаю я. Девочки смотрят на меня, потом на Льва и синхронно вздыхают:
— Ла-а-адно.
— Вот молодцы. Пойдемте, — протягиваю им руки, — выберем сначала самые красивые, пока Кеша их не разбил.
Иннокентий, который все это время болтался под ногами, лишь презрительно фыркнул на мою ремарку, всем видом давая понять, что он уже положил глаз на елочку и скоро снесет ее к чертовой бабушке.
Спустя несколько часов в большой гостиной стоит наша высокая, пушистая, наряженная красавица. Разноцветные огоньки мерцают в темноте. Во всем доме тихо и спокойно, а мы со Львом лежим в обнимку на широком диване и перешептываемся, боясь разбудить наших гиперактивных детей.
— Сонь, — вполголоса зовёт муж, поглаживая по волосам. Это по-прежнему его фетиш.
— М-м-м? — утыкаюсь носом в его шею и в ноздри тут же ударяет любимый запах, от которого я схожу с ума. Сейчас даже еще больше.
— Ничего не хочешь мне сказать? — спрашивает игриво.
— Левушка, твой день рождения через десять минут. Все поздравления после полуночи. В том числе и десерт! — посмеиваюсь и кладу указательный палец на губы.
— Я не об этом. Я тут кое-что заметил, — заходит издалека, а у меня мурашки бегут по телу.
— Лев Николаич, вообще-то это был сюрприз, — театрально сокрушаюсь я и глажу по щеке.
— Скажи сейчас, — просит он.
— Эх, ладно, — сдаюсь через несколько секунд, — Я беременна. Да, Лева, у тебя и в 47 все хорошо работает.
— Я так и думал!
— Мне сказали, что после ЭКО может наступить естественная беременность. Или просто у Бога хорошее чувство юмора. Так что, не расслабляйся, Лева.
— А как же наш второй эмбриончик?
— Посмотрим. Ты потянешь шестого?
— Ох, работать надо еще больше, — вздыхает муж.
— Конечно, нас теперь много!
— Милая, а тебе сейчас, — хрипло начинает он, — ну можно?
Молчу, дразню его, понимая, что он уже на грани. В прошлую беременность интим был под строжайшим запретом. И ничего, выстоял.
— Пока никто ничего не запрещал, — выдыхаю в ухо.
— Тогда начнем, пожалуй, — заявляет Лев и дарит сладкий, терпкий, долгий поцелуй с продолжением.
Вы когда-нибудь чувствовали, что находитесь на своем месте? Что все вокруг происходит так, как вы когда-то мечтали? Все складывается. так, как надо, и люди рядом с вами — ваши на все сто процентов? Если да, то поздравляю вас! Потому что быть там, где вы всегда хотели — самая ценная награда за годы одиночества, борьбы, взлетов и падений, слез и поражений, мучительного ожидания и подорванной веры. У каждого свое счастье, свой путь и своя история. Мою вы теперь знаете. И это не конец, а самое что ни на есть начало.
Конец