Наедине с драконом. От ненависти до любви с тобой

В тот злополучный день Коул Рисли толкнул его на пол, облил издевательствами и в довершение раздавил ногой очки. Хантер не отвечал, кажется, собирался оставить всё как есть. А я озверела, налетела на идиота Рисли, разбила ему нос и помогла подняться собрату-очкарику. Тогда ещё не знала, какую совершаю ошибку.
После того случая над Хантером начали посмеиваться в другом ключе, мол, у него появилась защитница, но в открытую его больше никто не трогал. Конечно, причина состояла вовсе не в моём заступничестве. Приёмным отцом Хантера был ректор академии. Мне он за нападение не сделал даже выговора, а Рисли за сломанные очки здорово досталось. Стало ясным, что пусть и за приёмного, но сына ректор четвертует любого.
Я наивно считала, что на этом история закончится, но потом Хантер начал проявлять ко мне внимание: он появлялся в тех же местах, где мы гуляли с подругами, определился на один со мной факультет стражей. Теперь стали смеяться надо мной, но не из-за очков, а по причине влюблённости чудака. Я тоже смеялась, опять-таки по наивности считала это глупостью, а он однажды попросил меня о разговоре и признался в симпатии. До сих пор помню, как он переминался с ноги на ногу и нервно протирал белоснежным платком очки, пока говорил о своих чувствах. На самом деле тогда мне это показалось милым, но я не удержалась от смеха.
– Хантер, ну какая из нас пара? – хихикнула, только быстро вспомнила о манерах.
– Если дело во внешности, очках, то… – заговорил он упрямо, сверкнув стальным взглядом.
Тогда я впервые увидела в нём проблеск непробиваемого характера.
– Даже если ты станешь самым привлекательным парнем академии, это ничего не изменит, Хантер. Дело не в тебе, а во мне, – я взяла себя в руки, заговорила вежливо. – Меня интересует только учёба. А личные отношения для меня закрыты, ведь мужа мне выберет глава рода.
Парень понуро кивнул и ушёл. Позже он перевёлся на факультет жнецов. Я отдохнула от него ровно месяц, а потом он возник в том же театре, куда меня пригласила Винни.
С тех пор Хантер начал появляться везде, стал моим постоянным спутником без приглашения. Надо мной смеялись. Бешенство усиливалось, а попытки объяснить ему неуместность его действий наталкивались на стальную стену упрямства. И моя злость на него перешла в новую стадию. Я возненавидела Хантера Дигби.
– Тесса, что ты здесь делаешь? – на моём пути возник Эллиот.
Впервые я не была рада его видеть, ведь он появился совершенно не вовремя.
– Мне нужна кое-какая помощь… по учёбе, – как же было неприятно врать, особенно глядя в эти лазурные глаза.
– Так ты ищешь меня? – предположил он, как мне показалось, обрадовавшись.
– Нет, – пискнула я, совершенно расстроившись и возненавидев своего извечного врага ещё сильнее. – Хантера.
– Хантера? – Эллиот потемнел лицом. – Это потому что он обходит меня по баллам, и тебе нужен лучший?
Если честно, не знала, что Хантер обходит его по баллам, не интересовалась успехами своего преследователя или сравнением своего идеала с другими.
– Нет. Он предложил помощь, я… растерялась и согласилась, а теперь как-то неудобно отказываться, – ложь лилась из меня со скоростью кастования боевых заклинаний жнецами: стремительно и непредсказуемо. – Не бери на свой счёт. Это же просто Хантер.
– Да, просто Хантер, – повеселел Эллиот. – Тогда завтра увидимся на завтраке? Хотя нет, я лучше встречу тебя перед пробежкой.
– Хорошо, – его напор заставил растеряться.
Раньше он хоть и был обходителен, но держал дистанцию, а теперь вёл себя… словно стал моим кавалером. Дело в том, что мы идём вместе на бал или в привороте? Я же даже не знаю, как работает этот артефакт, зачем вообще его использовала? Теперь совершенно не понимала причин.
Мы с Эллиотом попрощались, и я продолжила свой путь. Как назло, Хантер проживал в самом конце коридора. Из-за размеров комнаты совершенно один, когда остальные адепты делили выделенные им помещения на двоих. Думаю, и тут постарался папочка-ректор.
– Заходи, – раздался хрипловатый голос Хантера, когда я постучалась.
  
– Вообще-то, защита меня не пропустит, дурень, – начала выговаривать я, толкая дверь, и охнула от неожиданности, ведь парень внезапно возник на пороге прямо перед моим лицом.
– Вот теперь пропустит, – он схватил меня за запястье и втащил в помещение.
Да так порывисто, что если бы не пробежалась вперёд, ловя равновесие, точно бы улетела на кровать. На радость этому психу…
– Ты долго, – Хантер захлопнул дверь, неспешно развернулся и скрестил руки на груди.
Мышцы под светлой кожей взбугрились. Это на первом курсе он был подслеповатым заморышем, с тех пор он возмужал, прибавил в росте, силе резерва, наглости, ну и избавился от очков. Из безответного парня он вырос в сильнейшего жнеца академии. Но и я весьма изменилась с первого курса, могла похвастаться высшими баллами, самой большой скоростью плетения заклинаний и дотошностью в учёбе. Впрочем, по-прежнему могла разбить нос обидчику, потому меня никто не трогал. Кроме Хантера.
– Радуйся, что вообще пришла, – я отзеркалила его позу, тоже скрестила руки на груди, но больше, чтобы не выдавать дрожь в теле.
Помимо ненависти, испытывала перед Хантером логичный страх. Это преследующего тебя задохлика можно не бояться, но глупо не испытывать настороженности перед одним из сильнейших боевых магов академии. В отличие от него, я специализировалась в создании защитных систем, но всех моих знаний и навыков вряд ли бы хватило, чтобы перебороть Хантера. И при этом я точно знала, что он не дружит с головой, потому опасаться его стоило.
– Это в твоих интересах, Тесса, – снова на его твёрдых губах появилась эта бесячая полуулыбка.
– Тессария. Тессой меня называют только друзья, – я не уставала это повторять, а он не уставал игнорировать мои слова.
– И Эллиот, – хмыкнул он, качнувшись в мою сторону. Расстояние между нами сократилось всего на сантиметр, а я уже ощутила новую волну ледяных мурашек на коже. – Которого ты приворожила. Я считал… ты на такое не пойдёшь.
– Ты меня не знаешь, Дигби, – грубо оборвала его я, взмахнув рукой. – Давай перейдём к делу, хватит издеваться.
– Хочешь посмотреть, что у меня есть? – он неторопливо сунул руку в карман простых чёрных хлопковых штанов.
Наверное, только тогда я обратила внимание на то, как непривычно он одет. Обычно он либо в военной форме, либо в спортивной. А тут туника на шнуровке до середины груди и штаны. Длинные волосы собраны в высокий хвост, даже короткие пряди, что чаще всего скрывают глаза, подобраны, придавая хищным чертам лица остроту. О скулы Хантера можно порезаться и истечь кровью. Только если большинство девиц академии и рады умереть в любовном экстазе от соприкосновения с его лицом, то я в их число не вхожу. Для меня он слишком жилистый, бледный и злобный.
– Как ты считаешь, что будет, если отправить эту запись следователю? – протянул Хантер, активируя тонкую пластину-артефакт. – Или редактору газеты?
Над его рукой сформировалась проекция кабинета, где происходил мой с Эллиотом разговор. Гад даже наложил сканирование, показывая находящийся в моём кармане артефакт приворота.
– Предвосхищая твои возражения, подлинность докажут, а журналистам и нет до этого дела, им важно раздуть скандал. Представляешь эти заголовки? Примерная дочь рода Солсбери приворожила наследника рода Мултон.
– Прекрати, – перебила его я, стиснув пальцы до боли в суставах.
Горло снова царапали ледяные когти страха. Ведь так и будет, историю обмусолят со всех сторон. Само собой, отец постарается меня оправдать, мне не назначат тюремный срок, но вряд ли теперь можно будет рассчитывать на хорошее распределение. Все годы усердной работы пойдут насмарку, я отправляюсь в тот же округ, куда ссылают заядлых троечников. И неизвестно, как отреагирует глава рода Мултон: вдруг вызовет моего отца на дуэль либо потребует компенсации. В любом случае эта история разрастётся в настоящую катастрофу, которая будет преследовать меня несколько лет. Теперь я совершенно не понимаю, как решилась на использование этого дурацкого артефакта.