Викинг. Во власти огня (СИ)

— Ты всегда казался мне рассудительным и спокойным, дорогой Бьёрн. Не думаешь, что пришло время убедить вашего друга в том, что не стоит рисковать жизнями своих парней ради одного безрассудного решения?
— Вы слышали, что сказал Варг, — сухо и мрачно проговорил Бьёрн. — И мы поддерживаем каждое его слово!
Викинги зашумели, бурно и яростно выражая свою поддержку и явно посылая не один десяток не самых приятных слов на родном шведском вслед мистеру Чжоу и его команде, которым теперь ничего другого не оставалось, как уйти ни с чем.
— Мы готовы, Бьёрн! — тут же загудели викинги еще сильнее, буквально окружая здоровяка. — И Варгу это передай! Пусть только скажет — мы за пару минут будем все в сборе и готовы к любой заварушке! Наших парней уже собрали! Пусть весь Ванкувер знает, что будет с тем, кто еще хоть раз попытается тронуть жителя квартала нордов!
— Я знаю, парни. Знаю. Но вы слышали Варга тоже. Ждем утра, а там видно будет.
Бьёрн похлопал по плечам тех из викингов, кто стоял ближе к нему, и стал пробираться вперед, чтобы тоже завернуть в коридор и, скорее всего, пойти в кабинет Варга.
Лишь сейчас он заметил меня среди мужчин и удивленно приподнял брови, но вслух ничего не сказал.
А в моей душе всё больше и больше росла тревога.
Больше эти мужчины не были мне чужими.
Странно звучало, но я успела привыкнуть к ним — к их гудящим низким голосам, к раскатистому хохоту, к тому, как они вечно таскали друг друга за шею. Теперь я отчетливо видела, что они не просто национальная группа, которая пытается защитить свои интересы и выжить в этом суровом мире.
Они — дружина.
Они — семья.
Они — стая.
Я видела их девушек и жен. И не могла себе представить, как им придется жить затем, зная, что они потеряли своих мужчин по воле судьбы.
Некоторые из них и сейчас были на кухне, с ужасом ожидая, что же будет дальше.
— Пойдем, валькирия. Наше время еще не пришло, — улыбнулся Эйнар, приобняв рукой за шею и увлекая за собой. А я не могла даже ответить, потому что знала, что его крошка Герда сейчас в больнице вместе с малышом. И что им нужен муж и отец, а не память о нем!
В голове зрели какие-то сумасшедшие мысли, которые Варг явно не одобрит.
Но я была готова убеждать его!
Столько, сколько придется!
А еще…
— Где Джо? — я не пошла на кухню, а остановилась рядом с той самой комнатой, где сейчас и были все викинги, обсуждая происходящее и не в состоянии успокоиться, пока ждали утра.
— В комнате, наверное. Что случилось, Лиз? — тут же нахмурился Эйнар, и даже в этом я видела его заботу обо мне.
— Хочу, чтобы он кое-что сделал для меня.
— Позвать его?
— Я сама спущусь.
Лишь у кабинета Варга я приостановилась, слыша по голосам, что Бьёрн и Варг о чем-то говорили. Но войти не решилась, да и пока было рано делать это.
Сейчас у меня были другие дела, результат которых я хотела показать ему немного позже.
Джо действительно был в своей комнате и, видимо, не слышал о происходящем наверху, потому что лежал на кровати в наушниках, откуда было слышно музыку даже на расстоянии.
Пришлось бросить на него карандаш, чтобы мужчина понял, что больше не один, и наконец обратил на меня всё свое внимание.
— Что-то случилось? — он нахмурился, выключая наушники, и теперь удивленно смотрел на то, как я роюсь среди его черно-белых рисунков в поисках того, что мне было нужно.
— Вот они! Да. Идем со мной. И возьми с собой всё, что нужно, чтобы сделать татуировку!
Джо поднялся с кровати и подошел ко мне, чтобы увидеть, какие именно из его набросков я взяла.
Это был символ валькирии. И знак волка, состоящий из четырех рун.
Глаза Художника округлились настолько, что я нервно хохотнула.
— Лиза, ты серьезно?
— Да. Собирайся скорее, я буду ждать тебя в кабинете.
Джо продолжал ошарашенно смотреть на меня, даже когда я вышла из его каюты, снова заторопившись наверх, преисполненная уверенностью и какой-то душевной твердостью, что поступаю верно.
Надо сказать, что, когда я ввалилась в комнату, увидев ту самую кушетку, приспособленную для тату, и поспешно стянула с себя спортивную кофту, то глаза присутствующих викингов были не меньше, чем у бедняги Джо.
 
Он появился на пороге спустя несколько минут с каким-то баллончиками, парой упаковок стерильных перчаток и шоком в глазах.
В комнате на несколько минут воцарилась полная тишина, пока все глазели на то, как Джо готовится к процессу, а я заняла место, сев к нему спиной.
— Куда будем делать? — осторожно спросил он, когда был готов, но сделал это настолько тихо и вкрадчиво, словно всё еще сомневался, что не спит.
— Валькирию между лопатками. А волка вдоль позвоночника.
Не знаю, кто именно из викингов первым охнул, но смешка сдержать не получилось, потому что после этого словно все разом очнулись, принявшись аплодировать.
— Наш человек, — неожиданно погладил меня по голове Эйнар, широко улыбаясь, а я не смогла сдержать улыбки в ответ, в этот момент не боясь боли от иглы, потому что все они были рядом и поддерживали настолько рьяно, будто забирали боль себе.
Не было ни дрожи, ни сомнений, ни страха, когда я села на кушетку и легла корпусом вперед, обнажая спину, чтобы Джо было удобнее обрабатывать кожу перед длительной процедурой.
— Ты уверена, Лиза? Это действительно очень больно. И потом, у тебя еще рука толком не зажила, — склонился Джо надо мной, когда заправил чернила в машинку и проверил ее, из-за чего она тонко и протяжно загудела.
— Нет такой боли, которую мы бы не смогли вынести. Потому что нам есть ради кого жить и ради кого умирать, — ответила я словами Варга, снова ощутив кожей волну поддержки и восхищения со стороны этих огромных мужчин.
Они сидели рядом, вдруг принявшись снимать куртки, оттого что покрывались испариной от переполняющих их эмоций. А еще каждый положил ладонь на мои плечи, давая понять, что они будут рядом в этот момент.
Стало жарко, но на душе разлилось какое-то невероятное и совершенно необъяснимое единство с этим миром, который я считала когда-то отвратительным.
И вот я стала его частью.
По-настоящему.
От души.
Я еще многого не понимала в том, что именно делает Варг, но теперь я верила ему и стояла за его спиной — такая же холодная и уверенная в том, что он победит. Всегда. Потому что его сила была не в словах, а в поступках. В его устоях и жизненной позиции.
Да, он не признавал слабости.
Не умел слышать тех, кто сломался под тяжестью жизни.
Его мир был хуже джунглей, где выживали только сильнейшие.
Но тех, кто был рядом с ним, он делал сильнее и оставался верным им своим волчьим сердцем одиночки.
Спустя несколько часов, когда я лежала на кушетке, слушая песни викингов, которые они затягивали одну за другой, поддерживая и развлекая меня, Джо тяжело выдохнул:
— Валькирия готова. Может, волка оставим на завтра?
— Нет. Сделай всё сразу.
Он только хмыкнул надо мной и сокрушенно покачал головой, но сделал всё именно так, как я просила.
Было действительно больно. Очень.
Но в какой-то момент кожа словно привыкла к тому, что игла скользит по ней, вбиваясь и оставляя рисунок, а потом буквально онемела.
— Ну вот и всё, — Джо стянул перчатки привычным движением, когда наклеил на спину специальную тату-пленку для заживления, и кивнул на большое зеркало: — Нравится?
С дрожью предвкушения и держа майку на груди, я встала, чтобы увидеть то, что теперь украшало мою кожу и делало меня одной из этой семьи.
Рисунки были просто идеальными!
Простыми, четкими, но притягивающими взгляд.
В них была сила, которая придавала мне упрямства и тех самых крыльев истинной валькирии, благодаря которым она могла парить.
— Пленку не трогай, спортом не занимайся и не пей спиртное, — подмигнул мне Джо, хохотнув, когда Эйнар выдохнул с улыбкой:
— Черт! А вот я бы выпил!