Воронья душа (СИ)

— Пойдем, моя дорогая невеста, должно быть, ты тоже проголодалась, — обратился я к Сильвии.
Демонесса уже поднялась на ноги, и теперь все придворные мужского пола, а также музыканты и слуги нахально глазели на нее стройные белые ноги.
— Я знаю, что ноги вашей будущей королевы прекрасны, но все же: имейте совесть и стыд! — грозно нахмурив брови, громко сказал я, и похотливые взгляды, устремленные на мою невесту, тотчас исчезли. — Так-то лучше! И не забывайтесь больше!
— Папа, ты не ударился, когда падал? Ты так шмякнулся, как мешок с зерном! — тихо спросила меня Альва и тотчас взъерошила мои волосы, словно ища рану на моей голове.
— Мешок с зерном всегда удачно приземляется наземь! Как кошка! — со смехом ответил я дочери.
Затем я отнес девочек на их места за столом, поцеловал каждую в лоб и направился к моему трону, по пути схватив за руку Сильвию и заставив ее занять свой трон рядом со мной.
— Так, где же обещанный вами бык, мой король? — вдруг улыбнулась Сильвия. — Вы правы: я проголодалась.
— Быка мы сегодня не жарили, Ваше Величество! — учтиво сказал один из слуг, не забыв принести мне и демонессе глубокий поклон. — Но вот-вот будет готов целый дикий вепрь!
— Прекрасно! Мясо вепря ничем не хуже мяса быка, — бросил я.
— Еще вина, мой король? — обратилась ко мне моя проклятая невеста, и улыбка на ее лице удивляла и раздражала меня одновременно.
Она улыбается! Отняла у меня даже память о моей любимой Катарине, заставила меня стать частью ее черного ритуала и, возможно, навсегда дала мне репутацию дьяволопоклонника. Она была рада этому!
— Я изменил свое решение! Свадьба состоится завтра вечером! — заявил я и с удовольствием увидел, как нахмурилась моя “дорогая” невеста.
— Вам так не терпится обладать моим телом? — насмешливо шепнула она мне.
— Не терпится поскорее жениться на тебе, зачать с тобой ребенка и забыть о тебе, — шепотом парировал я. — Твои адские хозяева благословили нас, а значит, одной ночи мучений быть твоим любовником будет достаточно.
— Надеюсь на это: терпеть ваши ласки будет для меня пыткой.
— Ласки? Надеешься, что я буду ласкать тебя? — Я хрипло рассмеялся и тихо добавил: — Я готов ласкать последнюю свинопаску моего королевства, но не тебя…
— Папа, папа! Потанцуй со мной! — перебил меня звонкий голос Вильи.
Взглянув на свою дочь, стоящую напротив нашей с Сильвией части стола, я невольно улыбнулся: Вилья, маленькая шутница, надела на себя корону, которую я привез ей из Фламмехава. Корону, украшенную кроваво-красными камнями, которая раньше принадлежала Сильвии. И если демонесса скажет хоть одно дурное слово моей маленькой Вилье, я собственноручно закрою ей рот жареным гусиным бедром.
— Какая красивая у тебя корона, — сказал Сильвия моей дочери. На ее лице все так же сияла улыбка.
Да чему она улыбается?
— Спасибо! Это папа привез мне! — просияла Вилья.
Моя бедная девочка, если бы она только знала, что эта красноглазая ведьма ненавидит и меня, и ее с сестрой, и все, что ее окружает.
— А знаешь, чья эта корона? — опять задала вопрос Сильвия.
— Чья? — удивилась Вилья.
— Это корона наследницы великого королевства Фламмехав. То есть, моя.
— Была твоя, — насмешливо напомнил я демонессе.
— Она такая сверкающая! Можно я поношу ее? Ну, хотя бы недолго!? — заискивающим голоском спросила моя дочь демонессу, умильно сложив свои темные брови.
— Конечно, милое дитя. Можешь оставить ее себе, ведь у меня будет новая корона. Не так ли, мой дорогой? — Сильвия взглянула на меня, и в ее взгляде проскользнула насмешка, словно она нарочно напомнила Вилье о том, что выходит за меня замуж.
— Спасибо! Обещаю, что буду чистить ее каждый день своими собственными руками! — радостно взвизгнула Вилья. — Папочка, ну пойдем же!
— Только посмей обидеть моих дочерей. Я стерпел твою дурацкий ритуал и глупые слова о мести, но, если с глаз моих девочек соскользнет хоть одна слеза, вызванная твоим словом или действием, клянусь, тебе это с рук не сойдет, — мрачным тоном сказал я невесте и поднялся с трона, чтобы исполнить просьбу моей дочери.
 
Вместо ответа Сильвия равнодушно пожала плечами, а затем ее губы в который раз растянулись в улыбке, но в этот раз я не стал гадать, чем именно она была вызвана.
Мы с Вильей прошли в центр зала, и придворные громко захлопали в ладоши. Несмотря на то, что мои дочери являлись незаконнорожденными и жили во дворце по моей воле, они, как я знал, пользовались всеобщей любовью. Но не моя мать. К сожалению. Леди Сульвай, мать короля, опасались, словно она была злой ведьмой. Эти слухи стали распускать про нее еще давно, когда в первом бою, будучи юным рыцарем его Величества короля Юриса, я показал на поле боля не дюжие способности, а именно, силу. С тех пор злые языки стали шептать о том, что эта сила досталась мне от Дьявола, с которым якобы зачала меня моя мать. Ложь. Все ложь и бред. Моя мать — набожная женщина, ходит в церковь почти каждый день и всего лишь хранит старые знания и рецепты целебных зелий. Она лечит и помогает всем, кто обращается к ней за помощью… И все же: во дворце к ней относились с опаской, даже несмотря на наше близкое родство.
Остаток вечера я танцевал с Альвой, моей матерью и парочкой придворных красавиц, а затем, с удовольствием объявив присутствующим о том, что я устал и желаю отдохнуть, покинул зал. Сильвия, громко сказав, что ей нужно начать подготовку к свадьбе, вышла вместе со мной.
— Я не знаю свадебных традиций вашего королевства. Откуда мне знать, как вести себя завтра? — спросила она меня, когда мы поднимались по лестнице.
— Попроси рассказать тебе об этом твою новую подругу Хедду, — бросил я, совершенно не желая слышать ее голос и разговаривать с ней. Но мне необходимо было высказать ей свое презрение. — Ты заявила, что ненавидишь всех в этом дворце, даже моих дочерей… Ты заявила, что твой дядя Дариал был казнен незаконно, и ты мстишь мне за его смерть.
— Несмотря на его преступления, он приходился мне близким родственником, и, конечно, я ненавижу тех, кто лишил его жизни, — холодно ответила на это демонесса.
— Бедный несчастный демон. Его поймали и отняли у него удовольствие убивать и насиловать, — мрачно усмехнулся я. — Если ты и правда не понимаешь, что он заслужил смерть, то королева из тебя выйдет никчемная. Родственник или не — перед законом равны все.
— Отняв престол у законной наследницы, вы — самый последний человек, который смеет рассказывать мне о законах, — насмешливо фыркнула она. — И нет, это не Хедда поплакалась мне, но весь Ваккерланд давно гудит о вашем предательстве, милорд Дерек!
— Думай, как считаешь нужным. Если тебе угодно ненавидеть меня за казнь твоего преступника-дяди, пожалуйста, я не против. Только попробуй убедить в моей “несправедливости” по отношению к Дариалу Вилью и Альву.
— Для чего мне объяснять им что-то? Они всего лишь дети.
— Да, они всего лишь дети. И именно им Господь дал горе найти тело их изнасилованной мертвой матери на ромашковом поле.
Сильвия ничего не ответила, но вдруг остановилась, а я, даже не взглянув на нее, продолжил свой путь вверх по лестнице и вскоре стучал в личные покои Андрады. Что-то подсказывало мне о том, что магичка не была в своей мастерской, но сидела в своих покоях и таила на меня обиду.
— Демоны в моем дворце? И как это красноглазой девчонке удалось затащить меня к ним в гости? — было первым, что вырвалось из моей глотки, когда я, громко постучав в дверь, без приглашения зашел к Андраде.
— Это ваш собственный выбор, мой король, — ответила она мне спокойным тоном.
Как всегда красивая и холодная, она полулежала на широкой мягкой софе и чертила в воздухе горящие голубым огнем руны.
— Мой выбор? — недовольно переспросил я, направляясь к ней. — Но как же Талисман? Я думал, он не дает злым силам проникнуть к нам!
— Он и не дает, мой король. Если вы не заметили, демоны не вышли в нашу реальность, но затащили вас в свою. Точнее, это сделала ваша невеста.