Капля красивого яда (ЛП)

Я сижу в своем грузовике и смотрю на дом, в который Лейкин влюбилась с первого взгляда. Она выглядела чертовски счастливой, когда мы вышли на крыльцо, и я мог бы слушать ее часами, пока она рассказывала обо всем, что я мог бы с ним сделать. Она не знала, что все это время я представлял себе наше будущее в этих стенах.
Пара детей.
Собака.
Семейные ужины в столовой и дни рождения на заднем дворе.
Я видел, как все это происходит с ней. Это было прямо здесь. Я держал это в своих руках. А теперь это настолько недосягаемо, что я не знаю, сбудутся ли когда-нибудь эти мечты для нас. Но что я точно знаю, так это то, что я не хочу иметь ничего из этого, если это не с ней.
Проходит десять минут, прежде чем я набираюсь смелости и захожу внутрь. После нескольких часов разговора с Кэмом и перебора всех вариантов мы нашли заведение, где есть место для нее. Это в сорока минутах езды к северу отсюда, но у них хорошая репутация, и, судя по фотографиям, все выглядит неплохо. Ни Кэм, ни я не собирались помещать ее в какую-то дыру.
Хотя, что-то мне подсказывает, что это может быть рай, а она все равно будет злиться из-за этого.
От всего этого у меня защемило в груди. Я не хочу, чтобы она думала, что я отказываюсь от нее или бросаю ее на произвол судьбы. Я ненавижу это так же, как и она, если не больше, но я знаю, что ей это нужно. Она сейчас борется с демонами, и мы все пытались ей помочь, но нас просто недостаточно. Ей нужны профессионалы. Люди, обученные справляться с травмами такого уровня.
Держа руку на дверной ручке, я готовлюсь к тому, что меня ждет, но когда я открываю дверь и вхожу внутрь, я словно попадаю в капсулу времени и переношусь на месяц назад - до того, как все стало таким дерьмом. В доме чисто, через динамик играет музыка, а запах, доносящийся из кухни, напоминает запах дома.
Я оглядываюсь по сторонам и обнаруживаю Лейкин на кухне. Она готовит ужин и покачивается в такт музыке. Когда она поворачивается, ее глаза встречаются с моими, и она улыбается так, как не улыбалась уже несколько недель.
— Привет, — мягко говорит она.
Отложив лопатку, она подходит ко мне и приподнимается на цыпочки. Ее губы встречаются с моими, и она обнимает меня за плечи. Мне требуется секунда, чтобы осознать, что это происходит - что это не какой-то больной сон, предназначенный для того, чтобы мучить меня, - и когда я понимаю, я притягиваю ее ближе.
— Боже, я скучала по этому, — говорит она мне.
Я выдыхаю, когда моя улыбка становится шире. — Я тоже.
— Я готовлю ужин. Это должно быть скоро закончено, а потом я подумала, что мы могли бы посмотреть фильм вместе?
Тьфу, это все, чего я хочу. Держать ее в своих объятиях и вдыхать аромат ее волос. Но Кэм должен приехать сюда через час, после того, как я соберу ее вещи и подготовлю к отъезду.
— Пахнет восхитительно, — говорю я, целуя ее в лоб. — Я надеялся, что мы все же сможем поговорить.
Она откидывает голову назад, чтобы посмотреть на меня. — Я знаю, нам нужно, но как ты думаешь, мы могли бы просто насладиться сегодняшним вечером? В последнее время все было непросто, и я действительно хочу провести сегодняшний вечер с тобой; быть вместе, как это было до того, как все полетело к чертям.
В этом мире нет ни черта, что могло бы заставить меня отказать ей прямо сейчас. Не тогда, когда мне это нужно так же сильно, как и ей. Глядя в ее глаза, я чувствую, что наконец-то смотрю на Лейкин, в которую влюбился, и собираюсь наслаждаться этим, пока могу.
— Конечно, детка, — отвечаю я. — Для тебя все, что угодно.
Она лучезарно улыбается, целует меня еще раз, прежде чем вернуться к ужину. Тем временем я достаю телефон, чтобы отправить сообщение Кэму.
Я не знаю, что происходит, но я только что пришел домой и обнаружил, что Лейкин готовит ужин и в хорошем настроении. Как будто всего этого дерьма никогда и не было.
 
Я смотрю на нее и восхищаюсь тем, как ее бедра покачиваются в такт музыке, когда она помешивает что-то в кастрюле, пока у меня не звонит телефон.
Я не знаю, Эйч. Я все еще думаю, что мы должны отвести ее на обследование.
Я знаю, но можем ли мы забрать ее завтра? Я действительно просто хочу провести сегодняшний вечер, наслаждаясь ею, пока она в таком состоянии.
Хорошо. Держи меня в курсе, как она, и увидимся около девяти.
Спасибо, Кэм. Я ценю это.
Было трудно видеть, как он и Мали беспокоятся о Лейкин так же сильно, как и я. Как будто мы все сделали бы все, чтобы вернуть ее такой, какой она была до того, как трагедия превратила наши жизни в ад, но мы не можем. Единственное, что мы можем сделать, это быть рядом в те моменты, когда мы ей нужны.
Но, как будто вселенная знала, как сильно я нуждался в этом, я вернул ее на одну ночь. Это очень похоже на Ноя и Элли (герои фильма «Дневник памяти») в их последние минуты.
Я подхожу к ней сзади и обнимаю за талию. — Я люблю, когда ты готовишь.
Она напевает, откидываясь на меня. — И я люблю, когда ты обнимаешь меня. Это заставляет меня чувствовать, что ты любишь меня.
— Никогда не будет дня, чтобы я не любил тебя. — Я поднимаю свою левую руку и кладу ее поверх ее, показывая наши татуировки с инициалами друг друга вместе. — Ты моя навсегда.
И когда она поворачивает голову и наши губы встречаются, единственное, в чем я абсолютно уверен, так это в правдивости этих слов.
Я привык считать такие моменты само собой разумеющимися. Ночи, которые мы проводили вот так, свернувшись калачиком в постели и смотря какой-нибудь фильм, который хотела посмотреть Лейкин, - я никогда не ценил их в достаточной степени. Я отвлекался, думая о том, что мне нужно сделать в баре или по дому. Так легко потеряться в жизни, но ты не понимаешь, насколько важны эти маленькие моменты, пока в центре всего, что тебе дорого, не взорвется бомба.
Сейчас, когда на заднем плане играет какой-то фильм по мотивам романтического романа, единственное, в чем я теряюсь, - это она. Ощущение ее тела рядом с моим. Мягкость ее кожи на кончиках моих пальцев. Это то, за что мне нужно будет держаться в течение следующих нескольких недель, пока она будет восстанавливать себя, превращаясь в ту крутую девчонку, которую я всегда любил.
Она поднимает голову от моей груди и улыбается мне, но ее беспокойство растет, когда она видит одну-единственную слезинку, вытекающую из моего глаза. Нежно вытирая ее большим пальцем, она подходит ближе и прижимается своими губами к моим.
— Я так сильно люблю тебя, — шепчет она.
Боже, если бы я мог сделать звук ее слов своим рингтоном, я бы сделал. — Я люблю тебя. Я всегда буду любить тебя.
Я чувствую, как она начинает углублять поцелуй, сильнее прижимаясь своими губами к моим. И я целую ее в ответ с таким же пылом, потому что она вдыхает в меня жизнь. Но когда ее рука начинает скользить вниз по моему животу, я хватаю ее за запястье.
Не поймите меня неправильно, нет ничего, чего я хочу больше, чем быть завернутым в нее. Секс у нас всегда был другим. Более интенсивный. Более значимый. Это не идеально, но так мы передаем все чувства, которые не можем выразить словами. Эмоции, которые мы вкладываем в него, искренние и реальные. Но прямо сейчас она настолько психически хрупка, что я боюсь стать катализатором, который в конце концов подтолкнет ее к краю пропасти.
— Лей, — выдыхаю я.
Она вздыхает, прижимаясь своим лбом к моему. — Пожалуйста.
Звук ее голоса, такой отчаянный и нетерпеливый, заставляет меня сдерживаться. Мы не занимались сексом с утра моего дня рождения, и это было бы вполне нормально, если бы я не волновался за нее. Но ни для кого не секрет, что я никогда не мог удержать себя от того, чтобы не поддаться на все ее желания, и я не думаю, что это когда-нибудь изменится.