Капля красивого яда (ЛП)

В его глазах страх, когда он смотрит на меня в ответ. — Мы должны выбираться отсюда.
Ничто из того, что он говорит, не имеет никакого смысла. — Выбираться из... чего? Мы не можем! Ему нужно в больницу!
— Он не доберется до больницы, — утверждает он. — И мы все отправимся в тюрьму.
— Н-но это был несчастный случай. Не так ли?
Он качает головой. — Вот за это и обвиняют в непредумышленном убийстве. Мы все сядем за это. Подумай о том, кто его отец. Неужели ты думаешь, что Джеремайя Роллинз просто так это оставит? Он позаботится о том, чтобы нас обвинили в этом.
Не желая ничего слышать, я игнорирую каждое его слово и поворачиваюсь к Монти. Мое зрение затуманивается, из глаз текут слезы, но когда я пытаюсь их вытереть, на моем лице остается только его кровь. Потому что она вся на моих руках. На мне.
Хейс приказывает Мали садиться в лодку, и я едва успеваю опомниться, как Кэм хватает якорь и бросает его на нос. Затем руки Хейса обхватывают мой живот, и он начинает оттаскивать меня.
— Нам нужно идти, Лей, — мягко говорит он.
Но это неправильно. — Нет! Мы не можем просто, блядь, оставить его здесь!
— У нас нет выбора.
— Но он умрет! — Я брыкаюсь ногами и изо всех сил пытаюсь вырваться из его хватки. — Мы не можем просто позволить ему умереть!
Хейс вздыхает. — Лейкин, он уже умер! Мы ничего не можем сделать!
— Нет, — выдыхаю я. — Нет, он...
— Он умер, — повторяет Хейс. — Мы должны идти.
Мое сердце замирает, когда я замечаю, что я больше не вижу, как двигается его грудь, а голова опущена набок. Рыдания захлестывают меня, и я пытаюсь прикрыть рот, но понимаю, что не могу. Мои руки все еще в красных пятнах и покрыты его кровью.
Все немеет.
Я не чувствую своего тела.
Я не могу пошевелиться.
Не могу отвести взгляд от вида Монти, лежащего на песке.
Хейс передает меня Кэму, который усаживает меня в лодку, и я слышу крики Мали где-то поблизости. Но пока Хейс отталкивает лодку от песка и забирается в нее, все, что я могу делать, это смотреть, как мы оставляем Монти позади.
25
Четр.
Черт!
Адреналин течет по моим венам, как наркотик, и я надеюсь, что это не прекратится в ближайшее время, потому что прямо сейчас мне это нужно. Сегодняшний вечер не должен был так закончиться. Мы, мы просто собирались угрожать ему. Сказать ему, чтобы он уезжал из города, или мы собирались показать девочкам все о его нездоровой привычке снимать людей без их разрешения.
Кто, блядь, знал, что у Толстосума на лодке был чертов пистолет?
Поездка обратно в доки наполнена криками Мали. Лейкин сидит прямо там, куда ее посадил Кэм, не двигаясь ни на дюйм. Она не отводит взгляда от кормы лодки, как будто все еще смотрит на остров, который давным-давно исчез вдали.
— Мэл, мне нужно, чтобы ты дышала, — спокойно говорит Кэм.
Она пытается, но я не думаю, что у нее получится. У нее приступ паники — учащенное дыхание, когда она пытается дышать. Кэм опускается перед ней на колени, пытаясь помочь ей пройти через это.
— Он... он действительно—
У нее нет ни малейшего шанса произнести хоть слово, когда он успокаивает ее и просит сосредоточиться на его дыхании. Я знаю, что у Лейкин раньше были такие, так что он довольно опытен в том, как с этим справиться. Я оглядываюсь на нее, когда веду лодку, но кажется, что мысленно ее там нет.
Замкнулась в себе.
Осталась на острове вместе с телом Монти.
Мы возвращаемся в доки, и я вижу, что Девин уже ждет нас там. В ее сумке лежит все, что мне понадобится. Но по ее лицу я вижу, что она в замешательстве.
— Что происходит? — спрашивает она, наблюдая за Мали с обеспокоенным выражением лица.
 
Я не отвечаю. Пока нет. Кэм помогает Мали сойти с лодки, пока я иду к Лейкин.
— Детка, — говорю я мягко. — Детка, нам нужно отвезти тебя домой.
Ее глаза выглядят пустыми, лишенными жизни, которая в них когда-то была. Единственная причина, по которой я знаю, что она все еще что-то чувствует, - это слезы, которые все еще текут по ее щекам.
Я осторожно поднимаю ее и уношу с лодки. — Мне нужно, чтобы ты встала, детка.
Она соглашается, зная, что у нее нет другого выбора, но когда моя сестра видит, в каком состоянии Лейкин, она только сильнее беспокоится.
— Это кровь? — паникует она. — Хейс?
Я делаю глубокий вдох, вытаскиваю ключи из кармана и вручаю их Девин. — Отвези Лейкин и Мали ко мне домой и оставайся там, пока я не вернусь.
Мои слова наконец выводят Лейкин из оцепенения. — Ты уходишь?
Черт. Я бросаю сумку на лодку и беру ее лицо в свои руки, даже не обращая внимания на засохшую кровь Монти на нем. — Я должен, детка. Я должен пойти и позаботиться об этом. Но я встречу тебя там. Я обещаю.
Прижимаясь поцелуем к ее губам, я говорю ей, что люблю ее, и передаю ее Дев. Обычно моя сестра засыпала бы меня вопросами, но она делает, как я прошу, зная, что для этого будет время позже. Прямо сейчас у нас есть гораздо более важные дела.
Я поворачиваюсь к Кэму, и мы обмениваемся взглядом, прежде чем оба забираемся обратно на лодку Монти. Наблюдая, как они втроем садятся в мой грузовик, я нажимаю на газ и начинаю двигаться туда, где хранится маленькая рыбацкая лодка Кэма.
Поездка обратно на остров Слотер проходит в жуткой тишине, слышен только шум моторов обеих лодок. И через некоторое время этот звук начинает превращаться в белый шум. К счастью, океан сегодня спокоен. Если бы это было не так, лодка Кэма никогда бы сюда не добралась.
Наконец мы возвращаемся на место преступления. Тело Монти лежит там, где мы его оставили, но из-за прилива вода омывает его, когда мы приближаемся. Кэм останавливает свою лодку рядом со мной и смотрит на Монти. Взяв из сумки пару перчаток, я надеваю их и приступаю к работе - обливаю все отбеливателем, чтобы избавиться от любых следов нашего пребывания здесь. В одном из отсеков я нахожу рулон мусорных пакетов и выбрасываю его из лодки на песок.
Тем временем Кэм опускается на колени рядом с телом Монти и выглядит так, словно он находится на грани психического срыва.
— Что, черт возьми, ты сделал—
— Чувак, ты мой брат, но сейчас не время, — говорю я ему.
Как только вся кровь с того места, где сидела Лейкин, сошла, и я покрыл лодку отбеливателем, я хватаю сумку и спрыгиваю с лодки. На лодке Кэма есть ведро, которым я пользуюсь, чтобы набрать немного воды, выливая ее туда, где только что был отбеливатель. Затем я отталкиваю лодку от песка и смотрю, как она начинает уплывать.
— Если они найдут это, разве они не почувствуют запах отбеливателя? — спрашивает Кэм.
Я качаю головой. — С юго-запада надвигается шторм. Шансы на то, что они вообще найдут лодку, невелики, но если они это сделают, дождь смоет большую ее часть.
Срывая несколько мешков для мусора, я кладу их внутрь лодки Кэма, затем подхожу к телу. — Помоги мне поднять его.
Кэм хватает его за лодыжки, пока я хватаю его под руки. Мы переносим его на лодку Кэма и укладываем поверх того места, которое я приготовил, чтобы кровь не попала туда, куда мы не хотим. Но песок под тем местом, где он лежал, покрыт им. Надеюсь, шторм смоет и это, но на всякий случай я зачерпываю, что могу, и выбрасываю в океан.
Как раз перед тем, как мы уходим, я замечаю пистолет, лежащий на песке. Тот, что выпустил пулю прямо в живот Монти. Я хватаю его и бросаю в лодку рядом с телом, затем мы покидаем остров, на который я больше никогда не хочу возвращаться.
Все, что вы можете видеть, - это звезды на небе, когда мы выходим в океан. Ручной эхолот, который есть у Кэма, показывает то, что, как я надеюсь, является достаточно крупной морской живностью, чтобы его тело никогда не нашли, и я останавливаю лодку.