Покушение

Они ступили на ковер из травы и листьев. Что-то укололо Сириль в ногу, и она упала. Попыталась встать, вытянув вперед руки, но поранилась о колючий кустарник. Ее пальцы погрузились в мягкую почву. Охранники подняли ее, что-то крича на своем языке, и повели дальше. Они шли так очень долго…
Вдруг земля под ее ногами стала суше, а пальцы коснулись деревянных досок. Один из мужчин подтолкнул Сириль вперед. Проход был узким, рассчитанным на одного человека. Она медленно продвигалась, ухватившись за горизонтально натянутые веревки по бокам и страшась сделать очередной шаг. Сооружение раскачивалось под ней.
«Подвесной мост?»
Где-то внизу слышался шум волн. Да, это был подвесной мост. Но не длинный. Сделав десяток шагов, Сириль оказалась на той стороне. Охранники, словно сторожевые псы, снова обступили ее. Они перебрались через обломки камней и поднялись по деревянным ступенькам. Ее по-прежнему подталкивали вперед. Море было совсем рядом. Сириль почувствовала под ногами песок, он был мелким и влажным. Ее ноги омыла волна. Они все шли. Охранники подтолкнули Сириль к воде. Теплое море ласкало ее ноги. Но вода быстро закончилась. Это была всего лишь песчаная отмель. Влажный пляж сменился сухим песком. Периодически она наступала на заостренные ракушки и, поранив ноги, пошла медленнее. Охранники толкали ее в спину. После длинного спуска они опять стали подниматься. И снова ступеньки — сначала деревянные, потом каменные. Сириль не сопротивлялась и совсем утратила чувство ориентации.
«Куда меня ведут?»
Она отгоняла от себя мысли об ужасающих пытках и воспоминание об искаженном страданием лице умирающего Арома. Она знала, что ее жизнь приближается к концу.
* * * 
Щелк, щелк, щелк… Это секатор обрезал двенадцатилетнее дерево. Рама Супачай оглядел свой бонсай и укоротил одну из веток, но растение по-прежнему не казалось ему идеальным. Побрызгав деревцо удобрением для лучшего роста, он разрыхлил почву грабельками с тонкими зубцами и в этот момент услышал за спиной шум. Рама Супачай прислушался. В комнату вошли двое членов Лиги. С ними была женщина европейской внешности с завязанными глазами, которую они усадили на пустой ящик из-под гумуса.
Один из мужчин снял с ее глаз повязку.
Сириль несколько раз моргнула и сжалась в ожидании удара.
Постепенно она поняла, что находится в оранжерее овальной формы, где в многочисленных горшках росли десятки деревьев бонсай. Вид за огромными застекленными стенами был грандиозным: заходящее солнце, голубое небо с розовыми полосами заката и неприступные скалы, омываемые волнами. При других обстоятельствах она могла бы бесконечно наслаждаться этим зрелищем.
Мужчина, склонившийся над растениями, поднял голову, лишенную волосяных фолликул. На нем был медицинский халат и черные брюки.
Сириль без труда узнала в нем человека с видео на телефоне Док Май.
В ней вспыхнула искра надежды. Значит, великан с косой услышал ее и отправил к двоюродному брату Пота Супачая, Раме. Это было уже что-то… Сириль подумала, что, возможно, у нее появился шанс выбраться из этой катастрофической ситуации. У нее был лишь один козырь, и она вынуждена будет сыграть им. Она подняла голову.
* * * 
Жюльен решил обойти остров в поисках лодки, прежде чем идти за Сириль. Он по-кошачьи бесшумно пробирался между скалами, деревьями и лианами и там, где лес подходил к морю, увидел группу детей. Их было шестеро: четыре девочки и два мальчика, все в возрасте до двенадцати лет, одетые в шорты и футболки цвета хаки. Выстроившись по росту, они молча шли друг за другом вдоль берега. В какой-то момент они вошли в лес и Жюльен потерял их из виду, но затем дети снова появились на берегу. Они дошли до бухточки, где был расположен своего рода поселок: пять деревянных домиков, тесно примыкавших друг к другу. Жюльен, скрываясь в зарослях, подобрался к детям как можно ближе и долгое время наблюдал за ними, все больше и больше ужасаясь. Он чувствовал, что его охватывает отчаяние, но не мог выкинуть из головы то, что увидел.
 
Он присел на корточки и опустил голову на колени. Его рука, действуя против его воли, схватила ракушку с острым краем. Его ум взбунтовался.
«Не делай этого!»
Но рука его не слушалась.
Жюльен медленно поднес ракушку к телу.
* * * 
— Я доктор Блейк. Я возглавляю неврологическую клинику в Париже, Центр «Дюлак», — представилась Сириль.
Ей нужно было взять себя в руки, показать, что она не боится.
Лицо Рамы Супачая не выражало ровным счетом ничего.
— Я знаю, кто вы. Собственно говоря, я больше знаком с вашим мужем. Вы работаете с мезератролом. Вот молекула, которую я хотел бы открыть. Но дело не в этом. Что вы искали в центре в Сураттхани? — спросил он, щелкая секатором.
Сириль уклонилась от ответа, сказав:
— Объясните лучше, почему его разрушили.
— Мой двоюродный брат таким образом хотел предупредить этих людей, что не следует вмешиваться в дела, которые их не касаются. Спрашиваю вас еще раз: что вы там делали?
— Отдел Группы волонтеров в Бангкоке поручил мне привезти к ним на обследование девочку, найденную недавно в Сураттхани. Вот и все. Вы должны освободить нас, меня и молодого человека. Немедленно! Мы никак не связаны с вашими делами.
— А как вы узнали о нашем местонахождении? — спросил Супачай, проигнорировав требование Сириль.
— По координатам, указанным в телефоне девочки.
— Где этот телефон?
— Понятия не имею.
Супачай не сводил с нее глаз. Сириль отметила про себя, что он напрягся. Как бы узнать, что ему рассказал Аром?
— И это все, что вы знаете? — настаивал он.
— Да.
Рама замолчал и задумался, а потом спросил:
— Зачем, как вы думаете, кому-то нужно было отправлять эти координаты?
— Чтобы вас нашли. Я так думаю.
Сириль заметила, что ведет себя довольно дерзко, и решила сдерживаться.
— Зачем?
И она не задумываясь выпалила:
— Чтобы спасти детей!
— Что вы знаете о детях, живущих здесь?
— Ничего.
— Тогда почему вы думаете, что их нужно спасать?
Сириль прикусила губу.
— Дети, найденные в этом районе, были далеко не в лучшем состоянии.
Рама Супачай снова задумался.
— Вот он, риск моей работы… Все дети добровольно вызываются участвовать в моих исследованиях. В отличие от того, что вы думаете, они в большинстве случаев уезжают отсюда в гораздо лучшем состоянии по сравнению с тем, какими приехали. Все они прибывают из внутренних районов страны, где пережили намного больше, чем вы можете себе представить. Я пытаюсь уменьшить их страдания, вернуть им хоть немного беззаботности, чтобы они могли продолжать жить и найти свое счастье.
Сириль Блейк не выдержала. Рама Супачай считал себя спасителем и избавителем!
— Что вы с ними делаете?
— Я бы очень хотел обсудить с вами этот вопрос, поскольку, в отличие от окружающих, вы бы меня поняли. Но у меня еще масса дел. Как только я все закончу, обо мне узнает весь мир.
Рама произнес все это довольно холодно. Его лицо даже не дрогнуло.
— Почему вы проводите свои исследования на детях? — спросила Сириль, пытаясь установить с ним профессиональные отношения и выиграть время.
— Потому что я на пути к открытию уникального метода. Мне необходимо обеспечить минимум шестьдесят процентов успеха, прежде чем приступать к официальным клиническим испытаниям. Я хочу ускорить этот процесс. Впрочем, как и многие исследователи в Таиланде. На данный момент мой метод полностью вылечил лишь четырех детей из десяти.
— Вылечил от чего?
— От плохих воспоминаний.
Сириль замерла.
— Значит, вам это удалось…
Рама Супачай подбоченился.
— Да, но мне еще нужно усовершенствовать некоторые детали. Как только процент успеха станет внушительным, я смогу применить метод на большем количестве людей. Эта страна — рай для развития медицины. Вы прекрасно это знаете. Когда я открою свою клинику, сюда будут приезжать сотни людей — при наличии денег, естественно, — чтобы начать все с нуля, забыть свои неудачи и кошмары.