Покушение

Грузовик немного продвинулся вперед.
Теперь Жюльен Дома был на улице, перед кафе. Он стоял, засунув руки в карманы и накинув на голову капюшон синей куртки серфера. Сириль вперила в него взгляд, полный ярости, в котором читалось все, что ей хотелось ему сказать. Они с Дома смотрели друг на друга сквозь завесу дождя, казалось, целую вечность. Затем Жюльен решительно шагнул к проезжей части. Сириль открыла дверцу машины: пришло время поговорить, она должна убедить его в необходимости лечения! Вдруг Жюльен остановился как вкопанный и уставился на что-то дальше по улице. Он бросил на Сириль полный паники взгляд и, развернувшись, побежал, лавируя среди машин, через дорогу к ступенькам, ведущим в метро.
— Месье Дома! — закричала она, стуча по лобовому стеклу в надежде задержать его.
Но он скрылся с такой скоростью, словно увидел привидение. Сириль, зажатая со всех сторон, словно селедка в банке, включила дворники на заднем стекле в надежде рассмотреть, что же так сильно напугало молодого человека. Дождь, машины, фары… Потом она заметила здоровенного типа в красной куртке с белыми рукавами, который бежал к входу в метро, по пути сбив с ног сначала пожилую женщину с сумками, полными покупок, а после мальчугана с рулеткой в руках. Сириль заметила, что он смотрит лишь одним глазом: второй был перевязан.
  
23 
 
Нино был гурманом и отличным поваром. Испортить прием пищи было для него недопустимо, поэтому он предпочитал приносить на работу готовую еду и разогревать ее, а не питаться в столовой отделения Б.
В три часа дня он зашел в бар на улице Вожирар. Нино изрядно проголодался и готов был довольствоваться даже бутербродом. Устроившись за чистеньким столиком, он просмотрел меню и заказал бутерброд с козьим сыром и укропом. Отлично подойдет к стаканчику красного вина и чашечке эспрессо.
Когда Нино предстояло принять какое-то решение, ему нужно было есть, и он жевал бутерброд, изучая этикетки на бутылках, расставленных на полках напротив. Чуть дальше, в глубине бара, о чем-то оживленно беседовали рыжеволосая девушка и молодой человек. Нино не обратил на них никакого внимания. Впрочем, он бы их не узнал. Он никогда не сталкивался с Мари-Жанной, работавшей на доктора Блейк, а Жюльен Дома был для него одним из многочисленных пациентов, которых он видел мельком десять лет назад.
Нино ел, размышляя над возможными альтернативами. Он мог положить дело в архив и продолжать работать, как будто ничего не произошло. Это было менее рискованно и, конечно же, более благоразумно. Зачем волноваться и ставить под удар свою карьеру? Ради Сириль, которая использовала его и отшвырнула? Нет. Ради того, чтобы разоблачить Рудольфа Маньена? Нино полагал, что в медицине должна царить справедливость и старался этому содействовать. С другой стороны, ничего не делать означало бы, что ему придется жить с тем, что он узнал, и в одиночку нести эту тяжелую ношу, прекрасно осознавая все вытекающие из этого последствия. Нино не был уверен, что сможет справиться. К тому же это было бы несправедливо и подло. Заканчивая пить эспрессо, он принялся за поиски компромисса.
* * * 
В обеденное время в баре было полно народу, и Мари-Жанне приходилось говорить достаточно громко. Сжимая руки, она старалась быть убедительной:
— Тебе нужна помощница. Я буду организовывать встречи, составлять контракты и заниматься финансовыми вопросами, я безупречна в ведении переговоров! Это заметно облегчит твою жизнь, вот увидишь.
Мари-Жанна ослепительно улыбалась. Когда она знала, чего хочет, то шла к цели напрямик. Жюльен, сидевший напротив, никак не отреагировал на ее слова. Решительность девушки подкупала, как, впрочем, и ее кошачья грация, но Жюльен был волком-одиночкой и его жизнь состояла из постоянных переездов и приключений. Он никогда не знал, что будет делать через час. И потом… была еще проблема, которая могла в любой момент выплыть наружу и разрушить все, что ему было дорого. Как можно вовлечь в это девушку? Ему нужно было продержаться еще два дня, избежав госпитализации, а потом он исчезнет, не оставив адреса.
 
— Давай поговорим об этом послезавтра, — ответил он, поглаживая ее руку.
Он подмигнул Мари-Жанне, и девушка немного успокоилась. Он не уедет раньше, чем через два дня! Улыбаясь, она отпила глоток пива. Симпатичный брюнет, обедавший в баре, расплатился и встал из-за столика. В другое время она без колебаний направилась бы к нему знакомиться, но в настоящий момент не хотела упускать свой шанс — возможно, один из тысячи.
Нино вышел из бара успокоившись. Он был отчасти доволен принятым решением. Он поднялся по улице Вожирар и направился к улице Дюлак.
* * * 
Изабелла ДеЛюза терпеливо ждала в коридоре, когда же доктор Блейк примет ее. Сириль тем временем крутила в руках свои наручные часы, поглядывая на часы в виде лотоса, висевшие на стене. Она позволила себе посвятить еще пять минут поискам, после чего нужно было возвращаться к работе. Она уже распечатала более пятидесяти страниц. Большинство из них были скопированы с международных медицинских сайтов, и их автором являлся профессор Санук Аром, глава неврологического отделения Центра изучения мозга в Бангкоке. Остальные тексты представляли собой газетные вырезки. Она начала просматривать публикации, но быстро поняла, что уже читала эти материалы. Из газет она, напротив, узнала кое-что новое. Ее внимание привлекла статья в газете «Бангкок пост» под названием «Он возвращает память брошенным детям». Статья гласила:
Профессор Санук Аром стал почетным президентом Группы волонтеров по вопросам развития детей, которой он отныне добровольно посвящает часть своего времени, занимаясь лечением амнезии у травмированных детей с улицы. Целью организации, основанной в 2001 г. в Чиангмай, является создание по всей стране приютов для брошенных детей, что позволит уберечь их от торговцев людьми, а также от любителей бесплатной рабочей силы. Основательница Группы Кру Нам (38 лет) и ее друзья-коллеги, которые также являются добровольцами, поздравляют друг друга с тем, что профессор Аром согласился помочь им в лечении неврологических заболеваний у детей и подростков, которые в этом нуждаются.
Сириль улыбнулась.
«Помимо всего прочего, он еще и добрый…»
Существовала только одна проблема: связаться с ним. Она могла бы отправить профессору письмо по электронной почте, но в таком случае пришлось бы мучаться в ожидании ответа. Сириль решила достойно пройти это новое испытание и после поисков в Интернете взяла в руки телефон.
Она чувствовала себя робкой десятилетней девочкой, которая с трудом произносит слова и лопочет что-то бессвязное на приеме у логопеда из Амьена. Позвонить коллеге и обсудить с ним случай заболевания было для нее делом привычным. Но рассказать о собственном заболевании, озвучить свою проблему — это нечто совершенно иное. Сириль колебалась, сомневаясь в правильности такого решения, но потом сделала глубокий вдох и набрала телефонный номер, начинающийся с кода 354. Раздались гудки. Женский голос сообщил, что у телефона Ким, секретарь профессора Арома. Нет, профессор занят, он на консультации. Сириль представилась и изложила свою просьбу, уточнив, что дело это личное. Секретарь попросила подождать, и в трубке зазвучала громкая тайская песня. Затем Ким вернулась к беседе.
— Профессор сможет побеседовать с вами сегодня вечером.
— Отлично! Огромное спасибо. В котором часу я могу позвонить?
— В двадцать два по Бангкоку.
— Какова разница во времени?
— С Францией — четыре часа. То есть в шесть вечера по вашему времени. Вас это устроит?
— Конечно, отлично.
— У вас есть доступ к оборудованию для видеоконференций? — спросила секретарь.
Сириль задумалась.
— Да, в зале для собраний.
— Это хорошо, поскольку профессор плохо слышит и ему сложно общаться по телефону. У вас есть адрес в скайпе?