Сиделка для тирана (СИ)
Мирон положил ладонь на ногу девушки и сжал её.
— Я хочу, чтобы на некоторое время ты, Марк и бабушка уехали из поместья, желательно, и из города.
— Все так серьёзно?
— Да, поэтому вам лучше уехать.
— Хорошо, но куда?
— Я уже заказал вам билеты и договорился с жильём, вам просто нужно собрать вещи и уехать… — сделав небольшую паузу, он продолжил. — Я положил тебе на счет деньги, так что на первое время вам хватит. И не спорь, пожалуйста, у меня нет на это времени.
У него нет времени на споры, он отсылает нас Бог знает куда, переводит на мой счет деньги… Да что же у него могло произойти? Надеюсь, его жизни ничего не угрожает…
От этих мыслей стало не по себе, на глазах накатились слезы, а из глубины души вырвался еле слышный стон. Марта не смогла сдержать свои эмоции, все внутри неё снималось и ныло, сердце словно переставало биться при мысли о том, что с ним может что-то случиться.
Мирон свернул на обочину и остановился, мужчина не понимал причину такой реакции, он просто прижал ее к своей груди и закрылся в ее волосах, пытаясь успокоить ее.
— Марта, что случилось? Почему ты плачешь? — спрашивал Мирон не выпуская из объятий.
— Потому что… Я… Я люблю тебя…
Это признание девушки было такое же неожиданное для него, как и для нее самой. До этого момента она самой себе даже не могла до конца признаться в этом, а сейчас выплатила эту информацию ему.
Объятья мужчины раздались и он заглянул в наполненные слезами глаза Марты, ища ответы на вопросы, которые еще не задал.
Люблю… Слишком громкое слово и, вряд ли, кто-то стал говорить это не обдумав…
— Что ты сказала? — словно не веря своим ушам Мирон попросил повторить.
— Я люблю тебя… — уже с меньшей уверенностью повторила Марта.
Он не проронил ни слова… Просто повернулся к рулю, завёл машины и вернулся на дорогу. А что он мог ей сказать? Он понятия не имеет что такое любить… И не хочет привязывать себя к кому-то, хотя она и вызывает у него чувство, которое он раньше не испытывал, он не даст ему вырваться наружу. Любить кого-то — это то, что ему сейчас нужно меньше всего.
Его сердце сжималось при виде Марты, он не владел собой, когда она рядом… Да, он хотел бы быть с этой женщиной, но это не любовь, а если он не уверен в своих чувствах к ней, значит ему нечем ей сейчас ответить.
Глава 17.2
Дальнейшая дорога до поместья не сопровождалась разговорами, лишь напряжённой тишиной и редкими взглядами друг на друга. Ни первозданный вид леса, ни пение птиц и аромат цветов не мог отвлечь Марту от мыслей так безответно связанных с объектом ее обожания.
Возможно, это просто привязанность? Может, это и не любовь вовсе? Он ее первый мужчина, конечно, она ощущает определённую зависимость от него или же она просто пытается себя этим успокоить… Как бы то ни было она уже призналась ему в своих чувствах, о чем позже горько пожалела.
А чего она от него ждала? Что он распахнув объятья скажет, что тоже безудержно сильно любит ее? Да это же бред! Этот мужчина никогда никого не любил и никогда никого не полюбит… Как глупо было надеяться на то, что она сможет его изменить, что с ней он будет другим…
Эти жалкие попытки казаться ему интересной, пытаться заставить его ревновать, лезть к нему в постель. Ком стоял в горле, от этих мыслей ей становилось не по себе… Она вела себя как черт знает кто… Где ее женская гордость и самолюбие?
Поглощенная этими мыслями и бушующим, извергающимся вулканом ненависти к самой себе она даже не сразу поняла, что они въехали на территорию поместья.
В чувства ее привело маленький мальчик играющий на пледе в саду… Марк! Боже! Как же она могла быть так беспечна? Она совсем забыла про ребёнка… Ни один мужчина в мире не стоит и улыбки этого малыша! Он единственный мужчина, который заслуживает внимания хотя бы лишь потому что он просто есть в ее жизни.
Марта вылезла из машины и ускоренный шагом, почти бегом направилась к сыну. Схватив на руки этого маленького пухляша, прижав его к себе, она была самой счастливой женщиной. Маленькие ручки обвили ее шею, а большие карие глазки вглядывались в ее лицо.
— Мама рядом! Мама больше никуда не уедет, не оставит тебя… Никогда… — словно успокаивая сына шептала она, на самом же деле она обещала ему и себе, что теперь она всегда будет с ним.
Прижимая ребенка к себе, она направилась к дому.
Недоумевающая няня лишь проводила девушку взглядом и принялась собирать игрушки.
Марта усадила сына на кровать и принялась собирать вещи… Она хочет вернуться домой, не ехать на оплаченной Мироном поезде, не жить в снятой им квартире и ждать, когда ее позовут. Она ему не собачка, чтобы по каждому его свистку бежать и выделять хвостиком в надежде на то, что ее погладят. Решительно пакуя чемодан Марка и свой она уже приняла решение, что видит Мирона в последний раз… Господи, пусть это будет последний раз, когда она его видит, взмолилась девушка.
У них было не так много вещей, поэтому сборы не составили большого труда. В этой суете она даже не сразу поняла, что не заметила рядом с сыном бабушку.
Взяв, мальчика на руки она обошла дом в поисках бабушки, но не нашла ее.
— Дочка, что ты потеряла? — раздался взволнованный родной голос за спиной.
— Тебя… — улыбаясь, повернулась Марта к бабушке. — Мы едем домой.
— Уже?
— Да… Я объясню тебе все дома, а пока собери вещи, а я вызову такси.
Марта понимала, что эти объяснения дадутся ей не просто, но это сейчас волновало ее меньше всего…
Глава 17.3
Наблюдая в зеркало заднего вида как удаляется поместье, на душе у Марты скребли кошки. Она понимала, что это конец, что приняв решение покинуть его дом и отказавшись от его предложения жить в съёмной жилье, она бесповоротно теряет его. Хотя… Она потеряла его еще в тот момент, когда призналась ему в своих чувствах, чувствах, которые он так жестоко отверг.
Она с такой животной первобытной страстью отдалась ему, что совершенно забыла про чертову гордость. Марта позволила себе такую слабость как влюбиться в этого мужчину.
Но полюбила его она еще до того, как разделила с ним постель, ни пьянящие ласки, ни головокружение объятья заставили ее полюбить его… Нет! Она полюбила его еще до это… Задолго до это! Наверное, это произошло еще в день их первой встречи, когда он такой властный и бесцеремонный заставил ее почувствовать себя женщиной. Да, он был груб, вёл себя как озабоченный маньяк, но он тогда смотрел на нее так, как не смотрел никто до него. Этот взгляд она видела все время, что находилась рядом с ним, до тех пор пока не призналась ему в своих чувствах.
Жалеет ли она об этом? Да, безусловно! Изменила бы она все, если бы у нее была такая возможность? Нет… Не сказать ему об этом, означало бы солгать себе…
Это бесспорно был конец! Конец всему… Финал любовного спектакля, гаснет свет и занавес…
Нужно гнать мысли о нем прочь… У них бы все равно ничего не вышло. Если бы не этот договор на работу сиделкой, если бы не ее острая нужда в деньгах и не проблемы над опекой племянника они никогда бы не встретились. Они из совершенно разных миров: он избалованный богач, искушенный женщинами, деньгами и сексом без обязательств и она глубоко привязанная к семье, нуждающаяся в деньгах девушка, не знающая ни любви, ни страсти, ни радостей секса, так было до него. Если бы не этот договор и его хорошо разыгранный спектакль с инвалидностью, интриги внутри его семьи и бизнеса она бы никогда не обратил на нее внимание. Куда уж ей до окружающих его сексуальных моделей с багажом опыта в соблазнении…
Марта закрыла глаза, откликнулась на спинку сиденья, подняла руки и, сцепив пальцы на затылке, устало выгнулась и потянулась, гоня от себя мысли о нем, выстраивая перед собой стену, которая как она надеялась будет защищать ее от него…
Повернув голову к Марку, сидящему на руках у бабушки, она встретила на себе ее обеспокоенный взгляд. Она словно хотела спросить ее обо всем, словно она все знала…