Дело об исчезновении графа де Бриенна (СИ)

— Вот как? — граф усмехнулся. — Всего лишь поручение? Вы — правая рука главы тайной полиции и друг короля, едете к старому коннетаблю, как простой гонец?
— У меня своя миссия, ваше сиятельство, я выполняю личное поручение короля, — возразил Марк.
— Что же это за поручение? — заметив, как Марк вздёрнул бровь, граф кивнул. — Ну, конечно, порученная вам миссия носит секретный характер.
— Именно так.
— И вы не намеревались нанести мне визит?
— Не хотел отвлекать вас от важных дел. В Рошамбо я должен был встретиться кое-с кем…
— Встретились?
— Нет, пока я не видел того, кто мне нужен. Я лишь знаю, что этот человек уже здесь и готов к встрече. Потому я был бы признателен, если б вы перестали задерживать меня.
— Конечно! — улыбнулся де Невер. Дверь приоткрылась, и снова появился его подручный, который принёс пояс и перевязь Марка с оружием, а так же его кошелёк и перстни. — Всё в целости и сохранности. Я приношу извинения за то, что мне пришлось на время ограничить вашу свободу. В городе неспокойно, слишком много здесь нежелательных людей…
— Нежелательных? — Марк вопросительно взглянул на него, застёгивая на талии пояс с кинжалом.
— Чем дальше от столицы, тем больше врагов королевства. К сожалению.
— Увы, и в столице их немало, тем более ценны верные и преданные королю люди.
Марк вежливо улыбнулся.
— Я рад был познакомиться с вами, ваша светлость, — проговорил граф, чуть склонив голову. — Надеюсь, вы всё-таки выберете время, чтоб посетить меня, если не сейчас, то по окончании вашей миссии.
— Непременно.
Он вышел на площадь перед замком и осмотрелся. Народу здесь было немного, потому он мог внимательно взглянуть на каждого, кто оказался в этот час под стенами замка. Он не увидел никого, кто вызвал бы его подозрение, а потом заметил недалеко от ворот целый ряд пик, на которые были наколоты отрубленные головы. Как раз в этот момент стражник надевал на остриё новую голову. Сердце Марка почему-то болезненно сжалось, и он подошёл ближе, чтоб взглянуть на неё.
— Кто этот человек и за что его казнили? — спросил он у стражника.
— Разбойник, который не так давно убил целую семью на окраине, — ответил тот и отошёл.
Марк какое-то время смотрел на белокурую мёртвую голову Лабуле, и в душе у него выли волки. Он чувствовал, как в сердце закипают отчаяние, боль потери и дикая ярость. Еще вчера он сидел с хрупким красавцем-актёром за одним столом, они смеялись, вспоминая былые подвиги и приключения, и вот его голова торчит на пике, и уже не прозвучит со сцены его нежный хрустальный голос, которым заслушивались во всех концах этого мира.
Развернувшись, Марк пошёл через площадь в сторону ближайшей улочки. Ему хотелось поскорее уйти отсюда, чтоб не дать воли своему гневу и не обратить его на графа де Невера, убийцу его друга. Прево помешал Лабуле сообщить о своих преступлениях королю, и теперь Марку придётся сделать всё, чтоб выполнить эту миссию. Но его сердце всё так же сжималось от боли, и какое-то время он шёл по узкой тёмной улице, сжимая кулаки, а потом услышал позади шаги. Он свернул в первый же переулок и замер за углом, вытащив из ножен стилет. Шаги приближались, и, когда человек поравнялся с ним, он схватил его за плечо и прижал к стене, поднеся остриё клинка к его шее.
— Это я, ваша светлость! — услышал он испуганный голос и увидел перед собой расширившиеся от ужаса глаза Шарля.
— Боги!.. — простонал Марк и невольно опустил голову на плечо оруженосца.
— Что случилось, мой господин? — с тревогой спросил юноша, пытаясь заглянуть ему в глаза.
— Слушай меня, мальчик, что бы ни случилось, один из нас должен добраться до Сен-Марко и рассказать всё Раймунду. Идём, я всё объясню тебе на ходу, — и он увлёк его в тёмный лабиринт улиц.
Пока они шли, Марк рассказал ему о Лабуле и о том, что тот узнал, а также о постигшей его ужасной участи.
— Это был отважный и благородный человек, — напоследок произнёс он, — он был верным слугой короля и подлинным патриотом Сен-Марко. Мы не можем допустить, чтоб его смерть оказалась неотомщённой, а последняя миссия — невыполненной. Думаю, что де Невер отпустил меня лишь потому, что не знает, с кем я здесь, и побоялся, что если расправится со мной, то об этом станет известно королю, а Жоан безжалостен к тем, кто посягает на его друзей. Мы должны попытаться выбраться из города. Может, нам придётся делать это поодиночке. Если ты окажешься за стенами, сразу же возвращайся в Сен-Марко и расскажи обо всём графу Раймунду или барону де Грамону.
 
— А вы? — встревожено спросил оруженосец.
— Я не собираюсь потворствовать кровожадным инстинктам де Невера, и потому постараюсь остаться в живых и выполнить свой долг.
— Но мой долг — защищать вас! — воскликнул Шарль.
— Ты служишь не только мне, но и королю! — напомнил Марк. — И должен сделать всё, чтоб обезвредить его врагов. Прежде всего — король, потом я. Ты понял?
— Да, — пробормотал оруженосец.
Какое-то время они шли молча, а потом Марк замер. Позади послышались шаги нескольких человек. Обернувшись, он увидел трёх мужчин в чёрных плащах и немного прибавил шагу, но вскоре путь им преградили ещё трое. Он остановился и стиснул рукоять меча.
— Помни, что я тебе сказал, — тихо произнёс он и вытащил меч из ножен, а следом и кинжал.
Сомнения были излишни. Этих людей послали сюда с единственной целью — убить барона де Сегюра и его спутника. Потому он не стал тратить время на разговоры и бросился на противников первым. Он вдруг почувствовал, что сейчас самое время выпустить скопившуюся в душе ярость, он вспомнил звонкий смех Лабуле, его шёлковые кудри и голубые глаза, а потом его безмолвную голову на пике, и с размаху вонзил меч в того, что был ближе. Сзади послышался звон клинков, и Марку оставалось только надеяться, что он неплохо обучил своего оруженосца. Вскоре с проклятиями рухнул на землю второй нападавший, и Марк, обернувшись к третьему, полоснул его стилетом по лицу. Тот закричал, закрыв рану ладонями, и рухнул на колени, а Марк с рычанием опустил меч на его голову и тут же резко отступил и обернулся.
Шарлю уже удалось убить одного из напавших сзади, и теперь ещё двое теснили его назад, Марк рванулся к нему и, отодвинув оруженосца в сторону, налетел на них. Он отбил клинок одного, развернулся и ударил мечом по шее другого. Голова отскочила в сторону, и обезглавленный труп рухнул на мостовую. Оставшийся в одиночестве разбойник кинулся наутёк, но Марк, изрыгнув злобное проклятие, метнул вдогонку стилет и тот вонзился в шею убегавшему.
— Молодец, — он похлопал по плечу Шарля, который, тяжело дыша, прислонился к стене дома. — Нужно всех проверить, если есть живые, — добить.
— Ну, этого можно не проверять, — нервно рассмеялся оруженосец, указав на лежавшую у его ног голову.
— Ладно, этого можешь не проверять, — усмехнулся Марк. — Ты не ранен?
— Нет, просто перепугался. А вы дрались как дьявол.
— Я всегда дерусь как дьявол, если чем-то взбешён.
Живых среди их противников не оказалось. После того, как Марк извлёк из раны на шее у последнего свой кинжал и вытер оба клинка о его плащ, они отправились дальше.
— Куда теперь? — спросил Шарль, настороженно озираясь по сторонам.
— Нужно выбираться из города. Если де Невер решил меня прикончить, то теперь уже не остановится. У него нет другого выхода, кроме как довести это дело до конца. Если я буду убит на улице, он всегда сможет свалить всё на грабителей и отвертеться.
— Но как мы выберемся? Наверняка стражники на воротах уже предупреждены, и нас будут искать, особенно когда узнают, что мы перерезали эту шайку.
— Обязательно будут. Я ещё не решил, что делать дальше, и для начала хочу всё-таки поговорить с актёрами, узнать, что случилось с Лабуле.
— Это опасно, там стоят солдаты.
— Они не будут стоять там вечно. Пойдём туда, посмотрим, что творится на площади.