Не сахарные (СИ)
— Значит, у нас нет плана? — переспрашиваю я, когда Руслан меня провожает до квартиры.
— Выходит так, — отвечает он, и мы, расставшись на лестничной клетке около моей квартиры, расходимся по домам. В надежде, что все обойдется!
Пыталась выучить уроки, но мысли то и дело заполняли мой разум. Сейчас совсем не до домашнего задания. Макар пришел раньше всех и принялся готовить ужин для всей семьи, и как обычно около семи пришли родители.
— Привет, — стараясь, как можно обыденно проговорила я в коридоре, помогая им раздеться.
— Привет, — осматривавшись, произносит мама, и я вешаю ее пальто в шкаф. — Что-то случилось?
— Да нет. Все хорошо. Мы с Макаром готовим ужин, — произношу я, немного приукрашивая. Кто-то, а я точно не принимала участия в готовке.
— Хорошо. Сейчас переоденемся и садимся ужинать. С голоду просто умираю, — бормочет она, и я захожу на кухню к Макару.
Буду надеяться, что соседка уже забыла о своих словах, и не будет звонить маме. Ведь стену мы так и не закрасили. Ужин в кругу семьи, как обычно, прошел довольно хорошо. За столом практически ничего не обсуждалось, смотрелась какая-то научная передача по местному каналу. Но я даже не смотрела ее, думала и пыталась разгонять свои мысли.
Я так много думаю в последнее время! Может, стоит начать медитировать? А что? Говорят — это помогает избавиться хоть на немного от ненужных мыслей.
После я пошла к себе в спальню, и прилегла на кровать.
«Все хорошо. Кажется, обойдется» — отправила я Руслану.
«Отлично» — пришел незамедлительно от него ответ. «Тогда стоит придумать последний рисунок, потому что на стене совсем уже не осталось места. Захватим второй этаж?» — и в конце подмигивающий смайлик.
«Я не была бы так уверена в нашей победе. Ты просто не знаешь ту соседку»
«Как же мне повезло!»
«Чем занимаешься?» — отправила я Руслану, а сама на фоне включила себе песню из своего любимого плейлиста.
«Делаю математику. Ты уже сделала?»
«Вроде того» — отправила, а сама начала тепло улыбаться. Ну как сделала, что-то списала с интернета. Хотя даже не уверена, что это правильно.
— Эльвира! — кричит мне мама, и я закатываю глаза. Думая о том, что такой был классный момент. — Эльвира! — снова доносится ее голос и я, поднявшись с постели, иду на кухню.
— Что случилось? — спокойно спрашиваю, смотря на нее.
— Звонила мне Людка из 36 квартиры и рассказала мне столько всего интересного, — начинает говорить она, и я уже все понимаю. — К примеру, что моя дочь испортила наш весь подъезд с каким-то хулиганом.
Ну, все теперь начнется! Зная, какой вспыльчивый характер у моей мамы можно ждать, всё что угодно. Вплоть до лишения телефона.
— Совсем не слышала о таком, — пожимаю плечами, слегка улыбнувшись.
— Хватит ёрничать! Так значит мало того, что ты связалась с каким-то хулиганом ты еще и разрисовала наш подъезд? — мама с округленными глазами смотрит на меня. Кажется, я попала! — И чего ты молчишь? Я с тобой вообще-то разговариваю! Отец! — кричит она на всю квартиру. — Иди сюда!
— Я не говорю, потому что ты не даешь слова, — как можно спокойнее отвечаю и чувствую, как папа облокотился на стенку около двери.
— Чего вы тут раскричались? — кивает на нас родитель.
— Ты смотри, что наша то учудила. Людка мне сейчас звонила и сказала, что наша дочка испортила наш дом с каким-то парнем.
— Ничего мы не испортили, а лишь приукрасили. Его же красили уже много лет, — отвечаю я и вижу, как мама еще больше начинает злиться.
— Нет, ты это слышал? — спрашивает она у папы, так что ее вопрос не требует ответа. — Завтра же вы пойдете и все закрасите, и чтобы весь первый этаж был вылизан, и пол, и стены. Как же теперь перед соседями стыдно. Что же они теперь подумают?! Скажут: воспитали как попало!
— Да ладно тебе, — произносит папа, и мы одновременно переводим на него взгляд. — Подумаешь, дети порисовали. Это даже безобидно. Вспомни мы в школе…
— Даже не хочу ничего слышать! — перебивает она папу. — Завтра же поедешь и купишь краску. И точка! И что это еще за парень? Откуда он взялся?
— Это мой одноклассник, — отвечаю я и прямой наводкой иду в свою комнату. — Но если хочешь знать больше, то это мой молодой человек! Хотя тебе должно быть все равно! — и на последней фразе демонстративно со всей силой хлопаю дверью в свою спальню.
— Ты похлопай мне еще тут! — слышится мне с кухни. — И забудь про посиделки у Златы. Ты наказана!
Теперь то всё просто замечательно! И почему нельзя было ей со мной спокойно поговорить и узнать, что я чувствую? А она сразу кричать и своими запретами меня пугать!
На следующий день утром, я, не появляясь на кухне, пошла в школу, даже не позавтракав. Вышла из дома намного раньше обычного, потому что не хотела встречаться с семьей. А то еще начнутся снова эти ругательства.
Около стены с граффити мы встретились с Русланом и вместе пошли в школу. Хочется спать, кажется, сейчас я усну прямо на ходу. Хорошо, что первая география можно особо не париться. Мало того, что не могла долго вчера уснуть, так еще ночью во дворе несколько раз у какой-то машины срабатывала сигнализация.
— Сильно ругались? — спрашивал Руслан у меня.
— Если оценивать по десятибалльной шкале думаю 7. Но меня больше не это злит, а то, что они даже не спросили, как я себя чувствую, а сразу начали кричать. Точнее мама, — отвечаю Руслану, и мы проходим остановку. Времени еще полно! Можно пойти пешком. — И так всегда! Нет бы, спросить какие у меня дела с одноклассниками, почему я недавно подралась или хоть что-то, а они только переживают, что я домой плохие оценки ношу. Как будто это так важно.
— У них теперь, наверное, совсем другие мысли в голове, — предполагает Руслан.
— Мне кажется, я и так малого прошу. А у тебя родители спрашивает как у тебя дела помимо учебы?
— Мои родители совсем другие. Они воспитывали нас с Зоей как своих друзей. Они могут с нами говорить о чем угодно.
— Везет, — отзываюсь я и тяжело вздыхаю.
— Как по мне ничего хорошего. Наверное, у всех родителей свои минусы. Только вот со стеной действительно придется что-то делать. Ты что думаешь?
— Не знаю, — пожимаю плечами. — Мне не хочется ее закрашивать. Как будто она кому-то мешает. Если им не нравится, то мы не будем больше рисовать. Но эти рисунки должны остаться.
— Не удивлюсь, если та соседка всё-таки позвонит еще раз твоей маме и еще больше усугубить все, — и Руслан как всегда окажется прав!
На уроках я старалась совсем не думать о том, что, скорее всего нам придется закрасить наше творчество. Но все мое печальное настроение выдавало меня. Я сидела возле кабинета одна. В то время когда Таська была в кабинете, повторяла домашнее задание. А Журавлев ушел гулять с Лёнькой.
Если мне не изменяет память, то сейчас у Златы урок совсем не далеко. И когда я оторвалась от своего мобильного телефона, увидела как раз ее с одноклассницей. Она что-то ей сказала, слегка улыбнулась и завернула ко мне, присаживаясь на лавочку.
— Привет, — присаживается она. — Видела твою фотографию в инстаграме с тобой и Русланом. Это очень классно! Вы сами рисовали? — я тепло улыбнулась.
— Вчера нарисовали вместе, — произнесла я.
— Я вам начинаю завидовать белой завистью, — произносит она, и я начинаю смеяться.
— Если ты хочешь увидеть эту прекрасную стену из всех работ Руслана, то я приглашаю, как можно раньше это сделать. А то боюсь, скоро от них ничего не останется.
— В смысле?
— Вчера нас застукала соседка и она хочет, чтобы мы все закрасили, — честно отвечаю я, и вижу, как Таська выходит из кабинета и видит нас разговаривающей со Златой. Она немного помедлила, а после прямой наводкой пошла к нам. Я слегка напряглась!
— Привет, — жизнерадостно произносит она и присаживается рядом со мной, по другую сторону. Если она сказала «привет», то это довольно хороший знак.
— Я рассказываю Злате, что соседка хочет, чтобы мы все рисунки закрасили, — поясняю я Таське, и она положительно кивает. Эту историю я ей еще перед первым уроком рассказала. И когда я оборачиваюсь на другую, то вижу ее удивленный взгляд.