Губительные секреты (ЛП)

— Лука. Что происходит?
— У нас проблема, Донато. Садись. — Я киваю в сторону кресла по другую сторону стола и кладу перед ним стопку бумаг.
— Это отчет о движении денежных средств по недвижимости.
Он берет распечатку и начинает просматривать цифры.
— Выглядит неплохо.
— Само по себе это хорошо, но все равно не может тягаться с доходами от продажи оружия. — Я беру лист бумаги с ожидаемой прибылью, которую подсчитал от сделок с оружием, и кладу его поверх того, на который он смотрит. — Нам нужно, чтобы показатели по недвижимости удвоились, чтобы Дамиан мог отмыть все деньги. Посиди с Адамом и найди мне несколько объектов недвижимости, требующих значительных инвестиций. Дамиан говорит, что он может зарабатывать по меньшей мере пять миллионов в месяц на ремонте.
— Хорошо. — Он кивает, затем искоса смотрит на меня. — Что такое?
Он ерзает на стуле, как обычно делает, когда приносит плохие новости. Несмотря на то, что мы оба занимаем одинаковое место в иерархии, никто на самом деле не считает его серьезным игроком.
Единственная причина, по которой он все еще капо, заключается в том, что он и дон — друзья детства. Донато слишком стар и слишком пассивен, чтобы выполнять какую-либо реальную работу, поэтому большую ее часть делаю я, а он просто наблюдает за исполнением.
— Барбини связался со мной вчера, — говорит он.
— И чего же хотел Лоренцо?
— Он спрашивал о твоих планах, когда ты вступишь в свои права.
Это не заняло у него много времени. Я ожидал, что Лоренцо сделает ход, но предполагал, что подождет, пока Джузеппе уйдет в отставку.
– Планы относительно чего? — спрашиваю я.
— Семейного бизнеса.
– Я дам знать семье, когда придет время. А пока мы действуем так, как хочет дон.
— Ладно. Я ему передам. — Он кивает и поспешно выходит из кабинета.
Я беру свой телефон и начинаю прокручивать пропущенные звонки с утра, останавливаясь, когда добираюсь до имени Изабеллы. Она звонила мне дважды, в первый раз около десяти и еще раз два часа назад. Оба раза я пропустил мимо ушей. Откинувшись на спинку стула, запрокидываю голову и смотрю в потолок, гадая, что мне с ней делать.
Я понятия не имею, что на меня нашло прошлой ночью, но ни за что не сделаю этого снова. И не буду заниматься с ней сексом, пока ей не исполнится двадцать один. Это может показаться смешным, но не могу смириться с мыслью о том, чтобы трахнуть девятнадцатилетнюю девушку. Возможно, она и не выглядела таковой в темноте, когда растянулась на кровати, засунув руку между ног. Но потом я вижу ее в утреннем свете, где она выглядит еще моложе, с глазами, все еще опухшими от недосыпа, и чувствую себя куском дерьма. Теперь это безумие прекратится. То, что она делает в своей комнате, — это ее дело. То помутнение, которое овладело мной, когда сказал ей прийти ко мне, когда ей нужно будет решить свою «проблему», теперь ушло. Я больше не открою эту дверь между нашими комнатами. Если она хочет трахнуться, ей придется подождать или найти кого-нибудь другого. Мне на это наплевать.
На моем столе звонит телефон.
— Да?
— Мистер Росси, — говорит моя секретарша с другой стороны. — Ваша жена здесь.
Какого хрена она здесь делает?
— Впусти ее, — говорю сквозь стиснутые зубы и направляюсь к двери. Бросив короткий взгляд за дверь, обнаруживаю, что все мои сотрудники прервали свою работу, чтобы поглазеть на Изабеллу. Они, вероятно, слышали, как Магда объявила о ней.
— Возвращайтесь к работе! — рявкаю на них, наблюдая, как приближается Изабелла, цокая каблуками по мраморному полу. На ней белое платье без рукавов, обтягивающее грудь и расширяющееся книзу от талии до колен. Ее волосы собраны на макушке в длинный прямой хвост, а большие солнцезащитные очки скрывают глаза.
Она останавливается передо мной, снимает очки и поднимает голову.
— Добрый день, муженек.
— Зайди. — Отступаю в сторону, пропуская ее, и закрываю дверь. — Где твой телохранитель? — спросил я.
— Ты мне его еще не назначил. Я пыталась дозвониться до тебя, но ты не отвечал на мои звонки. — Она садится на диван в углу моего кабинета и вздергивает подбородок. — У нас был уговор. Ты отвечаешь на мои звонки — я беру твоего телохранителя.
 
— Ренато привез тебя сюда? — Он покойник.
— Нет. Он сказал, что никуда не может отвезти меня без охраны.
— Так как, черт возьми, ты сюда попала?
— На такси.
— Ты с ума сошла?
Она откидывается на спинку дивана и улыбается.
— Я здесь из-за нашего соглашения.
— Какого соглашения?
— Того, что мы заключили прошлой ночью, — говорит она, и я вижу, как она приподнимает попку, задирает подол платья и снимает бежевые стринги.
— У меня проблема. И мне нужно, чтобы ты решил ее. — Она запускает стринги через весь кабинет, и они приземляются прямо на мой стол.
— Я передумал. — Обхожу свой стол и сажусь. Схватив кружевное нижнее белье, швыряю его обратно ей. — Разрешаю тебе пользоваться своей рукой. Иди домой. Кто-нибудь из службы безопасности заберет тебя.
Она моргает, глядя на меня, берет стринги и кладет их в сумочку.
— Ну, после прошлой ночи я решила, что моя собственная рука не подойдет.
Я смотрю, как она идет к двери, по пути просматривая свой телефон, затем прикладывает его к уху.
— Увидимся за ужином, — бросает она через плечо.
— Кому ты звонишь? — спрашиваю я.
— Решателю проблем, — говорит она и открывает дверь. — Привет, Анджело. У тебя есть планы на сегодня? Отлично, давай встретимся…
Дверь закрывается, заглушая остальную часть ее разговора.
Я бросаю взгляд на дверь и начинаю считать до десяти, чтобы успокоиться. Один. Пусть идет. Два. Это не твоя проблема. Три. Я вскакиваю со стула и, чуть не срывая дверь с петель, выбегаю наружу и прямиком пересекаю открытое пространство за дверью, не обращая внимания на сотрудников, которые в очередной раз прекратили свои занятия. Добравшись до Изабеллы, я обхватываю ее руками за талию и приподнимаю. Развернувшись, я несу ее обратно в свой кабинет. Ее спина прижата к моей груди, ноги болтаются в нескольких дюймах над землей, а задница прижата прямо к моему члену, который с каждой секундой становится тверже.
— Анджело, похоже, у меня появились кое-какие дела, я сегодня не смогу. — Она все еще разговаривает по телефону, как будто ничего странного не происходит. — Да, я перезвоню. Обещаю.
Конечно же, она больше никогда ему не позвонит. Я об этом позабочусь. Войдя в кабинет, я закрываю дверь ногой и позволяю Изабелле соскользнуть вниз по моему телу, пока ее каблуки не достигают пола. Она пытается повернуться ко мне лицом, но я крепче обнимаю ее, притягивая ее тело к себе.
— Брось телефон, — шепчу я ей на ухо и провожу ладонями вниз по ее бедрам.
Я слышу ее резкий вдох, прежде чем она выпускает телефон из рук.
— Сумку и очки, — говорю, продолжая опускать руки ниже.
Ее сумка падает на пол, за ней следуют солнцезащитные очки. Когда мои руки достигают подола ее платья, я начинаю задирать его вверх, натягивая материал вдоль ее бедер.
— Давай посмотрим, справится ли моя рука лучше, чем твоя?
— Сомневаюсь, — произносит она со стоном, когда мой палец касается ее лона.
Я кладу правую руку на ее клитор и начинаю массировать медленными круговыми движениями. Тем временем перемещаю свою левую руку к ее средоточию и ввожу один палец в ее мокрую киску. От того, как ее великолепная попка прижимается ко мне, я готов был выстрелить прямо там. Мне едва удается подавить стон, пока пытаюсь восстановить контроль.
Опуская левую руку еще ниже, я убираю палец и слышу, как она разочарованно шипит. Я возвращаю его обратно внутрь, затем осторожно добавляю еще один. Господи, какая она тугая. Я медленно вращаю пальцами и ускоряю движения на клиторе. Изабелла начинает тяжело дышать и опускает руки, накрывая ими мои, чтобы усилить давление. Я чувствую, как ее стенки сжимаются вокруг меня, поэтому массирую клитор быстрее, наслаждаясь ее стонами, и через несколько секунд она кончает от моей руки.