Л-Е-С 2 (СИ)

Вот если бы это уведомление пришло на час раньше, я бы наверняка им воспользовался. Молодец, ЛЕС, притормозил. Если киборги меня вылечат за свой счет, то баллы останутся! Отличная новость!
В этот момент ко мне подошла симпатичная, насколько можно было разглядеть за стеклянной маской, девушка-киборг, улыбнулась и накрыла мне лицо дыхательной маской. Так, с застывшей улыбкой на лице, я и уснул.
Приснилась мне женщина у окна. Опять она. С ребенком на руках.
На этот раз окно было закрыто, но шторы не задернуты. Был день, но пасмурный, моросило. По стеклу зигзагами стекали крупные капли, рисуя замысловатые узоры. Что-то в этих узорах угадывалось, какая-то картинка. Я пытался вспомнить, но мои мысли прервал плач ребенка.
Женщина качала его, шептала теплые нежные слова, пыталась отвлечь малыша, показывая на окно, на капли. Но ребенок не унимался.
Я не смог подавить в себе желание увидеть лицо малыша, сделал шаг ближе. Но тут женщина обернулась ко мне, удивленно посмотрела.
— Вы кто? — спросила она совсем другим голосом — твердым, жестким, низким.
А кто я? Я понимал, что знал ответ, но не мог выговорить. Муж? Брат? Друг? Точно не отец. Она была примерно одних со мной лет, около тридцати.
— Что вы здесь делаете? — снова строго спросила она и обняла малыша, будто защищая от меня.
Да что ты, хотелось сказать, я не сделаю вам ничего плохого, я же ваш…
И что я здесь делаю? Зашел в гости? Пришел домой? Или пришел с проверкой из какой-нибудь службы? Почтальон?
Нет, все не то. Я чувствовал, что они мне родные.
Но почему они меня не узнают? Почему эта женщина меня не узнает?
Женщина застыла ожидания от меня каких-то ответов. Ребенок плакал.
А я молчал. Мне нечего было ей сказать.
Проснулся я в другом месте. В палате.
На лице почувствовал какую-то маску. Сначала испугался — ну не могли же они просто надеть на меня чье-то лицо? С их-то технологиями.
Из вены тянулась трубочка к капельнице, помещение было белым, чистым. Рядом стояла еще одна кровать. На ней лежал человек тоже с капельницей. Глаза его были закрыты, но дыхание ровное, спокойное.
Я осмотрел стену, не нашел кнопку вызова, но крикнуть не решился. Потревожу парня на соседней койке.
Что ж, придется самому вставать.
Чувствовал я себя прекрасно, будто всю ночь спал. А дел впереди невпроворот! Помню последнее уведомление, которое меня очень порадовало. Теперь я могу расширить список насекомых, а так же задействовать мелких животных, таких как, землеройки, грызуны. Уж мы придумаем, как их применить в нашей ситуации. И не забывать, что в этот раз нужно быть максимально бережливыми! Никаких неоправданных жертв в больших количествах!
Я уже было начал подниматься, потянул руку к капельнице, но тут в дверь ворвалась Седьмая в халате. Очень симпатичный доктор из нее бы получился! А, может, она и была доктором до того, как все это началось. Хм, сомневаюсь.
— Ни в коем случае! — зашептала она и снова уложила меня на постель. Сильные у нее все-таки руки. Вполне себе хирург. Или стоматолог?
— Да некогда тут разлеживаться! — возмутился я. — Мне было это, как его, прозрение! Нужно срочно с Лесом связываться!
Она опустилась на край кровати, продолжала мне давить на грудь, не давая вставать.
— Никуда твой Лес не денется. А вот восстановиться нужно как следует, чтобы и шрамов не осталось. Здесь — она показала на капельницу, — питательный раствор и лекарство. Еще полчасика покапает — и тогда все! Потерпишь полчаса?
Хотел сказать, что да, ради тебя потерплю.
— Хорошо, — недовольно произнес я, обиженно отвернулся к стене. Заметил, как она улыбнулась, поправила тоненькое одеяло, тихо встала и вышла.
А я опять задремал. Хороший раствор. Питательный. Можно не ужинать.
Очнулся, когда кто-то шептался рядом. Открыл глаза. Это была та симпатичная в маске. Увидела, что я смотрю на нее, улыбнулась, сказала.
— Вот теперь все! Вот одежда, можете вставать. Вас уже ждут. Направо по коридору.
 
— Спасибо, сестричка, — я начал подниматься, понял, что голый, замешкался.
Сестричка снова улыбнулась, шепнула.
— Одевайтесь, не буду вам мешать.
И беззвучно ускользнула.
Я бодро поднялся, оделся, пожелал спящему приятелю скорейшего выздоровления и вышел в коридор. Здесь вспомнил, что на лице у меня была маска. Дрожащими руками ощупал лицо — не обнаружил никаких изменений. По крайней мере, кожа, если это была другая кожа, прижилась без последствий, ничего не болело, не давило, не тянуло. Увидеть бы свое лицо — оно точно мое осталось?
С другой стороны, я, как Ник, часто ли смотрелся в зеркало за эти дни, которые я в этом мире обитаю? Даже не помню. Что тогда я хочу там увидеть?
Направо по коридору пришлось пройти несколько дверей. Задумался и чуть не проскочил мимо комнаты собраний.
Все, судя по всему, ждали только меня.
На столе стояло привычное и остывшее блюдо, графины с напитками, мутанты и киборги сидели на диванах и откровенно скучали. Арт и Макс дремали, положив друг другу головы на плечи и вытянув ноги. Ну да, после сытного обеда…
Седьмая была здесь снова в своем обтягивающем комбинезоне, подтянутая, стройная, серьезная. Легкая улыбка тронула ее губы, когда я вошел в комнату. Ант, только что живо беседовавший с Пятым, вскочил с места, широко шагая, подошел ко мне.
— А вот и наш герой! — пробасил он, похлопал по плечам, откровенно осмотрел лицо, довольно улыбнулся. — Как новенький! Будто и не было ничего! Ну, молодцы, киборги, наши с вами не сравнятся! Это точно! — и, повернувшись, крикнул громче. — Да, парни?
Парни очнулись, захлопали спросонья глазами, закрутили головами. Увидели меня, обрадовались, полезли обниматься.
— Да вы чего! — сказал я. — Будто не виделись три года!
— Ну, не три года, — ответил Арт, улыбаясь во все тридцать два, — но три часа тоже срок!
— Особенно в нашей ситуации, — закончил Пятый, пожал мне крепко руку. — Давай к столу, перекуси, время-то уже позднее.
— Он сыт! — выступила вперед Седьмая. — У него режим в течение шести часов. Все нужные калории он получил.
Вот, блин, распорядилась! А так хотелось искусственного мяса, пусть невкусного и холодного, перекусить. Ну, ладно, доктор…
На самом деле чувства голода и не было.
Но, черт возьми, это я должен решать, а не какая-то женщина! Недодоктор и недожена! И почему мне так на женщин везет? Карма какая-то из прошлого, что ли…
— Ну, раз тебе доктор запрещает нормальную еду, — сказал Пятый, усаживаясь на диван, — тогда приступим сразу к делу. Без предисловий и прочих мелихлюндий, я этого не люблю. Спрошу прямо: есть у нас шанс?
Все смотрели на меня, будто я в этом казино главный шулер. Какой шанс? Шанс выжить — да, большой. Просто свалить всем прямо сейчас. Сколько-то поживем. Шанс убить всех роботов, выродков, механоидов и чего там у них еще припасено — нулевой. С нашими силами — абсолютный ноль. Шанс просто добыть нужный нам камень, сокрытый «во глубине сибирских руд» — тоже ноль. Но, при определенных условиях, не полный ноль, а ноль целых и сколько там тысячных.
Но вот здесь одно очень большое и важное «но». Если мы его не достанем, то тогда разговоры про «шансы» стоит прекратить вовсе. В этом случае — для всех шансов ноль. Как еще яснее сказать? Не просто абсолютный, а вселенский ноль. Для киборгов, для мутантов, для отшельников и всего прочего живого и неживого Леса.
Да и ЛЕСа тоже, если по большому счету. Как-то так.
И что я мог ему ответить?
— Конечно, у нас есть шанс! — сказал я, широко и доверительно улыбаясь. — Очень хороший шанс! Уж вы мне поверьте!
И они поверили. Все. По глазам увидел.
  
Глава 20
 
Мы стали готовиться к комплексному вторжению на второй уровень. Киборги собирали, вооружали и экипировали всех, кто еще был в состоянии держать оружие. И это были не только мужчины-киборги, но и женщины, и даже подростки старше четырнадцати лет. В Сопротивлении, тайно от ЦУ, проходили подготовку все. Они готовили переворот. И в решении наших общих задач их подготовка была как нельзя кстати.