Ниочема (СИ)

Один из микроавтобусов перегородил таксомотору дорогу. Но при желании, если наплевать на зеркала, можно было вырулить по тротуару. Вот только сперва нужно попасть в машину. Ползти — не самая лучшая идея: стреляли, по большей части, по низу, и нарваться на пулю в таком варианте было проще всего. Оставался лихой бросок с надеждой на удачу. И ещё на то, что за грохотом выстрелов, матюками и криками его заметят не сразу, и он получит хотя бы метров пятьдесят форы.
Чего уж там говорить: было страшно. Олег начал отсчет сам для себя: три, два, один. Пошел! И рванул вперед, очертя голову.
Ему чудовищно повезло: мотор у такси работал, и водительская дверь была приоткрыта. Песцов прыгнул на сиденье, и тут ему повезло в третий раз: коробка-автомат была практически такой же, что и на его старом «Опеле» в другом мире. Только буквы русские.
Песцов передвинул ручку коробки на букву «Г», обозначавшую, по-видимому, городской режим. Утопил в пол педаль газа. Закрутились впроворот колёса, завизжала резина. Машина довольно резво взобралась на поребрик и рванулась вперед по пустынному тротуару, пару раз хряпнувшись правым бортом о гранитный парапет. Не было слышно ни криков, ни выстрелов. Все заглушал рев мотора.
— Росомахина, ты как? Цела? Не ранена?
— Вроде, нет.
Голос у девушки дрожал, она была, как минимум, напугана.
— Кто это был?
— Бандиты, конечно. Сама ведь слышала, камни искали.
— И что теперь будет?
— Не дрейфь, прорвемся.
Ни с того, ни с сего разлетелось вдребезги левое зеркало. Стреляют!
— Росомахина! Ложись на пол между сиденьями и не поднимайся, пока не остановимся. Ясно?
— Ясно.
За спиной зашевелилось, потом затихло.
— Все, легла?
— Угу.
Тук! Тук-тук-тук!
В багажник принялись впиваться пули. Разошлось трещинами заднее стекло, сделав бесполезным центральное зеркало. Кто там сейчас за ним гонится? Кто стреляет? Теперь уже не увидеть, не понять.
Скорей бы уж мост. Черт, светофор! Не успеть, он вот-вот переключится на красный. Но останавливаться нельзя, это — смерть. Олег вдавил кнопку клаксона, отчаянно замигал фарами, стараясь привлечь внимание водителей, и под возмущенное бибиканье других машин лихо повернул направо, лишь взвизгнула позади Алёна.
Первыми на старт Песцова отреагировали неизвестные налетчики. Короткая команда:
— Догнать!
И неизвестные бойцы, расчетливо подавляя росомахинских гвардейцев и прикрывая друг друга, запрыгнули по машинам и рванули следом.
— Доложить о потерях! — потребовал Росомахин, едва прекратилась перестрелка.
— Четверо раненых, трое убитых.
— Где Алёна?
— Очевидно, в такси.
Вот же гадство! Кулак главы рода оставил на металле минивэна солидную вмятину.
— Двое остаются здесь, помогают раненым и ждут полицию. Четверо со мной.
Евгений вытащил из-за руля тело убитого водителя и сел на окровавленное сиденье. Двигатель работал без перебоев.
— Все внутри! — доложил боец.
— Тогда вперед.
И Росомахин ударил по газам.
Чудом уцелевший водитель такси, услышав, что стрельба прекратилась, поднял голову. Два человека в экипировке с гербами перевязывали раненых. Недалеко от него лежали связанные налётчики из первой партии, до них никому не было дела. Таксист еще раз огляделся и подполз к ближайшему. Запустил руку в карман, в другой и вскоре вытащил солидную пачку денег. Обшарил второго, третьего. На его лице появилась улыбка: на новую машину точно хватит. Быстро засунув деньги за пазуху, он откатился в сторонку и, убедившись, что никто на него не смотрит, юркнул за парапет.
С завыванием сирен подлетело несколько патрульных экипажей. Перекрыв улицу и полукругом охватив место недавней битвы, полицейские выскочили из машин и навели табельные пистолеты на лежащие на асфальте тела.
— Всем оставаться на своих местах! Бросить оружие и выходить по одному!
— Эй, палисандр, ты бы уже определился: выходить или оставаться на месте, — раздался голос из-за темно-серого тонированного минивэна. — Лучше скорую помощь вызови, штук шесть машин. И труповозку.
 
Светофор на выезде с моста горел красным. И машины впереди собрались — не прорваться. Проскочить по встречке тоже не выходило. Оставалось только выпрыгивать из машины и бежать-таки через город голяком и босиком. Олег затормозил. Сзади послышалось трепыхание — Росомахина. Девочка четко выполнила инструкцию: лежать, пока такси не остановится.
— Алён, глянь назад. Есть кто?
— Нет, пусто.
— Ну хорошо, тогда сидим. Посматривай пока. Если те появятся — говори, будем уходить огородами.
— Хорошо.
Песцов нервно смотрел на светофор, Росомахина — назад. Наконец, загорелся зеленый. Очередь машин лениво тронулась с места. Тронулся и Олег. Повернул, перестроился в левый ряд и принялся разгоняться. Погони, вроде, пока не было видно, но медлить не стоило. Враги могут появиться в любой момент.
Песцов ждал атаки сзади, поэтому не сразу среагировал, когда из идущей по встречной полосе машины высунулась рука с пистолетом.
Бах! Бах! Бах! Бах!
Несколько выстрелов прозвучали один за другим. Одна из пуль пробила переднее колесо, другая что-то повредила в моторе. Машину закрутило по дороге, в салон потянулся дым. Олег пытался крутить руль, тормозить — бесполезно. В какой-то момент машину вынесло на разделяющий полосы бордюр и она, проскрежетав по бетону, остановилась. К счастью, двери не заклинило. Песцов выскочил наружу, выдернул девушку и потащил её за собой.
В потоке летящих по встречке машин образовалась пауза. Беглецы перебежали на другую сторону улицы. Фрак снова перекочевал на плечи Росомахиной. К сожалению, на ноги надеть ей было нечего.
Олег встряхнул спутницу:
— Ты цела?
Ответа он не дождался. Очевидно, девушка была в шоке. Беглый осмотр показал, что критических повреждений нет, синяки и ссадины не в счет.
— Бежим!
И Песцов снова потащил Алёну по улице. Нужно было не только убежать от всевозможных бандитов, которые внезапно решили, что нынче ночью других целей для разбоя и грабежа во всём Питере нет. Еще было необходимо как можно быстрее попасть в тепло. Олег и сам изрядно подмерзал. Что уж говорить о девушке в рваном вечернем платье на босу ногу?
Мало-помалу к Алене возвращалась возможность соображать. И теперь она бежала уже сама, но ладонь парня всё равно не выпускала. Ощущение руки человека, явно знающего, что делать, добавляло ей уверенности в себе и надежды на благополучный исход. На бегу Олег мысленно возносил благодарности учителю физкультуры, безжалостно гонявшему всю элитную группу в целом и его в частности. Пожалуй, в Воронеже он бы не потянул такую перебежку. Да что там! Он бы и такси угнать не рискнул бы.
Евгений Росомахин глядел из окна микроавтобуса, как на другом берегу Невы полыхает издырявленное пулями такси. И в планшете отметка трекера, показывающая местоположение его дочери, находилась как раз в том самом месте. Глава рода скрипнул зубами: сейчас не время поддаваться слабости. Впереди, у въезда на мост, была жуткая авария. Два минивэна неизвестной группы не смогли проскочить на красный и устроили совершенно непроезжий завал. Кто-то из тех бойцов остались в своих машинах, зажатые смятым металлом. Но двоих из тех, кто сумел выбраться наружу, росомахинские гвардейцы аккуратно упаковали и уложили отдохнуть на полу своей машины.
Росомахин взял в руки рацию.
— Третий, ответь первому.
— Третий в канале.
— Как обстановка?
— Все тихо.
— Добро. Сейчас снимайся и поезжай к Неве по координатам трекера. Задача — осмотреть на набережной сгоревшую машину такси. Оставайся там, я подъеду, как только смогу.
— Выезжаю. Отбой.
Росомахин убрал рацию и плавно тронул машину с места. Теперь спешить было уже бессмысленно.