Великие хранители

– Верно, – улыбнулась сестра, – я слышу лучше всех. Вот с нюхом у меня не очень. М-да.
– В саду кошка, – воскликнула Жози. – Одета необычно: у нее темно-синий плащ, расшитый красными яблоками. Когда я спросила, что она хочет, гостья ответила: «Позовите Мулю, я Полина». Вот уж удивление! Знаете, она похожа на нашу Полину, но одновременно и не похожа на нашу Полину!
– О-о-о! Плащ с вышивкой в виде яблок, – восхитилась Зефирка и поспешила к окну. – Эх, жаль, отсюда только огород видно.
Муля уронила нож, которым намазывала мягкий сыр на сухарик, и смутилась:
– Прямо сам из когтей выскочил. Жози, садись за стол. Я объясню незнакомке, как найти кошку.
Мама встала, поспешила к двери, запнулась о ковер, замахала передними лапами, удержала равновесие и убежала. Мафи удивилась: хозяйка Мопсхауса никогда не носится, как Жози.
Марсия поднялась из-за стола.
– Спасибо за вкусную еду, простите, у меня через пятнадцать минут клиент – такса Лора. Будем подбирать свадебную прическу и макияж.
– Конечно, дорогая, – улыбнулась Феня, – нельзя заставлять невесту ждать, она, наверное, уже вся на нервах.
Марсия пошла к двери, а Феня продолжила:
– Куки, что касается твоего вопроса про название деревни, то для этого надо понять: если мы находимся в селе, то должны говорить: деревня за Синей горой.
– Почему? – не поняла Куки.
– Потому что для нас гора расположена за околицей. Мы защищены грядой. А вот если кто-то подходит к селу, то он говорит: деревня у Синей горы, – растолковала старшая сестра.
– Непонятно, – пробурчала Куки.
Феня вздохнула.
– Милая, топонимика географических названий сложная, подчас алогичная наука. Мой тебе совет, просто уясни: у нашего села два названия, оба правильные. «Деревня у Синей горы» или «деревня за Синей горой». И так и эдак верно. Почему получилось подобным образом, подробно объяснит Черчиль, когда вернется из Университета, куда он поехал на пару дней читать лекции.
– Что такое топ… ним… топо… – попыталась произнести трудное слово Зефирка.
А Мафи встала, подошла к окну и высунулась наружу.
– Топонимика – раздел ономастики, – ответила главный библиотекарь, хранитель архива и летописец Прекрасной Долины.
– Чего? – заморгала Марсия.
– Это наука, которая изучает географические названия, – продолжала Феня. – Почему соседнее с нами селение названо «Большой тыквобанан»?
– Потому что там вырастают огромные вкусные тыквобананища, – завопила Жози.
Мафи перегнулась через подоконник, вывалилась в сад, шлепнулась на газон, вскочила, отряхнулась, затем сбросила с лап туфли и, встав на когти, совершенно бесшумно дошла до угла дома и заглянула за него.
Перед глазами пагля [1] предстали две фигуры. Одна закутанная в темно-синий плащ, расшитый красными яблоками, и Муля. Мама выглядела странно: она осунулась и вроде как похудела. Хвост у мопса всегда завит колечком, а у Мулечки он сейчас свисал вниз. Передние лапки хозяйки Мопсхауса тряслись, а голос… Он звучал так тихо, что Мафи с большим трудом сумела услышать разговор, который определенно не предназначался для чужих ушей.
 
Глава 2
 
Кошка Полина
 
– Это ты! – пролепетала мама. – Опасно разгуливать в таком плаще.
– Почему? – удивилась кошка. – Он очень красивый.
– Подобные давно не носят, – тихо продолжила Муля, – он же сшит по моде эпохи Великих Хранителей. Где ты достала одежду?
– Проход работает, – ответила кисонька.
Мафи приподняла уши. Проход? Какой? Куда?
Муля попятилась.
– Ты сумела им воспользоваться? Ты явилась из… Постой, погоди! Полина! Но… но… Ты выглядишь как тогда! Не может быть! Ты оттуда? Твоя прическа… прямо как…
 
– Плохо смотрюсь? – хихикнула кошка.
– Мы уходим хранить наших людей, – пролепетала Муля, – живем с ними столько лет, на сколько наших душевных сил и собачьего терпения хватит, потом возвращаемся, делаемся щенками, растем. Полина, каждый раз очутившись дома, в Прекрасной Долине, мы получаем новое тело. Ты никак не можешь выглядеть сейчас как в эпоху Великих Хранителей. И… Полина! Ты живешь со мной в одной деревне. Ох, голова кружится. Две Полины!
Кошка остановила мопсиху.
– Мулечка! Ты знаешь, как мы с Соней тебя любим. Моя мама сумела распахнуть проход. И у нее получилось. Но сколько времени она продержит дверь открытой? Определенно недолго. Сил у нее нет. Ты бы поверила, приди к тебе незнакомая кошка с сообщением: «Орландо освободился»?
– Нет, конечно, – ответила Муля.
– Вот поэтому пришлось рискнуть и отправить меня, – проговорила странная гостья. – Понимаю твое недоумение. Одна Полина рядом, и вдруг вторая. Есть от чего растеряться. Муля, я из прошлого. Не смогу долго пробыть здесь. Счет идет на минуты. Соня теряет массу сил, держа дверь распахнутой. Выслушай меня. Я уже сказала тебе: Орландо освободился.
Муля ахнула и села на траву.
– Оборотень на свободе?
Полина молча кивнула.
– Невозможно, – прошептала Муля, – я крепко-крепко его заперла.
– Он сумел выйти, – пояснила гостья.
– О нет! – простонала хозяйка Мопсхауса. – Что теперь делать? Ты нашла меня, и вервольф тоже обнаружит, где я, явится в наше время!
– Мне Соня подсказала, как тебя найти, – объяснила Полина, – у нее ведь есть великая книга. У Орландо же такой нет, и сомневаюсь, что он научился читать. Кроме того, Муля – популярное имя для собаки, да и кошек так зовут. Тебе надо вернуться.
– Куда? – еще сильней испугалась Мулечка.
– Туда, – коротко произнесла Полина.
– Нет, нет, нет, – задрожала Муля. – Я не сумею! Не повторю того, что совершила в детстве. Пожалуйста, не называй его по имени, говори: вервольф или оборотень.
– Счет идет на дни, – печально объяснила Полина. – Соня думает, в запасе меньше недели, и подозревает, что вервольф уже ходит по селу. Он прикинулся кем-то из местных, ведет себя тихо. Но это лишь потому, что злодей пока очень слаб. Поэтому я к тебе и примчалась. Сила, которая нужна для произнесения заклинания, есть только у Мулечки и ее детей. Тебе надо вернуться в наше время и понять, где допущена ошибка. Иначе все погибнут.
– Мне страшно, – прошептала хозяйка Мопсхауса, – голова кружится! И мы не умираем.
– Не спорю, – кивнула Полина, – оборотень об этом прекрасно знает. Но он вырвался на свободу и страшно зол. У нас же с Соней нет мощи, чтобы вступить в бой, противостоять ему. И что произойдет, если оборотень победит? Наступит ли в этом случае время, когда ты станешь мамой большого семейства? А? Вервольф хитрый, нас с тобой не тронет, поставит вкусные кушанья, поселит в хороших спальнях. Сделает все, чтобы тело прослужило как можно дольше. И начнет показывать кино: мы увидим, сколько бед валится на членов твоей и моей семьи, на друзей, на тех, кого любим, на всех жителей нашей страны. Вот их жизнь станет невыносимой. Вервольф знает: если мучить нас с тобой, то мы все вытерпим, не будем просить пощады. Но каково видеть слезы родных и понимать: мы не можем помочь, и это Муля с Полиной виноваты в том, что оборотень стал намного злее, чем раньше! Что лучше: плакать самой или наблюдать за рыданиями тех, кого любишь? А потом погибнет вся наша деревня и те, что рядом. И все! Конец стране Прекрасная Долина. Муля!
 
– Да, да, да, – выдохнула мама, – надо срочно идти к Полине. Где ее искать?
Полина тихо засмеялась.
– Мулечка, соберись! Я теперь Полина, которая живет по соседству. Владею книжным магазином, открыла бесплатную библиотеку. Ты же сама говорила, наши тела меняются, – напомнила кошка, – а мы живем вечно. Просто пришлось мне прибежать на время из прошлого. Мулечка, очнись!