Анютины глазки 2 (СИ)

– Дыши туда, где жжёт.
Наблюдая за действиями своих друзей, я тоже старательно дышала, пытаясь обуздать жар, разгоравшийся сильнее с каждой минутой. Но дыхание мне не помогало. Тогда я, закрыв глаза, мысленно потянулась к полыхающему внутри меня белым пламенем шару и стала, опять же мысленно, его оглаживать. Успокаивать, как рассерженную или испуганную зверушку, посылая ему всю свою любовь – ведь это теперь часть меня, а себя любить надо, – нашёптывать что-то бессмысленно ласковое. Сама не заметила, как боль от жжения утихла, а тепло, приятно согревая, разлилось по всему телу.
Тогда я и открыла глаза, встретившись с удивлёнными – Тика и Фирс, радостными – Флор и Тая, и довольным – Гус, взглядами друзей.
– Моса Анюта, поздравляю вас. Не знаю как, но вы не только смогли сосредоточиться на своём источнике дара, но и вступили с ним в контакт, – торжественно объявил мэтр. – А теперь, друзья, надо поторопиться.
Флор с Фирсом схватились было за тачку, намереваясь катить, но Гус, сотворив какое-то силовое плетение, прикрепил её к машине, превращая в небольшой прицеп. Благо что колёса тележки были оборудованы удобными шинами, а откидной стопорный рычаг, служивший точкой устойчивости, свободно складывался.
Мэтр позвал Гамлета, посадил к себе в кабину и тронул машину. Скорость магомобиля была невелика, и мы с лёгкостью, не забывая правильно дышать, поспевали за нашим лидером.
Глава 5 
Как назвать несколько строений, обнесённых общей высокой каменной оградой, я не знала. Больше всего это напоминало поместье. Но если вспомнить дом родителей Гуса, то самое большое здание и близко не напоминало уютный и нарядный коттедж, в котором я гостила. Приземистое, словно расплющенное здание было похоже на черновую заготовку особняка, которую впоследствии можно украсить вторым этажом, крышей, пилястрами по углам, балюстрадами с изящными балясинами, обрамляющими балконы и террасы. И, конечно же, цвет. Серый – слишком мрачно. Но для ночёвки мы выбрали именно этот дом.
Нам сейчас не до капризов – просто крыша над головой нужна. А осматривать всё не было ни времени, ни сил.
Двери открылись на удивление легко, без душераздирающего скрипа, клубов пыли, брошенных нам в лица сквозняком, или стаи испуганных летучих мышей, облюбовавших покинутое помещение и метнувшихся на выход.
– Пока не заходите, – предупредил Гус. – Запущу поисковый импульс на выявление нежелательных жителей. Позже я научу вас этому плетению. Оно простое и неэнергоёмкое, но очень полезное.
То ли от усталости, то ли оттого, что нам повезло и не было в нашей группе склочников, мы терпеливо стояли в ожидании разрешения зайти в дом, попутно осматривая просторный двор.
За спиной у нас были ворота. Большие, укреплённые поперечными брусьями, накрепко вмурованные в монолит стены, они смотрелись грубовато, но надёжно. Проведя нас во двор, мужчины вернулись и закрыли их, заложив массивным засовом.
– Бережёного бог бережёт, – прокомментировала я тихо, но, судя по дружным кивкам, меня услышали все.
По левому краю двора, вдоль стены, расположились разнообразные постройки, уходящие за основное здание. Они казались уменьшенной копией большого дома.
– Как думаешь, что там? – спросила Тая, проследив за моим взглядом.
– Скорее всего, различные подсобные помещения: сараи, склады, гаражи, – поделилась я своими предположениями, и женщина согласилась со мной.
– Всё! – махнул нам с невысокого крыльца Гус. – Можно заходить.
Несмотря на долгожданное приглашение, никто из нас не стал торопиться, все поглядывали на багаж. Хоть ворота и крепкие, но не хотелось оставлять вещи во дворе. Да и спать на чём-то надо, ещё неплохо было бы вскипятить воды для отвара, а для этого посуда нужна. И есть уже все хотели, а в машине корзина с продуктами, привезёнными для дружеского обеда.
– Вы правы, – согласился с нами Гус. – Заносите вещи, а позже я посмотрю, где можно пристроить наш транспорт.
В присутственных учреждениях Земли это помещение именовалось бы вестибюль. Бабушка как-то рассказывала, что название пошло от специального дворика в богатых древнеримских домах, посвящённого богине Весте – хранительнице домашнего очага. Это сейчас назначение другое, но зал такой же просторный и пустой. Хоть маг и запустил к потолку несколько светящихся шариков, они не смогли разогнать весь сумрак по углам.
 
– Как будем устраиваться? – отчего-то с этим вопросом Тая обратилась ко мне.
А как тут устроишься? Вариант, на мой взгляд, один: расстелить ковёр и лечь спать на нём. Под голову можно свернуть одеяло, тюфяк и кому-то отдать подушку. Укрываться верхней одеждой. Больше у нас ничего нет. Когда собирались, казалось, что вещей много, а на деле…
Шустрый Флор, уже обежавший всё помещение и заглянувший во все двери, принёс радостную весть:
– Прекрасные мотес, вон за той дверью отхожее место, – и указал рукой, куда следует идти.
Мы с Тикой поспешили в указанном направлении, а Тая немного задержалась. Она нагнулась к мужчине, ласково приобняла его и чувственно поцеловала в губы:
– Маленький мой, – нежно проворковала она, а Флор как-то привычно погладил там, куда рука доставала, – по попе.
Так как Тика, воспользовавшись нашей заминкой, быстрее всех заскочила в желанное помещение, у двери остались мы вдвоем с тётушкой.
– Тая, а у вас с Флором… – я замялась, подыскивая нужное в столь щекотливом вопросе слово.
– Да! – упрямо, словно доказывала мне что-то, дёрнула головой женщина. – Давно уже. В тот день, когда Гус тебя из города увёз. Я расстроилась. Страшно мне за тебя было, разревелась, а мой маленький друг принялся утешать. Утешал, утешал, ну и…
– Но вы такие разные. Как же… – спросила Тика, вышедшая из уборной, и с интересом слушавшая наш разговор.
– А вот так же! – резко ответила ей Тая, но потом расплылась в какой-то блаженно-счастливой улыбке. – Знаете, девоньки, что бы там мои прежние соседки обо мне ни говорили, но было у меня в жизни всего двое мужчин: муж мой, безвременно погибший, и Витор. Оба видные, статные, выше меня ростом. Но ни тот, ни другой не доставляли мне в постели столько удовольствия, сколько я получаю с Флором.
Сказав это, смущённая своей откровенностью тётушка шмыгнула в приоткрытую дверь и плотно закрыла её за собой. Мы с Тикой молча переглянулись, изобразив лицами мину «вот оно как бывает». Подружка отправилась дальше разбирать вещи, а я осталась с нетерпением ждать своей очереди на посещение удобств.
После туалета очень хотелось помыть руки, но, увы, в кранах воды не было. Хорошо хоть уборная была устроена по самому примитивному принципу – дырка в полу. Удивило то, что из отверстия не несло общественным туалетом. Но вода по-любому нужна. И попить, и помыться, и еду приготовить.
Когда я вернулась к друзьям, Тая с Флором говорили о том же.
– Обошёл все помещения вокруг приёмной комнаты, проверил все краны – они пусты. Может быть, мот маг с Фирсом во дворе найдут какой-нибудь колодец, – со вздохом сожаления доложил карлик своей подруге.
Слава Цветочной деве, так и случилось. Резко открылась входная дверь, и в неё, пятясь и согнувшись под тяжестью большой кастрюли, полной воды, которую он держал за одну ручку, вошёл Фирс. За вторую ручку тянул нелёгкий груз Гус. Интересно, у них заклинаний левитации или облегчения веса не существует, что ли?
– Вот! – Мужчины, выдохнув, поставили на пол котёл. Помнится мне, что в него спокойно помещалось больше пяти вёдер воды. – Мы во дворе источник нашли. Вода добрая, но течёт еле-еле. Сейчас второй принесём. Мот Флор, вы могли бы пока посмотреть, где камень нагревательный для помывочных поставить?
Маг говорил и утирал пот с лица – устал, бедняга, собственно, как и мы все. Но карлик без разговоров принялся искать, куда упаковали камни, Тая принялась черпать чашкой принесённую воду в кастрюлю, чтобы приготовить отвар. Тика, найдя скатерть, расстилала её на ковре, чтобы сервировать ужин.