Оружейник Тесла (СИ)
- Всего хорошего вам...
- Благослови вас Господи!
Отец Иоанн смотрел вслед удаляющемуся старику. Он размышлял над тем, что в действительности толкнуло этого пожилого человека, скорее всего, закоренелого коммуниста в лоно церкви? Неужели грехи замаливает? Может быть, он из старых кагебешников? Участвовал в расстрелах? Что-то не укладывалось в голове отца Иоанна. Что-то заставляло делать выводы, и что-то подсказывало ему, что любой вывод окажется ложным. Ну что же, как говорится, истину знает Господь, а кто мы такие, чтобы судить о делах его? Мы только тени на его пути. Нет, что-то не то.... И все-таки, что-то его беспокоит, чувствую, что терзается, человек, мучается. А как можно помочь человеку, если не знать, от чего его мука?
Господи! Как темна история государства Российского!
Глава тридцать восьмая
К нам едет ревизор
Москва. Лубянка. Контора. Переделкино
В Переделкино было жарко. Бегали сотрудники отдела, кипы бумаг носились с места на место, это назывался на языке генерала Переделкина "Большой шмон". К большому шмону прилагалась полная инвентаризация и прочие хитромудрые заморочки современной бюрократии.
В действительности, в эти дни генерал перекраивал работу всего отдела. Такой перетрус бывает необходим. Особенно, когда впереди грядут сложные события.
Вот-вот правительство Гайдара должно было завершить свою работу. Слишком много людей оказались заинтересованы в том, чтобы Гайдар и его команда оказались не у дел. Но, эти же силы хотели и другого: децентрализации. Им понравилось, как местная элита в бывших республиках СССР: Украине, Литве, Белоруссии, Таджикистане, дальше можете перечислять сами, превратились в удельных князей. "Тюрьма народов", как кто-то из диссидентов назвал СССР, распалась на пятнадцать отдельных камер. Но им и этого было мало, теперь каждый бился, чтобы в этой камере отгородить для себя удельный угол и править там в свое удовольствие. Ну что же, когда-то Россия была государством, слепленным из княжеских уделов. И только опричнина с ее кровавыми жертвами превратила Россию в Государство. Времена были другими, а вот суть процессов - та же. Либо сохранить централизованное государство, либо под видом демократии согласиться на беспредел и анархию, согласиться на то, что Россия перестанет существовать не только как великая империя, а как государственное образование русского народа как таковое. Кланы, которые захватили власть в законодательном органе, были готовы под видом восстановления СССР устранить власть президента, а затем... затем начался бы хаос... Россия - монархическая страна. И нет значения, какое будет звание у монарха: великий князь, царь, император, генеральный секретарь или президент. России нужен монарх - человек, который единолично будет воплощать в себе символ власти. Как бы ни был Ельцин плох или хорош, а приходит время серьезных решений. И решение должно быть в главном: идти в хаос, который потом назовут демократией, или в порядок, который наверняка назовут диктатурой. Царь или власть толпы?
Константин Львович Переделкин поморщился. Эти философские рассуждения иногда посещали старого генерала, но философию он не любил. Историю - знал и любил. Более того, он сам потихоньку занимался научными, скажем так, исследованиями. Он писал историю спецслужб в России, и считал что развитие спецслужб вплотную связано с историей становления государства Российского. Он описывал историю с точки зрения того, как возникали спецслужбы, развивались, росли, трансформировались. Будучи начальником достаточно высокого ранга, Константин Львович имел доступ к серьезным архивным материалам. И, во многом, благодаря этому, и стала возможным операция "Старик", о которой мы сейчас имеем честь вам поведать.
Надо сказать, что этой операцией Константин Львович гордился особо: умыкнуть ценный объект прямо из под носа спецслужб США, которые стали казаться всемогущими, и действовали намного активнее и наглее, чем раньше, это было достоинством. Вот только, генералу не раз передавали, что некоторые силы, которые считали, что сохранение теплых отношений с США важнее государственной безопасности, были не слишком довольны тем, что кто-то пытается вставить палки в колеса великому демократическому соседу. Ну и что? Генерал Переделкин умел терпеть. Ждать и терпеть. Он специально не торопил Жанну, прекрасно понимая, что Красотке, как и любой женщине, надо суметь найти какой-то душевный подход к человеку, с которым ей теперь приходится общаться. И торопить ее в этом деле бессмысленно. Переделкин стал смотреть последние сводки наружки, которая следила за Стариком и Красоткой. Он несколько раз подчеркнул, что между объектами наладились дружеские тесные отношения, отметил, что несколько раз Старик ходил к сельской церкви, подумал о том, что надо запросить материал об этой церквушке - уж больно она чем-то привлекает Старика. Чем же?
Дверь кабинета приоткрылась, легкий стук, все точно так, как он велел - это адъютант, молодой парень, который только начал делать карьеру в Конторе.
- Константин Львович, вы просили шифровки от Лейбница сразу же нести вам.
- Их уже расшифровали?
- Никак нет, вы ведь говорили, лично в руки.
- Это я правильно говорил.
Адъютант положил на стол папку и тут же вышел. Генерал открыл папку: там лежали два листка, исписанные мелкими цифрами. Он подошел к сейфу, вытащил блокнот, сел за стол. Уже через двадцать минут он имел полный перевод донесения, которого ждал с таким нетерпением.
Потом Переделкин подошел опять к сейфу, спрятал блокнот, еще раз просмотрел записки, которые только что написал, вытащил из недр железного ящика еще одну папку - там было еще три листка, с такими же донесениями. Генерал вздохнул. Взвесил все за и против, и решил, что откладывать больше некуда. Набрал номер телефона, после чего назначил встречу в новом месте, но его попросили перенести встречу на старое место. Из-за удобства приглашенному. Константин Львович вздохнул, а что делать? Пока не было оснований совершенно прикрывать адрес на Молчановке, но и пользоваться этой квартирой Переделкин не был намерен. А вот его оппонент наоборот, это место встречи предпочитал другим.
Переделкин грустно усмехнулся, после чего быстро покинул кабинет. Он нес своему куратору (назовем этого человека так - Куратор) хорошие новости. Те, кто сильно мешали Президенту, не имели серьезной поддержки за рубежом. И никто в мире пальцем не пошевельнет, если Президент поставит их на место. Даже применив откровенно силовые методы.
Промурлыкав мелодию из "Семнадцати мгновений весны" Переделкин быстро спустился в гараж, где его уже ждал личный автомобиль. Сам сел за руль, и, пребывая в отличном настроении, выехал из Конторы.
Москва. Центральный район. Большая Молчановка
- Здравствуйте, Константин Львович.
Они сидели в гостиной квартиры на Молчановке. Переделкин только что проверил квартиру, не нашел установленных "жучков", и, практически сразу после этого появился его гость.
- Я встречаюсь с вами в этой квартире не потому, что мне нравится узор на обоях. Знаю... уверен, что за мной следят. До поры до времени не скрываюсь. А эта квартира уже паленая. Нечего хороший новый адрес палить. Пока не в наших с тобой интересах. Пусть думают, что у них все под контролем. Что нового?
- Данные по тому вопросу, что вы хотели прояснить. Новости хорошие. Мы можем действовать по своему усмотрению. За ними нет серьезной силы. И те, кто мог бы, помогать не будут. Они не заинтересованы в реваншистах. Им важно, чтобы Росси сохранила сегодняшний курс.
- Да, да, да... Если бы все было так просто. И если бы это были просто реваншисты, которые хотят вернуть империю. Если бы это было так - их бы поддержали. За ними стоят сепаратисты, те, кто хотят ослабить центральную власть, и отменить Российскую федерацию как государство. Вот они-то и способны нанести удар.