Оружейник Тесла (СИ)
Неожиданно мысли Жанны переключились на ее нового мужа. Дэн показался ей человеком не таким уж и старым, да, конечно, старым по годам, но полным еще сил и энергии. Она видела, что в его глазах отражается недюжинный интеллект и робела, потому что впервые не была уверена в действенности своих чар. Да, она могла расшевелить любого мужчину, но при этом предполагалось: любого сексуально активного мужчину, а что касается его, старика лет семидесяти, тут Жанна была не уверена настолько, что испытывала какую-то робость при общении с этим человеком. Этот было неправильно. Она не должна была робеть, но... робела... Это было неправильно, она не должна была ничего чувствовать к этому человеку, но чувствовала. Жанна покопалась в себе, и поняла - первое чувство, самое сильное, которое она постоянно испытывает - это неподдельный интерес. Удивительно, но ей интересно, действительно ли этот человек тот, за которого себя выдает, неужели он был знаком с великим Тесла, неужели он остался жив, в конце-то концов?
Жанна вытащила зеркальце и пудреницу, якобы, с целью попудрить носик, но носик ее интересовал мало... Она пристально оглядела ушки, убедилась, что ей удалось добиться многого. Теперь все выглядело настолько правильно, что ей стало даже скучно рассматривать себя в зеркальце. Ну вот, не угодить... то был дефект страдала, то исчезла проблем, так жалею, что потеряла оригинальность... Да какая там, к дьяволу, оригинальность. Вот, прет из меня такая дурость порой... И вроде бы не блондинка, а прет...
Жанна прекрасно знала свои сильные стороны, знала, чем брала мужчин, знала, что могла покорить их, и знала, что должна для этого делать. Это получалось у нее непроизвольно, она не тренировала свои способности, она действовала на уровне инстинктов. Таких женщин раньше называли ведьмами, потому что они слишком хорошо знали, какой магией обладает жаркое женское тело. Возможно, и она была ведьмой, но не той, которая варит отвары вонючих корешков в темной и затхлой землянке, а из тех, кто летит на метле в Вальпургиеву ночь на бал, потому как не видит себя нигде, как не на балу у Самого...
Этот дом и этот старик... неужели он может еще что-то? Жанна поймала себя на мысли, что думает о Дэне как о мужчине, причем интересует ее именно тот факт, может ли он что-то как мужчина или нет... Ей никто не навязывал никакого поведения. Важно не то, переспит ли она с этим старцем, скорее всего, это не понадобится... Нет, она должна найти к нему контакт, ключик, а как сделать это, Жанна пока еще понятия не имела.
А все-таки старческое тело... бррррр... Жанна вспомнила декана, потом еще одного продюсера, и еще... нет, тот был настолько отвратителен, весь в бородавках и каких-то больших бесцветных мешочках. Нет, от старческого тела с его вялыми возможностями никакого удовольствия не приходится ожидать.
Господи! О чем я думаю? Об удовольствии, действительно... Действительно... глупости...
Машина затормозила у дома... Стояла поздняя осень. Деревья уже почернели, отчего лес неподалеку действительно стал казаться Черным лесом. По небу пробегали не белые облака, а тяжелые свинцовые тучи.
Только бы не было дождя, только бы не было дождя... - подумалось как-то само по себе. Жанна вышла из машины, махнула Александру рукой. Тот молча кивнул, дал газу, из-за чего из-под колес вырвались тяжелые влажные комья земли, развернулся, немного неловко, еле вписываясь в ухабы местной дороги, и только после всех этих мельтешений начал набирать скорость, уходя в сторону Москвы. Завтра ровно в семь он будет тут, чтобы забрать Жанну и отвезти ее на учебу. Завтра - вторник... Значит, четыре дня учебы, а потом два выходных... Господи! Что же я буду делать в выходные?
Жанна решительно направилась в дом. Казалось, что за время ее отсутствия ничего в доме не изменилось. Дэн сидел в той же позе в том же кресле, в той же одежде, что самое интересное. Жанна смотрела на его неподвижную фигуру, казалось, что ее новый муж о чем-то думает, совершенно ее не замечая. Но это была неправильная мысль. Неожиданно Дэн протянул руку и произнес:
- Здравствуйте, Жанна, проходите здесь...
И он указал ей на стул напротив своего кресла
- Здравствуйте, Денис Федорович. - заученно протараторила Жанна. - После чего уже совершенно по-другому произнесла:
- Проходите сюда... ОК?
- Да, я понял что ошибся... Почему-то понимаешь, что ошибся, когда уже вернуть нечего есть нельзя. О! Я опять не так немного сказал...
- Денис Федорович, давайте договоримся... если вы будете извиняться за каждую неправильную фразу, мы так далеко не уйдем... Я буду вас поправлять... иногда, когда ошибка будет очень глупой, или нужно будет объяснить какие-то тонкости, ну не знаю... А вы будете слушать и не извиняться.
- Да, спасибо, Жанна... Знаете, я хотел вас немного спросить. Это не есть срочно, но есть очень важно для меня. Так?
- В принципе... Я слушаю вас.
- Извините, сначала еще нюанс - когда муж жене говорит "ты", когда "вы"? Это тот самый тонкость, о котором вы говорили.
- Денис Федорович, прошу вас, не волнуйтесь, вы, когда волнуетесь, сразу начинаете фразы строить неправильно. Ну же, договорились? Давайте пока что будем на "вы". Я знаю, что в английском языке нет такого обращения, а у нас есть. И "вы" намного более уважительно звучит, чем "ты".
- А "ты" немного есть интимнее?
- Не совсем. Иногда да, интимнее, иногда грубо или презрительно. Тут и начинаются нюансы. Одно слово не может играть какую-то роль. Имеет значение только сочетание слов. "Вы, Нина, дура", и "Ты, Нинка, дура" фразы совершенно разные по смыслу... А текст почти тот же самый. Но вас, Денис Федорович, интересовали отнюдь не эти нюансы, вы ведь не то хотели спросить, верно?
- Это есть верно. Абсолютно. Я хотел знать... почему вы... ты... согласились? Извините... мне это важно... есть какой-то компромат? Или они умеют уговаривать? Чем вас смогли заинтересовать настолько, что вы дали есть согласие? Вот эта операция? Это что, такая проблема есть?
- Извините, Денис Федорович, можно я вам задам вопрос, я бы хотела услышать на него ответ, а потом я скажу вам, как есть...
- Прошу вас...
- Почему вы выбрали именно меня? Откровенно. Что, других не было? Наши деки сейчас в ваших журналах на расхват. Заказывай любую...
- Откровенно есть откровенно. Во-первых, вы удачно сфотографировались. Очень сложно было бы вас замена сделать. Во-вторых, эти ушки, которые вы исправили - еще один фактор. Я читал про это, понял, что есть все возможности чтобы меня не обмануть. Но, главное - мне показалось, у вас есть характер... Вы были похожи на настоящую стерва... Капризная, взбалмошная. Я был уверен, что ты откажитесь... А вы согласились. Это не есть неприятно, но я есть не рассчитывал на так.
Жанна задумалась. Если быть честной, она и сама до конца не понимала ПОЧЕМУ она согласилась. Да, были намеки на какие-то возможности, но ничего обещано не было. Вроде бы ее и провели, а, может быть, она вытянула счастливый билет. Кто знает? И все-таки, как объяснить, почему она не поддалась мелькнувшей мысли отказаться от того разговора? Как? Любопытство? Чувство долга? Фи... Это так скучно... Наконец Жанна произнесла:
- Знаете, Денис Федорович... я не смогу сейчас это объяснить, наверное, на этот вопрос нет простого и четкого ответа. Давайте, сделаем так, вы немного поймете больше нашу жизнь, и мы к этому вопросу обязательно вернемся... Я знаю, что вернемся, он, действительно для вас очень важен, не так ли?
- Да, спасибо...
- И еще, я немного с дороги устала, я прилягу, а потом что-то приготовлю на ужин. Хорошо?
- Гут...
- Ну и превосходно...
Жанна подавила вздох облегчения, который уже готов был вырваться из груди и пошла в свою комнату... Там она упала на кровать и закрыла глаза. Сон пришел мгновенно.
Глава двадцать девятая