Оружейник Тесла (СИ)
Надо сказать, что Жанна вышла замуж не столько из-за любви к молодому актеру, сколько из-за того, что надо было как-то вырваться из родительского дома, и вырваться на законных основаниях. Уж слишком ее предки утомляли длительными нотациями. Кстати, папа был сдержаннее, но если уж начинал что-то свое бубнить, то мамаша и рядом не валялась, так папашкино бубнение нервы доченьке выматывало.
И при этом Жанна знала, что родителей она любит. Терпеть долго не может, а любит! Ну и что ты тут сделаешь? Иногда родители бывают несносны. Но приходится и это терпеть...
Жанна проснулась с жуткой головной болью. Наверное, она слишком много выпила, это верно... Посмотрела на себя в зеркало... И только сейчас поняла, что находится в родительском доме. Сжала голову ладонями, чтобы вспомнить, что произошло, но ничего не вспоминалось. Только жуткая головная боль, только она не давала возможности даже повернуться, я не говорю о том, чтобы кому-то кивнуть головой. Господи! Что же вчера произошло? Жанна увидела, что ее вещи в комнате, в чемоданах... Что-то начало проясняться, но еще не слишком отчетливо, знаете, как в бинокле - изображение есть, а вот четкости в изображении нету. Надо бы как-то резкость навести. Только как? Жанна задумалась, но от этого головная боль вспыхнула еще с большей силой.
Пришлось аккуратно вставать. Обычно Жанна имела привычку спать голой. А сейчас она лежала не просто дома, а полностью одетой... Это наводило на мысли. Жанна добралась до кухни. Слава богу, родители уже уехали на работу. Скорее всего, мама пыталась разбудить непутевую дочу для воспитательной беседы, но ничего ей не удалось. Конечно, без девяти минут десять! Надо бы как-то прийти в себя!
Жанна усмехнулась. Мама оставалась мамой. Разговор состоится сегодня, и будет серьезным. Но послать папу с самого утра в аптеку, чтобы оставить дочке лекарство, это в ее фирменном стиле. Жанна набрала из крана воду, бросила в стакан две таблетки алка-зельцера, который стал быстро шипеть, жадно, не дав таблеткам дошипеть, стала большими глотками пить лекарство.
Но только минут через десять, когда Жанна стояла под душем, мылила шелковистую кожу мягкой губкой, женщина почувствовала, что голова начинает ее отпускать. Получалось, что свекруха фактически выставила ее из дому! Невероятно! Игорек за порог, невестку в шею! Хороша формула счастья! Она давно хотела от меня избавиться. Ей не нравился мой моральный облик! Вот дура! У ее Гошеньки моральный облик лучше будет? До сих пор за юбками гоняется... Ладно, пусть не гоняется, все равно - не мужик, а тряпка. Хоть бы раз поступил как мужик, взял бы ее силой, когда она ему крутит перед носом своим роскошным телом, динамит - дразнить-то дразнит, а давать - не дает! А он? Уговаривает ее, упрашивает... Слабак! Мужчина должен быть мужчиной!
Я не знаю, что бедный Гошенька без меня будет делать? Не знаю, и знать не хочу.
Она села на край ванны, скрестила ноги, достала мамину пилочку для ногтей, и стала что-то аккуратно выпиливать, приводя и так идеальные руки в почти полностью идеальное состояние.
Из дому Жанна вышла уже к двенадцати. Она шла по улице и соображала, к какому метро ей будет удобнее добираться. На такси денег не было. Катастрофа! И нужно было ей так вести себя неосторожно? Деньги были дома, но бережливая свекровь денежки сына невестке положить в вещи "забыла", вот противная бабенка... У самой ни рожи, ни кожи, а что-то из себя корчит, о нравственности печется. Это верно, с ее-то данными да возрастом только о нравственности и думать, больше ничего по жизни и не светит.
Тут около Жанны остановился автомобиль. Ничего необычного, семерка как семерка, красного цвета, вот только Жанна уже хорошо разбиралась в автомобилях, чтобы увидеть, что семерка-то явно экспортный вариант. Уж больно ладно выглядит. Да и фары, такой тюнинг у нас в жизни не делали.
Жанна уже привыкла, что возле нее останавливаются автомобили. Особенно часто останавливались авто с "лицами кавказской национальности", в ее случае, чаще грузины и азербайджанцы. И тех и других Жанна спокойно непременно отшивала. Она знала, как это делать, носила на пальце обручальное кольцо, но не этим наводила ужас на темпераментных мужичков, покрытых жесткой шерстью с ног до головы. Она комбинировала простые русские слова так, что и мата не требовалось. Кавказец тут же стухал и исчезал в неведомом пространстве.
Немного больше везло иномаркам. В такие машины Жанна могла и присесть. К кому ненадолго, а с кем и завязывала разговор с продолжением - все зависело от того, как ей приглянулся владелец транспортного чуда.
Эта машина Жанне почему-то сразу понравилась. Окошко открылось и оттуда выглянуло лицо мужчины чем-то очень знакомое. Ну, не совсем знакомое, но все-таки такое знакомое...
- Девушка, вас подвезти до метро?
- Извините, я без денег.
- А я разве говорил об оплате?
- Вот как? - Жанна приоткрыла дверцу, еще раз глянула на мужчину за рулем, оценила его точно так же, как минуту назад оценивала его машину, поняла, что он ей почему-то приглянулся. И молча села в машину.
Так совершилось судьбоносное для Жанны Крючковой знакомство. Знакомство, которое настолько перевернуло ее жизнь, что влияние на ее судьбу - и как актрисы, и как человека, прослеживается и по сей день.
Глава двадцатая
Вот, новый поворот!
Москва, Лубянка, Контора, Переделкино.
Жизнь в Конторе никогда не прекращается. Всегда бывают люди, ситуации, вопросы, которые требуют участливого внимания Конторы. А такое внимание без внимательных сотрудников Конторы невозможно. Майор Петр Евгеньевич Корчемный оказался на работе уже в полседьмого утра. Он сам отвечал за свою операцию. А потому не мог позволить, чтобы что-то пошло не по плану. Он должен был сделать так, чтобы Контактер встретился с Красоткой строго по графику. Но уже утром он понял, что опять четко по плану ничего не выйдет. Сегодня ночью разгневанная шальным поведением Красотки свекровь выставила девицу из дома. Та поехала ночевать к родителям. И это заставило оперативно внести изменения в график движения, еще раз отработать маршрут и срочно выехать на место. В семь утра в Переделкино прибыл сам Переделкин. И не то, чтобы генерал был озабочен простейшей операцией, нет, у него было множество неотложных дел, но и это привык держать под контролем, если такая возможность имеется.
Генерал еще раз пробежал досье Контактера. Актер, впрочем, средней руки, стал режиссером и продюсером. Последнее - благодаря капиталу отца жены. Тот сумел удивительным образом обрасти деньгами в горбачевские времена, а сейчас деньги вкладывал. И весьма успешно. Его зять был самым сомнительным проектом главы семейства. Так... На Контору Контактер согласился работать еще семнадцать лет назад. Выполнял мелкие поручения. Курьер. Справлялся успешно. Потом его никто не трогал. За рубеж выезжал трижды. Дважды - курьером, с заданиями справился успешно. Ага! Парень куда как толковый! Берем на заметку. Парень. Уже мужчина. И года за сороковник перевалили. Вот что. Семья. Вольный стрелок. У каждого своя жизнь. Общий бизнес. Двое детей. Последние связи. Актриса Голубченко. Немного потасканная, не слишком эффектная... Кто еще? Клара Новикова, к актерскому миру отношения не имеет. Ничего, хороша... Проекты... Проекты... Ладно, с ней общий язык найти должен. Интересно! Последние три года замечен в отношениях с молодыми мужчинами. Молодые актеры. Ага... Значит, женщины были только для прикрытия? Или он себя только сейчас распустил? Раньше-то боялся, был человеком, знал, что если посадят, да по такой статье, мало не покажется. Верно, его ведь из-за мальчиков завербовали! Что там в досье? Нет. Вот... Характеристика при вербовке. Обстоятельства. Вот оно: Авантюрист! А что, это должно быть весьма любопытно. Человек с такими мухами в голове... Ну что же, надо бы все еще раз взвесить, да только Корчемный за него поручился. Попробуем этому поручительству поверить.