Черный рынок (СИ)

— Чёрт, Джеф, помоги! В медкапсулу её!
Похоже, перенервничала… Не ожидал, что сломается именно она. Ничего, откачают, медицина близко. И надо бы ей обновить импланты.
Скорректировал курс и осмотрел Горизонт Событий, вполглаза просматривая сводку повреждений. Тут и там на броне чернела биомасса. Местами за ней оставалась неглубокая траншея повреждений, либо образовался кратер. Броня раскалилась, все системы охлаждения крейсера сейчас были похожи на ручейки стального расплава, выбрасывая теплоту в космос.
И да, по ним тоже стреляли. В одном месте сломали модуль, и он погас. Но в целом излучатели были хорошо спрятаны.
Минус… одно вторичное ионное орудие и один лазер. Целиком снесли три из тридцати двух точек ОТО и один главный калибр. Впрочем, запасные ионки на складе так и лежат, благо удалось отбить их у корпы. Пару излучателей щитов побили. Но в целом… мы отбились малой кровью и огромным расходом припасов. Кстати… боевых дронов осталось пять штук — неплохо.
Убедившись, что Ксентари не думают лезть жариться к нам, а постреливают издалека, мы вернулись по ангарам.
— Шард, не забудь надеть шлем, — посоветовал мне Шериф. — Тепловое излучение жуть!
Прислушался к совету. В ангаре очень громко гудела вентиляция, словно в режиме продувки после задымления. Судя по датчикам… здесь сейчас около шестидесяти, хотя объективно оценить сложно. Корпуса кораблей раскалены и медленно остывают. Скаф предупредил об опасной, хоть и приемлемой среде.
— Эм… Дарья не выходит и не отзывается, — сказал Руслан. — Шард, можешь помочь?
Я безуспешно попытался вызвать рыжую, а затем на импульсах маневровых понёсся по ангару к месту, где стояли Коршун и Бомбер. Из туши последнего как будто выдрали небольшой кусок маленькие стальные челюсти, а кое-где исходил дымок…
— Кто в главном ангаре! Полейте Бомбера нейтрализатором! Его броню коррозийные ракеты плавят! Медленно, но упорно! Не всё сгорело.
— Понял! — отозвался Евгений. — Я потом начну перезарядку ракет!
Корабль открыл командой Шериф. Мы забежали внутрь… рыжая бессовестно дрыхла в кресле пилота.
— Отрубилась, едва опасность отступила. Видимо, истратила остатки сил на помощь с контролем и полёт бомбера, держась на одних волевых.
— И ведь это она привела Ксентари, — вздохнул Шериф.
— Знаю… но…
— Но… я согласен, — он махнул рукой. — Оставь её здесь, пусть дрыхнет на боевом посту. Ксентари никуда не делись. Эсминцы просто не успели до нас долететь, да и особо не стремились. Но мимо них мы всё ещё вряд ли пролетим. Встанут на перехват и будут меняться. Войдут в ближний бой. Потеряют, наверное, один корабль, но нас перебьют. Или перезарядимся и попытаемся пройти на прорыв?
Я думал, что делать на пути с тесного мостика бомбардировщика, вызвав в визоре справку.
— Пока не знаю… Мы солидно москитки перекрошили. Ксеносы должно быть не ожидали, что у нас столько ракет и что мы так хорошо сможем по ним стрелять.
— Сделай мне больно и ответь, на сколько мы, примерно, потратили ракет и торпед?
— Без учёта других боеприпасов? Около сорока пяти лямов. Думаю, больше… сам попросил, — пока Шериф стоял и матерился, я в очередной раз вспоминал одну из лекций первого курса в учебке. Капитан тогда вещал примерно следующее: «Ракеты это замечательное оружие! Можно одним залпом сбивать корабли! Щиты ненавидят ракеты! Если у вас прямые руки, ракету можно заслать прямо в корму противника, чтобы он перед смертью пожалел, что вообще связался с вами! Вопрос — зачем нам тогда пушки?»
Ему ответом было гробовое молчание перепуганных юнцов, слушающих во все уши. После драматичной паузы инструктор продолжил: «Потому что это охренительно дорого! Сбив корабль пушечным вооружением, даже учитывая его износ, износ нужного ему реактора и всей периферии, вы всё равно потратите намного меньше кредов, чем стоила одна ракета! А одной ракеты будет мало! Это даже не на полшишечки! Хочешь давать залп — посылай сразу четыре! Или шесть, а лучше восемь! Вот тогда враг обгадится! А потом обгадится ваше снабжение! Поэтому запомните на всю жизнь, если можете справиться без траты ракет — не тяните к ним руки!»
  
Что же, его лекцию я и правда запомнил. Ракеты нужны, когда от этого зависит твоя жизнь, и мы вжарили на все миллионы. А ведь ещё тонны другой расходки сожрали. Такс…
— Руслан, как там Денеб?
— Повреждены сенсорные массивы, пушку в левом борту выбили, урон системе щитов и немного охлаждению. Извини, не среагировал вовремя. Наверное лучше бы Ганс пилотировал.
— Ничего, я понимаю, делали всё что могли, а корабль мелкий. Постарайся залатать охлаждение, если сможешь.
— Само собой. Сейчас Женя поможет.
Я прошёлся в небольшой жилой отсек бомбера, на случай, если всё же придётся действовать без носителя или долго висеть в засаде. Достал оттуда питательную массу в тюбике и флягу с водой, в которую кинул растворимую витаминную таблетку со вкусом «верьте, это манго». Шериф молча пронаблюдал, как я оставил это на коленях спящей. К биометрии скафа я подключился — она просто сильно устала.
На мостик подниматься времени не было, но требовалось помочь нашим инженерам.
— Бэн, не спать. Надо заправить корабли азотом и щитовыми ячейками.
— Ну да. Нам ещё остальных добивать! Помоги подключить! Крис, может быстро посмотришь повреждения?
— Ты шутишь? — отозвалась она. — Тебя слабо повредили, но там работы не на двадцать минут! И мне надо следить, чтобы нигде не начался перегрев! Мы и так насилуем систему охлаждения! И что эти твари так пёрли на нас? Это же крейсер! Они не знали, что полягут?
— И ты не всю справку читала? — вздохнул я.
— Я была занята! И она жутко скучная! Говори уже, всезнайка.
То боялась, а теперь наезжает… родная кровь!
— Да всё просто. Ксентари никогда особо не ценили жизнь своей москитки. То ли это у них низшая каста, для которой это в порядке вещей, то ли там вообще клоны-биороботы. Даже наша разведка спустя всё это времени не может дать однозначный ответ. Реальный урон начался, когда мы стали сбивать фрегаты. Максимум — переживали за некоторые отдельные корветы. Остальные — мясо. Самой собой, они рациональны, и если могут сражаться осторожно, то так и сделают, но они боялись прилёта подкрепления к нам и решили попробовать взять с наскока. Очень повезло, что решили не выпускать до кучи свои десантные боты, сочтя, что долетит слишком мало, а на крейсере обычно полно бойцов.
Крис поняла, как мы рисковали и насколько нам подвезло.
Я помог Шерифу подключить рукав гибкого трубопровода, который извлекался из пола посадочной площадки. Гравиплатформа подняла нас к коннектору за бронепластиной корпуса. После чего один побежал делать то же на Гелиотропе, в который как раз загружали ракеты. Пока шла закачка, подозвал инженерных дроидов и приказал им забрать из специального склада около площадки заготовленные ящики снарядов для рельсовых пушек.
Запас у меня был и скоротечность боя не позволяла истратить всё, но пусть лучше будет полный. Скелетные стальные болваны двинулись за мной, таща груз. Точно такие специального контейнеры, но уже пустые, оставил в трюме дроид, которого настроили таскать боезапас к внутренним податчикам в бункеры боеприпасов турелей. Механизм извлекал снаряды из ящика и возвращал его. Главное сложить всё в нужном месте, иначе туповатый алгоритм может не справиться без надзора.
— Ксентари не стреляют… — доложил Дэймон. — Просто следят… наверняка ждут подмоги.
Я вновь подключился к камерам. В космосе то и дело что-то мигало. Приближение показало, что это взрываются обломки кораблей или торпеды со сломанным двигателем. Остатки флота ксеносов ушли далеко из зоны прицельной стрельбы и сидели в осаде.
Примерно сейчас должен сработать аварийный маяк… не факт, что его сразу засекут, но если Горизонт глушили направленным воздействием, то он далеко отсюда.
— Немного поднимите орбиту, чтобы нас так сильно не жарило. Ждём…
Деймон не мог усидеть на месте, ему требовалось действовать.