Время золота, время серебра (СИ)

Отабек резко повернулся к нему, поджал губы. Кажется, он еле удерживается от того, чтобы не ударить Криса. Хорошо ударить, с чувством, так, чтобы кровь разлетелась по сторонам из разбитого носа.
— Его все равно убьют, как только он выйдет за Периметр. Или до, но не люди, а монстры.
— Поэтому все, что нам нужно, — это дойти до Периметра, посмотреть, кто нас там ждет и решать на месте. Монстры Витю не отпустят, но Виталия — вполне.
— А потом Юри напишет рапорт обо всем, что здесь произошло. А если не напишет, то это сделаю я, — отрезал Отабек.
— Возможно. Но у парней будет фора. И это будет честно, Бек, — Крис еще пытался его уговорить.
— Правильность хороша до времени, капитан, — подал голос Жан.
— Если существует шанс, что Виталий сможет стать нормальным, даже несмотря на мутацию, если он просто сможет жить вне периметра, без монстров и постоянного помешательства, ему нужно дать шанс, — твердо отчеканил Юрий. — Шанс на выживание должен быть у всех.
— На мой взгляд, это отчасти справедливо даже для… — Кацуки едва не сказал «для твари». Но оборвал себя на полуслове. — Даже для мутировавшего.
Отабек обжег Юру взглядом, но смолчал, хотя было заметно, что ему явно есть что сказать.
— Я только надеюсь, что он захочет уйти, — едва слышно выдохнул Виктор, обмякая, опуская плечи. На Юру он смотрел с благодарностью.
— Боюсь, это тот самый случай, когда мнение твоего брата спрашивать не стоит, — Крис снова улыбался. — Ну что, мы обсуждение закончили, пожрать-то хоть можно? Джей, прелесть, твой кофе в постель все ближе, но ты все еще должен его заслужить. Как насчет того, чтобы поделиться со мной шоколадкой? Я точно знаю, что у тебя осталась заначка.
Танцор опустил пистолет и отвернулся.
Странное ощущение. Разорваться он не сможет. Не сможет остаться с Виталием. Не будет с Виктором. А капитан, похоже, с удовольствием готов его пристрелить, и с этим ничего не поделаешь. Впрочем, есть еще монстры, есть еще руководство, и скорее всего списание по профнепригодности и дальнейшее поселение на фермах. Даже не в пределах Анклавов. Что ж…
— Джакометти, за это ты должен будешь ублажать меня всю ночь! — хмыкнул Леруа, но все-таки полез в боковой карман, доставая хорошо так подточенную плитку, старательно обернутую мятой фольгой и оберточной бумагой.
Крис кивнул и принялся шуршать оберткой. И словно вот этот звук, обыденный и такой домашний, переключил какой-то тумблер. Схлынуло напряжение, зато навалилась усталость. Все-таки нормально эту ночь поспать никто так и не смог, переход был долгим и впереди еще столько же. Но об этом старались не думать. Просто перекидывались ехидными шуточками и остротами, в основном Крис с Джеем, но их мирной болтовни вполне хватало, чтобы почувствовать себя почти в безопасности. И крутящиеся в поле зрения монстры, хоть и напрягали по-прежнему, теперь вызывали еще и другие ощущения. За ними, их обычной жизнью хотелось наблюдать. До этой вылазки все, что интересовало любого солдата — это уязвимое место твари и как ее быстрее убить. Но сейчас все эти зубастые, шипастые и прочие монстры были почти… домашними? Нет, менее уродливыми они не стали, просто было что-то еще. Отношение к Вите, их настороженное, но не враждебное любопытство к чужакам и даже то, как некоторые из них выпрашивают у Вити ласку. А уж чего стоит его «детский сад»!
— Наверное, я больше никогда не смогу смотреть на них по-прежнему, — тихо произнес Отабек после почти пятиминутного ленивого наблюдения за резвящимся в пыли среди осколков молодняком.
— Я тоже. Наверное, я окончательно стал профнепригодным, — Танцор сидел в сторонке, и какая-то пузатая мелочь по-дурному скакала всего-то в метре от него. — Ты будешь прав, когда напишешь на меня рапорт, капитан.
— Тогда уж на всех, — Крис наконец закончил с шоколадом и теперь сидел, откровенно откинувшись на Джея и вытянув ноги. Возле него какая-то мелкая тварюшка нагло завалилась спать, и он смотрел на нее почти с детским любопытством, словно решал про себя, цапнет или нет, если попытаться ее погладить. — Потому что до этого мои кошмары были стандартными, но какие кошмары теперь, после этого?
 
Он кивнул в сторону еще одного совсем уж крохотного монстрика, выглядывающего из-за камня. Со своими клиновидными зубами выглядел бы он устрашающе, если бы не огромные глаза, которые сделали бы честь любому обычному «кавайному» милашке в Анклаве.
— Почему никто никогда не говорил, что их гораздо больше?
— Может, потому, что не все из них мечтают перегрызть нам глотку и не показываются? — предположил Отабек.
— Витя говорил, что они не нападают, если их не злить и если они сытые, — Виктор смотрел на свои пальцы.
— А еще некоторые боятся вас, — Витя появился бесшумно. Подхватил по дороге того самого, с большими глазами, и монстрик тут же трогательно прижался к нему, глядя действительно уж очень испугано.
— Судя по его клыкам, бояться ему нечего, — Крис поиграл бровями.
— Он очень маленький. А его клыки очень… — Витя наморщил лоб, пытаясь вспомнить слово, — хрупкие. Он ими пугает тех, кто побольше и пострашнее. И охотится на мышей.
Крис хмыкнул, но промолчал.
— Даже не знаю, что на это сказать, — усмехнулся Ронин, потянувшись, и все-таки рискнув почесать жесткие складки кожи одного из крохотных монстриков.
— Не знаю, как ты, лейтенант, а я понятия не имею, что теперь со всем этим делать. Вряд ли Фельцман разрешит мне такого милого крошку в качестве домашнего котенка в казарму приволочь, — фыркнул Леруа.
— Не позволит. Он и обычных котов не позволяет, — поджал губы Плисецкий.
— Ты пробовал, что ли? — недоверчиво посмотрел на него Жан.
— У нас крысы завелись, а он дератизацию устроил вместо кота. А я говорил, что кот — это еще и психологическая адаптация…
— Надо было сказать, что это психологическая разгрузка, может и повезло бы, — беззлобно улыбнулся Отабек.
— У многих могла проявиться аллергия на шерсть. Но мутации они менее подвержены, хотя и являются переносчиками, — прояснил Виктор и встал, глядя на Витю. — Мы можем идти?
Тот оглядел свое клыкастое «воинство» и кивнул.
— Тогда пошли, — Отабек встал следом.
И они пошли. Вытянувшись в цепочку, чтобы было удобнее пробираться через завалы и обходить воронки, которых с каждым шагом становилось все больше.
— Что здесь случилось? — Виктор не выдержал первым.
— Очень похоже на ковровую бомбардировку. На захлебнувшуюся ковровую бомбардировку, — Крис остановился на краю одной такой ямы, полной грязи и обломков. — А вот здесь прошелся кто-то очень крупный.
— Руталиск, наверное, — Виктор покосился на Витю. Развивающаяся тема ему явно не очень нравилась. Но вопреки его опасениям, Витя смущенно почесал нос.
— Я называл их Слонопотамами. Они были очень большими, как в кино, и с хоботами.
Виктор резко остановился.
— Так это ты их… придумал?
Витя пожал плечами:
— Нет. Они были раньше, но другие. Просто я думал, это будет весело, но потом мне не понравилось.
— И тогда появились бивни, — проворчал Крис, откровенно шокированный. — Дам сто против одного, что они мутировали по твоему желанию.
Отабек наградил Криса тяжелым взглядом и перевел его на Виктора. Очень выразительный взгляд, говорящий почти. Виктор в ответ только вскинулся и отвернулся.
Дальше путь прошел почти в полном молчании. «Войско» Вити отстало, остались только самые гибкие, не особенно большие и пронырливые, ибо пробираться через завалы становилось все сложнее. Хорошо это или плохо — понять было сложно. Но город внезапно закончился, когда солнце почти село за горизонт. Вдали виднелась возведенная стена Периметра.
— Дальше нам придется… решать, — нарушил в какой-то момент воцарившееся молчание Ронин. — И других вариантов у нас не будет.
— Оставаться или уходить, — поджал губы Жан. — Непростой выбор, да?
— Это не выбор, — покачал головой Танцор. — Вообще ни разу не выбор.