Время золота, время серебра (СИ)

— Почему по рации не сообщил? — возмутился Отабек и встал, убирая винтовку за спину.
— Я открыл первую дверь. А за ней еще спуск. Само хранилище на глубине где-то десяти-пятнадцати метров и там ни черта не ловит, я пытался. Зато лифты есть, — Крис поскреб щетину на щеке и зевнул. — Только воздуха там нет.
— В общем, все, как ты любишь, Юри-о! — Вошедший следом Жан бросил на пол винтовку и устало сполз по стене. — Представишь, что поднимаешься на Сьерро-Торре какую-нибудь или Анапурну и поймаешь кармический оргазм.
— Ты специально названия учил, да? — поднял на него взгляд Юрка. — Я смогу спуститься и спустить вас даже если бы лифты не работали. Но воздух — это реальная проблема. Хотя, если все-таки подкачать его вниз, все будет нормально.
— Чем? Мы просто оставили все двери открытыми, — Крис повел носом, подошел к окну, выглянул, присвистнул и отошел. — Весело тут у вас.
— Драгонлиски разбили одну солнечную батарею, — угрюмо произнес Виктор. Похоже, он до сих пор чувствовал вину за то, что не уберег.
Крис нервно передернул плечом, беспокойно прошелся по комнате и успокоился, устроившись рядом с Джеем.
— Все равно попробуем запустить все лифты. Если на какой-то один не хватит энергии… Ну, придется поднапрячься. Я посмотрел схему, из хранилища до первой площадки идет один лифт, там груз надо перегружать в другой, который доставит его уже на первый этаж. Нам надо продумать логистику, как и что делать и заодно как организовать транспортировку к вертолетам.
— Расчистить площадь, вытащить туда ящики, обвязать и сказать, чтобы помощь прислали. Команда из десяти-пятнадцати человек, пока мы на стреме, справиться с этим быстро, — предложил Отабек.
— На крышу вряд ли сядет тяжелый транспортный вертолет, да и группа поддержки будет занимать достаточно много места и будет лишним грузом. К тому же, они будут забирать и нас, так что вряд ли на транспортнике будет народу больше, чем надо. Ставлю на пулеметчика у турели, пилот, второй пилот. Ок, может, еще одного прихватят, — высказался Плисецкий.
— Я тоже так думаю, — кивнул Юри. — Рискованно высылать слишком много людей. Это привлечет к нам еще больше внимания, и, если что-то пойдет не так, это лишние потери, которых можно было бы избежать.
— Не будет никакой посадки, — Отабек покачал головой. — Это займет слишком много времени. Не будет погрузки в вертолеты, поэтому помощь мы должны попросить.
— Я бы на вашем месте с Беком по этому поводу не спорил, он у нас фанат вертолетов и всего, что с ними связано, — хмыкнул Крис, приваливаясь к Джею и закрывая глаза. — Все проще на самом деле: вертолет зависает над площадкой, скидывает трос, который мы привязываем к уже готовому грузу, вертолет поднимается и улетает вместе с ним на буксире за пределы города. Там его разгружают, и он летит за второй партией. Это быстрее, но требует сноровки, которой у нас нет. Поэтому помощь действительно могут прислать. Нам надо будет только составить ящики. Простая веревка веса серебра не выдержит, а сеток у нас нет. Так что придется делать это на месте, в момент погрузки. И опять-таки — на это нужна сноровка. Но даже если и придется все делать самим, это все равно будет быстрее, чем вручную ящики таскать до вертолета.
— Ящики, Джакс, это прошлый век. Спорю, что там все упаковано в поддоны как минимум, и погрузчики есть. Но я понимаю, о чем ты, — Танцор вернулся к окну, снова приподнял роллету и выглянул. Почти светло. Живых тварей в пределах видимости нет, а на площади — серый, даже бархатный на вид пепел.
— Решать тебе, Отабек. Но больше людей — не вариант… — упрямо покачал головой Юри.
— Маленький ты еще, Юра, чтобы со взрослыми дядями спорить. Поддоны — это только для продуктов в гипермаркетах хорошо, — хмыкнул Крис. — Да и немного там добра этого. Золота — да, целая комната, с серебром и здесь не густо, — он потемнел лицом, а потом сполз пониже, устраивая голову на коленях Джея и громко зевая. — Я подремлю немного.
— Нам тоже отдых не помешал бы, хоть чуть-чуть, — Отабек кивнул, подошел к Юре, выглядывая на улицу через его плечо. Несколько секунд напряженно всматривался, а потом еле слышно спросил, так, чтобы слышал его только Плисецкий. — Когда Виктор спрашивал Юри о линзах, тот ему соврал, что поменял их?
 
— Да… у него всего один запасной комплект остался, — выдохнул тот. — А в очках шарахаться не очень удобно. Он их носит только в Анклавах.
— Шу-шу-шу… — проворковал Джей. — Кэп, осторожно с котенком. Он может и обшипеть, и поцарапать, и даже укусить.
— Подушки обычно молчат, Джей, — огрызнулся Отабек и снова повернулся к Юре, едва-едва касаясь его плеча. — Ты неловко двигаешься. Ранен?
— Кэп меня обииидел… — протянул Леруа, но замолчал. Усталым жестом погладил спутанные волосы Криса и прикрыл глаза.
— Приложило малость… Все равно без рентгена хрен разберешь, что там, — Юрка пожал плечами, но поморщился от прострелившей тело боли и в конце концов отошел от окна, оставив роллету не закрытой. Солнечный свет пропорол темноту, освещая комнату и людей в ней.
— Рентген? Сломал что-то? — в голосе Отабека запела настоящая тревога.
— Ударился о стену. Ему бы ребра перетянуть, — «сдал» Юру Виктор и набросил куртку на заснувшего прямо на полу Криса.
— Ты тоже двигаешься странно, — Отабек проследил за его действиями. — Юри, твои линзы…
— Переживу, — Кацуки зевнул, но все-таки достал из кармана крохотную плоскую баночку, осторожно вытер руки последней влажной салфеткой из упаковки и аккуратно снял линзы, поместив их в раствор. Глаза покраснели и слезились, так что и впрямь стоило малость отдохнуть.
Отабек вздохнул и повернулся к Юре:
— В погрузке не участвуешь. Будешь прикрывать. Пойдем, если у тебя сломано ребро, перетянуть действительно надо.
— Скорости мне это точно не прибавит, — Плисецкий бросил хмурый взгляд на Виктора и отвернулся. — Хорошо, перематывай. Только, мм… не надо пугаться и потом слишком меня защищать и опекать, — отойдя к своему рюкзаку, он аккуратно присел и принялся доставать свою походную аптечку. Рулон эластичного бинта у него совершенно точно был. Обнаружив искомое, он просто протянул его капитану. Поднялся, осторожно и медленно снял разгрузку, портупею, пояс, стянул форменную куртку и только тогда стащил футболку, обнажая светлое, совершенно не загорелое тело. Лилово-синяя гематома расползлась по груди, с яркими вкраплениями на боку.
— Если хочешь, тебе поможет Виктор, — негромко произнес Отабек, глядя неожиданно тяжело, но спокойно, странно-понимающе. — А я прослежу за тем, чтобы Юри поспал.
— Все в порядке, — покачал головой Юра. — Правда. — Помедлив, он протянул капитану еще и небольшой тюбик. — Сначала это, потом… потом перетянешь.
Больше Отабек ничего спрашивать и предлагать не стал. Взяв тюбик, он выдавил немного геля на пальцы, подождал, пока чуть согреется и коснулся гематомы.
Его пальцы оказались чем-то совершенно… невероятным. Очень чуткими, осторожными, почти нежными. Понимание пришло чуть позже, когда в памяти всплыло услышанное когда-то сравнение снайпера с хирургом или минером. Разве прикосновение к синяку должны быть такими… чувственным? Как вполне ощущаемая сила может быть такой ласковой и нетяжелой? Никакой боли, правильное давление, абсолютно точное знание, где прикосновение можно усилить, а где не стоит.
— Это был сильный удар, — голос капитана сейчас был под стать его рукам. Не раздражающий, не дергающий нервы, чуть более глубокий, раскатывающийся по позвоночнику. — Что там у вас случилось?
— Твари зависли четко над панелями батарей. Они будто ждали команды. Я вышел на разведку. Для страховки связал веревкой себя и Виктора. Когда вернулся, мы обсудили план атаки. Когда мы вышли, все, естественно, пошло не так, и одна из раненных тварей сбросила меня со стены. Я успел рвануть ее ледорубом… но в общем, если бы не Виктор, меня бы сожрали, а так он вытянул меня, но я сильно ударился о стену с разгона. Как маятник, — Юрка прикрыл глаза, почти наслаждаясь прикосновениями. —Одну тварь мы завалили. Одна точно не регенерирует. Остальные ушли, что называется, на одном крыле.