Игра королей (СИ)

Я приехал в поместье Реджинальд и, упав на колени перед графом, умолял разрешить стать вторым мужем Марго.
Максимилиан долго размышлял, но решил так — лучше пусть у Марго будет официальный муж, чем любовник, в глубине души он понимал, что рано или поздно жена начнёт искать утешение на стороне. Единственным условием он назвал то, что я останусь работать в поместье де ла Росс, а Марго будет меня навещать раз в неделю. Я был счастлив и на таких условиях.
Первые месяцы мы просто общались, мне хотелось узнать жену получше, дать ей возможность полюбить меня, подготовить к нашей первой ночи. Конечно, я замечал, что порой, когда касался нежно спины, или плеча Марго, она вздрагивает и отстраняется — но списывал на неопытность.
Когда наконец я решил закрепить наш брак в постели, меня ждало полнейшее разочарование. Стоило мне попытаться коснуться жены между ног, поласкать её там пальцами, как Марго тут же зажималась и отскакивала. Я не понимал, в чём дело, ласково просил рассказать, что я делаю не так. Следов на коже Марго на тот момент не было — граф уехал к королю на приём на месяц, и истязания моей жены временно прекратились.
Марго долго отнекивалась, сжимала руки, комкала подол ночнушки и говорила, что ей стыдно, пока я практически силком не влил в неё огромный стакан крепкого спиртного. Только тогда жена, наконец, немного расслабилась и рассказала все подробности игрищ Максимилиана. После рассказа она горько разрыдалась и спросила, глядя несчастными глазами:
— Ты, наверное, теперь жалеешь, что взял меня в жёны? И тебе противно меня касаться? — она опустила глаза и сжалась в комочек.
Я был в ужасе, хотел убить графа за это, но понимал, что тогда меня казнят, а Марго, как сообщницу, упекут в тюрьму на долгие годы. Поэтому стиснул зубы и решил, что буду всеми силами пытаться доставить жене удовольствие.
— Что ты, милая, я люблю тебя, и то, что делает с тобой граф — омерзительно. Но в этом виноват он, а не ты, я никогда не причиню тебе такой боли, буду нежен, и сделаю только то, что ты разрешишь, — ласково сказал жене, целуя её залитое слезами лицо.
Поначалу у нас не получалось вообще ничего, жена испуганно сжималась в комок от каждого прикосновения и дрожала. Пока я не предложил связать мне руки, чтобы она чувствовала себя в безопасности. После этого дело пошло. Поначалу робкие поглаживания кончиками пальцев лица, скул, шеи, груди, пресса, ног… Потом более смелые поглаживания, легкие поцелуи, как касания крыльев бабочки…
Вскоре у нас всё получилось, Марго сама всё сделала, я так и оставался лежать связанным. После нескольких удачных попыток я предложил попробовать, наконец, участвовать мне с развязанными руками, но Марго в ужасе замотала головой и отказалась. Она сказала, что может возбудиться только когда чувствует контроль, стоит мне активно пошевелиться — и на неё находит ступор, а возбуждение улетучивается.
Я смирился — как есть, так есть, и долгое время всё было без изменений. Но в какой-то момент всё покатилось по наклонной. Марго, как и граф, почувствовав власть надо мной, начала потихоньку и сама проявлять жестокость. То куснёт чуть сильнее, то шлёпнет. Через какое-то время она попросила, чтобы я закрыл глаза, и тогда впервые применила плётку.
Я слушала, затаив дыхание. Никогда не понимала, почему некоторые мужья и жёны увлекаются БДСМ, а теперь впервые увидела причины.
Бальдор во время рассказа опустил голову, чёлка упала ему на глаза и скрыла взгляд. Он сжимал и разжимал кулаки, было видно, как непросто ему вспоминать все перипетии брака с любимой женщиной. Я поразилась — как же сильно он её любил! Ведь мог плюнуть на всё, бросить жену, перестать терпеть издевательства в постели и просто уехать. Нет, оставался с ней до конца, продолжая заботиться и любить. Жаль, я такую любовь со своими тремя мужьями не познала.
— Ноа, а как ты стал мужем Марго? — повернулась я к брюнету.
— Не твоё дело. Я не собираюсь изливать тебе душу, как Бальдор, — по-хамски отбрил Ноа.
Вот редиска ж.
 
— А рабство можно отменить? — перевела я тему.
— Станешь королевой двух стран, и отменяй, — хмыкнул Ноа.
— Отличный план, — подмигнула я. — Два королевства — это не шесть, значит, не весь мир потонул в дерьме.
От моих слов Ноа дёрнулся, его зрачок изменился и стал полностью чёрным, ноздри раздулись. Интересно, что его разозлило? И кто он? Судя по всему, точно не человек. Так, что там Боги говорили? Шесть королей, шесть рас… Вот ведь гады, а что за расы — не сказали.
— Кто ты? — спросила я брюнета, — какой расы?
— Дэйв, — ответил мне Ноа.
— Не поняла, это что за диво диковинное?
Брюнет встал из-за стола, снял свою рубашку. Замерцала серая дымка, и мой злюка-муж превратился… в Халка, только не позеленел, и вдобавок рога отрастил. Получился этакий великан, только с рогами. Я впечатлилась.
Повернулась к блондину и стрельнула глазками, мол, показывай. Бальдор понял без слов, приподнялся, покрылся такой же серой дымкой. Когда она схлынула — я сначала не увидела изменений, Бальдр как стоял, так и остался стоять. Удивлённо похлопала ресницами, и блондин опустил взгляд вниз. Я приподнялась из-за стола и теперь увидела — ниже пояса у Бальдора вместо ног появился длинный толстый перламутровый хвост, который тихонько подполз ко мне и игриво обвил щиколотки.
— Наг, — восхитилась я. Он кивнул, снова покрылся дымкой и сел.
— Кто ещё есть в вашем мире? — во мне загорелся азарт.
— Драконы, эльфы, демоны, оборотни, вампиры, дроу, фэйри… — начал перечислять Бальдор.
— А короли, кто они? — перебила я.
— У светлых королей правители — эльф, оборотень и дракон. У тёмных королей — демон, фэйри и дроу. Зачем тебе короли? — прищурился Ноа.
— Тебе какая разница, может замуж хочу за короля, — ляпнула я. А эти двое рассмеялись.
— Без Истинности будешь подстилкой королевской, — зло выплюнул брюнет.
— Что ещё за Истинность? — обратилась я к Бальдору, буду брюнета игнорировать. Бесит.
— Абсолютная любовь, другая половина нашей сущности, с которой внутренний мир станет целостным и полным. Закон притяжения истинных пар является таким могущественным, что бороться с ним невозможно, и из-за этого и начались многие войны нашего мира.
Принц влюбляется в нищую Дроу и отказывается от трона ради любви. Оборотень кидает к ногам эльфийки сердце, отказываясь от стаи и переезжая в королевство светлых; воин готов умереть за дочь врага. Но практически невозможно найти своего Избранного среди миллионов существ. Большинство союзов заключается не между истинными партнёрами. Истинные пары очень редки, — ответил мне блондин и грустно улыбнулся.
— Марго была твоей истинной, — выдохнула я от пронзившей меня догадки. Бальдор кивнул. Я в шоке смотрела на моего Ди Каприо — теперь понятно, почему он не бросил Марго, невзирая на все истязания и ненормальный секс. Этот няшка и на Титанике свою Марго оставил бы на плоту, замёрзнув сам в ледяных водах океана.
— Но разве это не двойная связь, то есть она же должна была тебя любить всем сердцем.
— Она человек, с людьми не всё так просто, они чувствуют притяжение, но у них нет второй сущности. После смерти графа Марго что-то сделала, обратилась к кому-то — мы перестали чувствовать нашу связь, — ответил Бальдор, а мне стало грустно. Вот так влюбишься в нормальную девушку, а она садисткой окажется в итоге, и мучайся потом, в темнице сиди. И даже её тяжелая жизнь с графом не является оправданием садизма.
Ноа напомнил про сбор рабов в холле, пришлось встать и последовать за мужчинами. Мы вышли в холл: 23 раба стояли по стойке смирно, опустив голову. Я посмотрела на блондина, — мол, ты собрал, ты и начинай.
— Госпожа даёт всем вольную, — твёрдым и громким голосом оповестил всех Бальдор, — Соберите вещи, через час Ноа выдаст вам подъёмные. Кто хочет, может остаться работать в замке наёмным рабочим с магической клятвой.
Рабы подняли головы и в шоке уставились на меня, я кивнула. Всё правильно, лишних ушей нам не надо. Умный мне муж достался, и очень добрый для тёмного.