Аристократы улиц 2 (СИ)

Хотя вот смоленский князь недавно передавал привет. Да и Блэкспиры, возможно, не просто так послали члена своего рода в Дальнегранск.
И вообще, Влад прав — сидя в Сибири, откуда мне знать, какие слухи обо мне вращаются в высших кругах?
— Подумай ещё раз, Эспер, — сказал Владислав. — Ты изгнанник, но в то же время вырос княжичем. Надо полагать, что у тебя есть навыки, которые способны привести тебя к богатству и власти.
— Поэтому есть те, кто хотят не дать мне вырасти?
— Именно. Потому что, знаешь, есть один популярный слух, — Влад даже коротко рассмеялся. — Будто я специально изгнал тебя, чтобы ты создал отдельный сильный род.
— Интересно, — проговорил я, водя пальцем по краю стакана. — И насколько это похоже на правду?
Князь посерьёзнел, сделал глоток своего коктейля и предпочёл не отвечать на мой вопрос. Вместо этого он сказал:
— Теперь пора вернуться к нашему разговору. Ты ведь слышал о нашем деде? О своём тёзке? — неожиданно спросил он.
— Конечно. Я даже видел его статую в Дальнегранске. Пока не попал туда, не подозревал, что он был основателем города.
— Но ты наверняка не знаешь, как и почему он его основал. И почему в семейных хрониках о нём нет почти никакой информации.
— И почему же?
— Да потому что именно он заварил ту кашу, которую нам приходится теперь расхлёбывать, — поморщился Влад. — Что ты вообще о нём знаешь?
— Немногое, — ответил я. — В хрониках написаны лишь общие слова. Дата рождения, дата смерти, какие дела он совершил во имя рода. Отец рассказывал чуть больше.
— Что? — продолжал допытываться Владислав.
— Тоже немного. Мол, дедушка был сложной личностью и вроде бы даже поднял мятеж против императора. Но по какой-то причине был помилован. Папа явно не хотел рассказывать, — вспомнил я. — Он просто оговорился, а когда я попытался выведать больше, отказался продолжать. Велел забыть мне о том, что я слышал, и не сметь упоминать дедушку, тем более при посторонних.
— Отец правильно сделал. Эта информация слишком опасна.
— Но теперь ты всё-таки собираешься мне её поведать? — уточнил я.
— Мне придётся, чтобы ты перестал творить глупости! — рыкнул Влад. — В общем, слушай. Наш дед был знатным ловеласом. Кроме жены, у него было три фаворитки, и при нём род Тарковских содержал публичный дом. Где наш обожаемый дедушка был одним из главных клиентов.
— Какой кошмар, — сказал я.
— Кошмар? Пожалуй, ему как раз было весело. Настоящий кошмар предстоит нам с тобой. Потому что в своё время дед умудрился переспать с рязанской княгиней. И она забеременела.
Я открыл было рот, чтобы что-то сказать, но не смог. Кажется, теперь кусочки мозаики стали вставать на место.
Вот в чём кроется причина вражды между Москвой и Рязанью! В любвеобильности нашего деда, которого звали так же, как и меня — Эспер Тарковский.
— И родила? — спросил я.
— Угу, — промычал Влад, делая глоток. — Что самое интересное, это был единственный мальчик в роду тогдашнего князя. У них с женой было три дочери, а потом родился сын, которого назвали Никитой.
— Погоди-ка… Разве теперешнего князя Рязани не зовут так же?
— Это он и есть.
— Рязанский князь — наш дядя⁈
У меня чуть стакан не выпал из рук. Картинка продолжала складываться, и она становилась всё более угрожающей.
— Именно, — кивнул Влад. — Но вернёмся немного в прошлое. Когда отец Никиты узнал, что сын не его, он вызвал деда на дуэль и проиграл. Дедушка убил его, а после этого повёл войска на Рязань. Он надеялся, что сможет объединить два княжества и стать сильнейшим дворянином России после императора.
— Дай угадаю, — пробормотал я. — Император ему не позволил.
— Само собой. Вмешался он, вмешался Чёрный орёл, да и другие князья в стороне не остались. Смоленск и Ярославль поддержали деда, непонятно почему. В общем, страна оказалась на пороге гражданской войны.
— Почему об этом никто не говорит? — удивился я.
— Во-первых, это было почти восемьдесят лет назад. Ещё наш отец был ребёнком. Во-вторых, слушай дальше.
Влад залпом допил коктейль и поставил стакан на стол. Вздохнув, продолжил:
 
— Не буду вдаваться в детали. Суть в том, что деда вынудили прекратить войну, и взамен даже не стали казнить. Хотя могли бы.
— За что? Насколько я понимаю, война была законной.
— В целом да. Но армия Тарковских успела сразиться с имперскими полками, поэтому войну стали считать мятежом против короны. Так что повод обезглавить нашего деда был.
— Но он сумел договориться, — сказал я.
— Сумел. Насколько я знаю, главным условием было сохранить происхождение Никиты Молотова в тайне. Ведь причина войны была заявлена другая. Тот Эспер Тарковский поступил мудро, не став с ходу объявлять, что заделал ребёнка чужой жене.
— И что в итоге?
— А что в итоге? Деда лишили титула и сослали в Сибирь. Позволили ему взять с собой верных людей. Он отыскал в глуши жилу с драгоценными камнями и основал город под названием Дальнегранск.
— То есть наш отец стал князем в десять лет? Ладно, подожди, не это главное, — тут же сказал я. — Что потом случилось с дедом?
— Так и жил в Дальнегранске до конца дней, — Влад внимательно посмотрел на меня. — В деревянном доме на окраине города.
— Чёрт возьми! — выругался я. — Так, выходит, я живу в его доме?
— Да.
— С ума сойти, — выдохнул я. — Но почему тогда в Дальнегранске никто об этом не знает? И Добраныч — почему он не смог почувствовать в доме ауру рода? А банник? За домом была баня, и живущий там дух сказал, что прошлый хозяин не владел магией!
— Объяснение простое, — пожал плечами Владислав. — Ему нацепили кулон, лишающий магических сил. Видимо, это тоже было условием сделки с короной.
Как же интересно получается. Я не просто живу в доме собственного деда и основателя города. Меня так же зовут, и меня тоже изгнали, пусть и совсем по другому поводу. Наши судьбы довольно схожи.
Но самое любопытное — получается, что берегини, которых мы нашли с Яромиром, стали своеобразным наследством от деда…
«С ума сойти», — мысленно повторил я.
— Осознал? — спросил Влад. — Погоди, это ещё не самое интересное.
— Куда уж интереснее, — буркнул я.
— Есть куда.
— А ты знал, куда меня отправляешь? — вдруг воскликнул я. — Знал, что я буду жить в доме Эспера-старшего?
Владислав кивнул и встал, снова направляясь к бару.
— Почему ты ничего мне сказал⁈ — крикнул я ему вслед.
— А зачем? Что бы от этого изменилось? — бросил князь через плечо. — Вот сейчас ты узнал, и что?
Я не нашёлся что ответить. Действительно, и что? Кроме осознания того, что я живу в доме деда, который едва не развязал гражданскую войну, это ничего не принесло.
С другой стороны, это знание как-то можно было использовать. Например, поговорить со старожилами Дальнегранска — кто-то из них мог помнить дедушку. Попытаться найти… что-нибудь.
Я был уверен, что такой человек оставил после себя куда больше, чем статую и карту в подвале.
Если он сумел отыскать рощу берегинь, то, быть может, оставил и другое наследие. Судя по всему, он был человеком активным и не стал бы сдаваться, даже изгнанный, лишённый титула и магической силы.
Совсем как я.
Говорить вслух я ничего не стал, но пообещал себя начать копать. Мой тёзка-дед наверняка приберёг ещё парочку сюрпризов…
Владислав, смешав себе новый коктейль, вернулся к столу. На этот раз не обделил и меня — принёс новую бутылку томатного сока. Я благодарно кивнул и наполнил стакан.
— Предысторию теперь ты знаешь, — сказал Влад. — Настала пора настоящего. Так получилось, — он кашлянул, — что в прошлом году Никита Молотов узнал о своём происхождении. И в нём, похоже, взыграла дедовская кровь. То есть, для него это отцовская кровь. Ты понял.
— Понял, но не всё. Он решил завоевать Москву?
— Да. Только действовать решил не в лоб, а исподтишка.
— Хочешь сказать…
— Отец умер не своей смертью. В этом я уверен. Правда, я не знаю точно, что с ним сделали. Это был или хитрый яд, или ещё более хитрая порча. Возможно, целителя, который подтвердил смерть от сердечного приступа, подкупили.