(Не) моя Кукла (СИ)

— Тут, конечно, — отозвалась Настя. — Иринке ж выходить нельзя.
— Ну… — смутившись, пожала плечами Ира. — Можно же и без меня.
— Ты что? — три пары удивленных и даже возмущенных глаз моментально оторвались от игры и поднялись на Ирину. — Как это без тебя? Мы все в одной упряжке.
— Иначе не вытянем, — проговорила Катя.
— Так ребята говорят, — добавила Тайка.
Ира растерялась, а три женщины вокруг нее тепло улыбнулись.
  
Глава 27
 
Первого они спали — по двое на диванах. К вечеру снова собрали стол. Теплый салат был единственным, который кончился, и Тайка решила сбегать в магаз, чтобы приготовить его по всем правилам: с говядиной, спаржей и вообще. Настя пошла с ней. Катя заказала белый совиньон, но был риск, что Тайке не продадут спиртное — паспорта с собой у нее не было, а выглядела она едва на шестнадцать. Сама Катя считала непорядочным разгуливать по супермаркету в вечернем платье. Если б еще накраситься правильно да волосы уложить… А так — совсем моветон.
— Ну рассказывай, — Катя откинулась в кресле. — Как оно?
— Что «оно»? — Ирина удивленно вскинула брови.
Катя молча ее рассматривала. В конце концов улыбнулась.
— Нет, теперь я понимаю, — отвела удовлетворенный взгляд.
— В смысле? — Иру и злил, и смешил этот разговор.
— За что он зацепился, понимаю, — Катя посмотрела на Иру, прищурившись. — Не обижайся, но Андрей не из тех, кого можно взять большими сиськами. Мне прямо интересно было тебя увидеть.
— И за что он зацепился? — Ира подперла подбородок рукой, показывая, что вся внимание.
— За характер, конечно! Вы с ним… — она помедлила, — из одного теста! Вот!
— Да ладно! — Ира рассмеялась.
— Да правда. С тобой говоришь, а будто его слышишь. Вы реально на одной волне.
Ира покраснела и пожала плечами.
— А ты давно его знаешь?
— Андрея? Как он с Игорем поселился. Чуть больше года, — она потянулась к сырной нарезке, томно сжала губами чуть потекший ломтик бри. — Мой Марк с Игорем дружит. Давно, чуть не со школы. А мы, значит, встречаться стали, когда Марк из Европы вернулся. Его Игорь сюда позвал.
— Как это? А что он в Европе делал? — у Иры было слишком много вопросов.
— Он актер! В порнушке снимался! — Катя не то, чтобы гордилась, но совершенно точно не стеснялась. — Если хочешь, могу подогнать посмотреть.
— Нет! — почти крикнула Ира.
— А зря! — Катя расхохоталась. — Он фактурный, шикарный типаж, — вот тут уже была гордость. — Но в порно большие бабки делают в основном девочки. Мальчики — расходный материал. И эти вечные проблемы удержать стояк, пока все дубли отснимут, — Катя утомленно взмахнула рукой. — В итоге они с Игоряном списались, посчитали, что в их конторе ебли меньше, а денег больше. Ну и, собственно… — дальше все было самим собой разумеющимся, по мнению Кати, по крайней мере. — А потом и мы с ним познакомились, — она подняла взгляд в потолок, считая: — Уже почти два года… Да! В апреле будет два года, как мы вместе.
Ира молчала. История поражала и вызывала массу вопросов. Самый главный из которых был: как при такой профессии еще и пару заводить? Но разве Андрей делал не то же самое? А Настин Игорь? Она провела ладонью по лицу:
— Черт, ты прости меня, я сама в этой же лодке, но все равно не понимаю, — округлила глаза, растопырила пальцы. — Как?!
Катя засмеялась:
— Да все просто. Там работа, а тут жизнь, — посмотрела в экран включенного телевизора. — Мы же каждую ночь спектакль играем. Как вот они, — указала красивым пальчиком на ведущих. — Тут улыбнуться, тут томный взгляд, тут нежное прикосновение. Или не нежное, — сменила тон на обыденный, — кто что заказывает. А дома мы живем. Дома ты можешь сказать: «Черт, у меня башка раскалывается, давай просто спать!» или «Я устала. Сегодня ты сверху!» Дома можно устроиться у своего мужчины под мышкой и просто смотреть сериальчик. Или встать, чтобы ему завтрак приготовить, а он смотрит на тебя, будто ты ему луну с неба достала. Дома, — Катя нежно улыбнулась, — эмоции.
 
— Как вы их сохраняете? В этом во всем.
— Мы их бережем, — она пристально посмотрела на Иру, — только для любимых.
Та опустила взгляд. Вот так, значит. Для любимых. Подумала об Андрее. О том, что для него значат их отношения. А что для нее?
Разговор стал слишком серьезным. Слишком важным. Его совсем не хотелось продолжать. И девчонки из магазина пришли очень вовремя. Шумели, хохотали:
— Не, вы прикиньте, они и мне не хотели продавать, — Настя возмущалась с улыбкой. — Я им паспорт показываю, а они мне: «Девушки, вы слишком молоды, чтобы столько пить!»
— Мы берем две бутылки белого сухого, — вытаращив глаза, недоумевала Тайка, — а нам — «столько пить»!
Ира засмеялась, Катя подхватила сумки, утащила их на кухню, а Настя пробежала в зал, включила музыкальный канал:
— Девчонки, я снова хочу танцевать!
— Легко! — отозвалась Ира.
— Надо выпить, — пришла с открытой бутылкой Катя.
— «Столько»! — все еще возмущалась Тая. — Чтоб им в магазе завидно было!
— У меня даже тост есть! — Настя принесла бокалы, разлили вино. — Выпьем за то, что нас объединяет, — она хитро улыбнулась. — За наших дорогих мужчин!
— Да ладно, — нахмурилась Катя. — Не такие уж они и дорогие.
Подруги не поняли, на секунду замолчали, замерли, а потом вдруг Настя покраснела, а Тайка расхохоталась. Ира тоже посмеялась.
Настя, залившись краской до корней волос, возмущалась:
— Катя, я же не об этом!
— Блин, — Катя растерялась, — прости! Я сама стою и думаю, с хрена ли они дорогие?! Обычный средний ценник… Если только вот Леха с Серым…
Снова грянул смех. Женщины пили вино, обнимались, пытались танцевать. Определенно, встреча Нового года удалась!
  
Глава 28
 
Андрюха вышел из микроавтобуса, доставившего его в город, и уже спускался в метро, когда получил сообщение от Моти. «Зайди». Ну ок. Сейчас домой метнусь, хоть Ирку обниму да душ приму, и зайду. Будто подслушав его мысли, мессенджер снова пискнул. «Срочно».
Вздохнул, рыкнул, но деваться было некуда. Пропустил свой состав и сел в другом направлении. Начальство, мать его так.
Кажется, Мотя Новый год не праздновал. Ну или не по общепринятому календарю. В его подвальчике ни одного украшения, ни намека на елку, да и сам шеф выглядел буднично. Если это применимо к его вечным расписным жилеткам и шелковым рубахам.
— С Новым годом! — старый еврей расплылся в совершенно безобразной, но отчего-то теплой и приятной улыбке. — Хорошо поработали! За тебя полную ставку чаевыми дали! — сокрушенно покачал головой. — Таки любят тебя дамочки!
Андрей кивнул, но промолчал. Мотя его сюда позвал не для поздравлений.
Хозяин медлил. Смотрел на Андрея исподлобья, перекладывал какие-то ручки и карандаши на столе. Андрей молчал.
Старый еврей не выдержал первым.
— У Моти для тебя две новости, — проскрипел хозяин. — Сам решай, какая из них хорошая, какая плохая. — Мотя пожевал губами, кашлянул. — Никита. Вы с ним работали вместе на этом заказе. У него некрасивые анализы. Твои пока чистые, но через три дня пересдать. Сам понимаешь!
У Андрея внутри все оборвалось:
— Что высеялось?
— Смешная птичка гонорейка, — совершенно беззаботным тоном ответил еврей. Но в глаза не смотрел.
Ладно. Не трагедия. Главное вовремя выявить и начать лечиться. Но как сказать об этом Ире?
— Если шо, конечно, контора оплатит лечение. Все в лучшем виде, — Мотя приподнял открытую ладонь. Испытывающе посмотрел на Андрея. — А ты таки пока в простое. В оплачиваемом.
Мотя был одним из немногих хозяев, компенсирующих работникам простой. Его логика была проста: не будут скрывать, не будут спешить на заработок. Лучше вылечатся. Платил, конечно, минималку, но те, кто подхватывал в чужих койках всякую дрянь, и этому были рады. Особенно девочки.
Андрей напрягся, всеми силами стараясь не выдать, что у него сейчас бушевало внутри. Никитос, конечно, не виноват. Но так хотелось сейчас набить ему морду. И Моте. Вдохнул, выдохнул.