Дитя любви
- Да, это было бы очень хорошо, - согласилась Харриет. - Как это мило с вашей стороны! Но после пьесы человек всегда должен ужинать в хорошей компании: одно из главных удовольствий театра - это потом обсудить пьесу! Вы согласны?
- Всем сердцем! - ответил Бомонт Гранвиль. - Мы поужинаем у меня, или вы предпочтете другое место?
- К сожалению, думаю, нам придется отклонить это любезное предложение! сказала я.
Они разом посмотрели на меня. Он выглядел искренне огорченным, хотя я видела, что он от всей души забавляется происходящим.
- Это мой первый выезд, - настаивала я, - и я в самом деле чувствую...
Это звучало ужасно эгоистично: я мешала их празднику только потому, что мне захотелось поехать домой! Грегори, как всегда милый и обходительный, сказал:
- Присцилла, если хочешь, я могу отвезти тебя! Они снова посмотрели на меня, а я подумала:
"Нет, если они собираются провести вечер с ним, я останусь, чтобы посмотреть, что будет дальше". Я чувствовала, что ситуация становится все более опасной.
- Мы развеселим вас, - просительным тоном сказал Бомонт Гранвиль. - У меня есть изумительное вино из мальвазии, которое вы непременно должны попробовать! Прошу вас, поедем! Мы будем скучать без вас!
- Но ты же не можешь отказаться, когда тебя приглашают столь настойчиво? сказала Харриет.
- Присцилла, поедем! - умоляюще воскликнула Карлотта.
- Итак, - вставил Бомонт Гранвиль, - мне кажется, леди начала сомневаться?
- Как это мило, что вы все так беспокоитесь, поеду я или нет!
- Тогда решено! - сказал Бомонт Гранвиль. Он присел на один из стульев и начал обсуждать пьесу.
Когда перерыв закончился, он вернулся в свою ложу, но я все время ощущала, как он наблюдает за нами. Какой-то адский замысел созрел в его голове.
Он вывел нас из театра и проводил через толпу народа к нашей карете. Свою он отослал домой и спросил, не разрешим ли мы ему присоединиться к нам. Я заметила, что люди почтительно расступаются перед ним, некоторые здороваются. Его явно знали многие, а многие боялись. В нем была какая-то важность, которая, как я поняла, еще больше усилила восхищение Карлотты. Я начала понимать, что Карлотта искренне увлекается им, а это ему очень нравится.
Его дом оказался рядом с нашим.
- Видите, мы, оказывается, близкие соседи! - сказал он. - Дом в городе просто необходим. У меня есть фамильный замок в Дорсете, но должен вам признаться, что больше времени я провожу в Лондоне, чем в деревне.
- Я никогда не была в Дорсете! - сказала Карлотта.
- Надеюсь, когда-нибудь мы это исправим, - ответил он.
Дом был обставлен в той манере, которую можно было ожидать от человека со столь элегантным вкусом, и он явно гордился своим жилищем.
Ужин для всех был уже готов, что лишь доказывало, как он был уверен в том, что мы примем его приглашение. Слуги в почтительном молчании обслуживали нас. Разумеется, мальвазия оказалась великолепной, как и остальная еда, и я заметила, что он от души наслаждается ролью хозяина. Он со знанием дела рассуждал о пьесе и об актерах, а вскоре он и Харриет возбужденно начали обсуждать театральные дела.
Карлотта слушала, не сводя с него глаз. То и дело он посматривал на нее и нежно улыбался. Я не могла в это поверить: она принимала его за героя, как это часто бывает, когда молоденькие девушки увлекаются мужчинами, которые значительно старше их! Об этом я даже не подумала. Он же на двадцать лет старше ее! Мои мысли метались, как в лихорадке. Это была какая-то галлюцинация!
- У вас здесь очень хороший дом, - сказала я. - А ваша жена сейчас в деревне?
Он повернулся и подарил мне одну из своих фальшивых улыбок.
- У меня нет жены! Да, я никогда не был женат: я был слишком большим романтиком в юности!
- Неужели? А я считала, что романтические идеалы всегда приводят к свадьбам!
- Я всегда искал именно идеальную женщину, ничто другое меня не устраивало!
- Тогда не удивительно, что ваши поиски не увенчались успехом, - заметила Харриет.
- Но меня не волнует, что молодость уже прошла, - сказал он и посмотрел на Карлотту. - Я считаю, что меня охранял добрый ангел! Знаете ли, я верю, что если вы чего-то хотите и поставили себе цель непременно добиться этого, через какое-то время ваше желание сбудется! Я еще не стар, я чувствую себя моложе и энергичнее, чем в ранней юности. Нет, леди, я не отчаиваюсь!
- Вы много путешествовали? - спросила я.
- Да, повидал я немало, но теперь хочется осесть здесь, в Англии, и разделить свою жизнь между Лондоном и Дорсетом. Деревня порой очень нужна: там вы понимаете, насколько сложна городская жизнь!
- О, я полностью с вами согласна! - сказала Карлотта. - Если бы только мы почаще приезжали в Лондон!
- Может, так и будет теперь, когда вы стали такой модницей! Она рассмеялась:
- О, вы действительно меня такой считаете?!
- В самом лучшем смысле этого слова! Я осуждаю тех людей, которые слепо следуют моде, тем более если она глупа или не идет им. - Он в восхищении вновь посмотрел на Карлотту. - Вы слишком молоды, чтобы помнить ту ужасную прическу, которую носили женщины во времена Карла! Никогда не понимал, как они могли выносить эти бесчисленные ряды кудряшек! Они называли их "сердцеедками". По крайней мере, думаю, они именно это обозначали, но не так уж сильно они затрагивали сердца мужчин. Мне нравится, когда леди придерживается своего собственного стиля, как вы, например, и не становится рабыней моды, которая так мимолетна!
- Та женщина, которую мы видели в Малбери-гарден.., вы помните? улыбнулась ему Карлотта. - Она действительно выглядела очень глупо!
- На ней было столько мушек, что она была похожа на звездное небо! ответил он.
В Малбери-гарден! Карлотта выдала себя: в те дни, когда я была прикована к своей комнате, они встречались!
Я не знаю, как я смогла выдержать тот вечер. Я пыталась прятать свои страхи, старалась быть такой же веселой, как они, но все время гадала, сколько они виделись друг с другом и как далеко зашло это знакомство? Если бы мы не приезжали в Лондон!
Домой мы вернулись уже поздно. Он усадил нас в карету и с бесподобной грацией и очарованием поцеловал наши руки. Пока мы ехали к своему дому, мои мысли пребывали в полном смятении.