Дитя любви

Несколько секунд я стояла, не зная, что делать, но потом взглянула на лицо матери. По крайней мере, я не должна упускать эту возможность, но все мои чувства призывали не верить этому человеку. Я не знала, как поступить. В Эверсли легко было говорить: "Предложите взятку. Говорят, Джеффриз богатеет на этих кровавых делах". Но как предложить? И я поняла, что встречусь с Бомонтом Гранвилем! Я должна была, другого выхода не было! Я спустилась в зал. 
Когда я вошла, Гранвиль повернулся. Как мне показалось, по его губам скользнула победная ухмылка. Он поднялся и низко поклонился. 
- Итак, - сказал он, - мы снова встретились? 
- У вас есть что сказать мне? 
- Разумеется! Не присядете? Я уже сказал хозяину, чтобы нас не тревожили. 
Я опустилась на один из стульев, нас разделял стол. Я посмотрела на него: Бо Гранвиль - это имя подходило ему. Он обладал такими взглядами на жизнь, из которых вывел, что весь мир принадлежит только ему. Я думаю, он очень гордился своей внешностью. От его одежды повеяло запахом, который я тут же узнала: смесь мускуса и сандалового дерева. Никогда я не любила этот запах! 
- Я знаю, зачем вы приехали: ваш отец здесь в тюрьме! Суд состоится через два дня! 
- Через два дня, - медленно повторила я. Он улыбнулся. У него были идеально ровные зубы, которые он явно любил показывать окружающим. 
- Таким образом, у нас осталось мало времени! - сказал он. 
- Да, - тихо ответила я. 
- Знаете, я мог бы помочь вам! 
- Но как? 
Он пожал плечами. 
- Мой замок располагается на окраине этого города. Я хорошо знаком с судьей: мы часто развлекались вместе. Думаю, моя просьба для него что-нибудь да значит! 
- Мы заплатим! - страстно воскликнула я. Он прижал палец к губам. 
- Не говорите так больше, - сказал он, - Это опасно! 
- Я знаю, что это делается, я слышала... 
- Моя милая юная леди, вы весьма опрометчивы! Раз такое существует, естественно, это делается, но вот говорить об этом считается преступлением! 
- Пожалуйста, не смейтесь надо мной! Это очень важно для меня, для нас... 
- Конечно. - В его голосе послышались участливые нотки. - Ваш отец умрет ужасной смертью: он как раз из тех людей, которых так ненавидит мой Друг. 
- Пожалуйста, мы сделаем все, что угодно! 
- Неужели? 
- Мы отдадим вам все, - повторила я. 
- Это будет зависеть только от вас! 
- Что? - слабо переспросила я, но, конечно, уже все поняла. Я видела его глаза, похотливо оценивающие меня. 
- Я восхищаюсь вами с того момента, как впервые увидел! - сказал он. - Как жаль, что мы так и не смогли познакомиться поближе еще в Венеции! Я просто мечтаю о том, чтобы исправить эту несправедливость! 
- Скажите прямо, что вы имеете в виду? 
- Я думал, что это и так ясно? Я поднялась. 
- Не торопитесь! - предупредил он. - Вы будете жалеть об этом всю жизнь. Вспомните об отце, подумайте о матери! 
Я закрыла глаза. Я думала: я должна спасти его, я должна спасти их обоих, и этот человек знает об этом. О, Ли, где ты? 
- Подумайте хорошенько, - сказал он. - Присядьте и послушайте. 
Я села. Я чувствовала, как эти жестокие золотые глаза с длинными, почти женскими ресницами и тонкими бровями гипнотизируют меня. 
- Вам удалось сбежать от меня в Венеции, - продолжал он. - Это животное отобрало вас у меня! Если б вы поехали со мной, вы бы испытали такое неземное блаженство, что остались со мной навсегда! С тех пор я только и думаю о вас, а увидев сегодня, вспомнил, что ваш отец здесь и я могу спасти его! Я могу осыпать людей многими милостями, моя семья очень влиятельна. Я действительно спасу вашего отца, обещаю, но мне требуется вознаграждение! 
- А вашей наградой... 
- Станете вы! - Он наклонился вперед и снова заговорил: 
- Я пришлю за вами карету на закате, вас привезут ко мне домой, и вы останетесь со мной до восхода солнца! Все это время вы будете моей возлюбленной, рабыней, вы целиком и полностью будете принадлежать мне, ни в чем не отказывая, думая лишь об одном - чтобы услужить мне! 
 
- Вы достойны презрения! Как вы сами только что сказали, вы способны спасти человеку жизнь и просите за это плату?! 
- Вы - девушка, которая слишком горда, чтобы снизойти до благотворительности, но вы же не откажетесь оплатить свои долги, не правда ли? 
- Я ненавижу вас! 
- Очень может быть, но вам надо расплатиться со мной! 
- Это невозможно! - сказала я. 
Гранвиль пожал плечами. 
- Значит вы хотите, чтобы ваш отец умер? Я жалобно посмотрела на него. 
- Неужели нет другого выхода?.. Мы могли бы заплатить! 
- Мне нужны деньги, мне всегда нужны деньги! Говорят, что я весьма расточителен в своих привычках, но на этот раз существует нечто другое, что более желанно мне, и боюсь, что цена за эту услугу торгу не подлежит! 
- Но как вы сделаете это? Я имею в виду, как вы освободите моего отца - Он придет в эту гостиницу на следующий же день! 
- Но могу ли я быть уверена в этом? 
- Это риск! - ответил он. 
- Я найду какой-нибудь другой способ! 
- Вы намереваетесь отыскать судью и сказать: 
"Милый сэр, я предлагаю вам то.., или это.., за жизнь моего отца"? Предупреждаю вас, его цена может оказаться той же, что назначил и я! 
Я почувствовала слабость. Я снова подумала об отце и представила себе его тело, раскачивающееся в петле. Я вспомнила мать и поняла, насколько дороги они мне и что я желала любви со стороны отца всю свою жизнь. Я хотела блистать в его глазах, хотела, чтобы он мог гордиться мной, а его безразличие совсем не изменило моих чувств к нему, скорее, оно заставило меня еще больше искать его одобрения. 
- Почему я должна верить вам? 
- Вы не можете быть уверенной, но вам придется попробовать! Как вы могли заметить, я не славлюсь добродетелью, но всегда плачу свои долги! Я считаю это делом своей чести! 
- Честь? Вы говорите о чести? 
- Относительной чести! У всех свое определение этого. Ну, что вы решили? 
Я молчала. Я не могла даже взглянуть на него, но знала, что обязана спасти отца. 
- В сумерки я пришлю за вами карету, - сказал он. - На следующее утро вы вернетесь домой, а через день уже уедете домой со своими родителями! 
Я оцепенела. Да, я молилась, чтобы Бог послал мне решение этой проблемы, и оно было мне предложено, но какой ценой!