Начать заново (СИ)

Мой взгляд приковала таинственная незнакомка, чей постамент и ноги поросли серебристым мхом, вокруг темным ковром лежали листья и еловые иголки. Место выглядело диким, но почему-то ощущалось некое присутствие. Кончики пальцев закололо, сообщая о разлитом колдовстве вокруг. Похоже это место было капищем или еще чем-то, куда забредают колдуны, либо лесной народ, в чьих жилах течет чистая магия.
Девушка приковывала взгляд, заставляя вглядываться в нее, желая увидеть больше. Уверена, если снять слой лесного покрова, то я увижу развивающееся одеяние, верхняя часть которого просматривалась при лунном свете, как и лицо. Длинные волосы обрамляли изящные черты, на лице полу улыбка, а во лбу выделялся лунный серп. Фигура девушки застыла в движение точно в танце ее превратили в камень, в руке она держала маску.
— Кто это? Селена? — догадалась я по знаку на лбу девушки.
— Мы зовем ее Амэ-но-Удзумэ, — голос Каира прозвучал эхом, точно пробуждая нечто древнее в этом месте, даже по коже прошлась волна мурашек, но я списала это на ветер, забравшийся под плащ. — фея Луны, богиня счастья, любви и радости. Считается родоначальницей? ритуальных танцев и основоположницей? театрального искусства в Мангольдии.
— Любопытно. — поежилась на осеннем ветру, обходя статую. Каир выглядел расслабленным и ждал пока я налюбуюсь на древнее изваяние. — Ты чинил дирижабль, чтобы показать мне статую? — удивилась я. Ни в коем разе не хочу обидеть скульптора, безусловно он мастер, но любовь к заброшенным фигурам в ночи меня мало вдохновляла.
Мужчина отлепился от камня и приложил палец к губам, намекая на тишину. Он загадочно посмотрел себе за спину и, взяв меня за руку, повел в глубь темного зева пещеры. От этого жеста почему-то внутри что-то сладко свернулось. Горячая ладонь контрастировала с моей холодной, делая ощущение особым. В этот момент я почувствовала себя ну точно лицеисткой, краснеющей от простых прикосновений. Мой внутренний критик одарил меня ментальной оплеухой. Ведь я пообещала себе не втягиваться слишком далеко в подобные игры. Вот только слишком… это насколько? Простые прикосновения не в счет?
— Каир. — прошептала я, когда полоса лунного света, что освещала поляну, осталась позади, а мрак поглотил наши фигуры. Но тишина была мне ответом. Мужчина не отреагировал, лишь крепче сжал ладонь, говоря этим, чтобы я доверилась и не нарушала «рекомендацию» к соблюдению тишины. Ну а что, собственно, остается, когда твой виз-а-ви притворяется иноком, взявшим обет молчания? Правильно, остается молчать.
Несмотря на романтические бредни, лезшие мне в голову, я не могла до конца расслабиться, а затем обнаружила, что мне становится тепло и ветер больше не кажется любопытно холодным. Воздух точно напитался влагой, как в термах и стал приятным, ласкающим. Даже волосы начали завиваться, как, бывало, на югах возле моря. Я даже поймала себя на том, что сняла шарф и расстегнула плащ.
Наконец темноту разрезали седые лучи света, освещающие огромный грот, возникший из-за поворота. Возможно, когда-то это был небольшой вулкан. По крайней мере отверстие наверху, открывающее яркий лик луны и невероятно ясное звездное небо, в которое уходили клубы пара, исходящие от воды, разлитой в сотах внутри грота, намекало на подобное происхождение.
Мы стояли за щерящимся ограждением скал, точно прятались от случайного зрителя. Из наплечной сумки мой провожатый достал плед в темную клетку и устроил его около одного из просветов, что образовывали треугольные неровные острые пики. Ситуация казалось почему-то забавной и не понятной. И на мое выражение Каир приподнял брови, улыбаясь одними губами. Такой же пантомимой я ответила и ему, пожав плечами, и обвела всю атмосферу глазами. На что мужчина выставил руки, говоря: «подожди, все будет», и указал взглядом на центр, освещаемый серебристым светом. Хитрый прищур стал ему ответом. Широким жестом он пригласил меня присесть, и мы принялись ждать, всматриваясь в странного вида атмосферу. Вот только чего?
Мужчина посмотрел на циферблат круглых ходиков на цепочке и как по его отсчету через минуту все звуки грота смолкли. Точно само время остановилось, разрезая реальность и миг. Лунный свет засветил ярче, озаряя прожектором небольшой круг воды. В воздухе разлился бурлящий привкус магии, как если бы ты напился газированной колокольчиковой воды, которую продавали в моем детстве в столице за пару шиллингов. Такая на вкус была магия чистой стихии. Она пьянила и вызывала ни с чем не сравнимый восторг и эйфорию. По коже побежали мурашки, защекотав руки, макушку, вздыбив короткие волоски на шее.
 
Я смотрела во все глаза затаив дыхание, как из лунного света соткался смутный силуэт, спустившийся с неба мерцающим сиянием на водяную гладь. Серебристые искры вычерчивали изящную фигуру в развевающемся одеянии. Длинные волосы в плавном танце будто под водой задвигались за созданием с искрящейся мириадами звезд кожей. Она то мерцала, то исчезала словно сон. Невесомые крылья мыльными разводами отряхнулись от лунного света. А затем девушка, засмеявшись звонким колокольчиком, запорхала с одной водяной «соты» на другую, оставляя задорные расходящиеся круги. За ней появилась еще одна и еще. И уже три создания чистой магии возносились и снова касались зеркальной поверхности. Клубы пара делали картину запредельной, точно с поволокой сна. Волшебные создания касались стен и на каменных поверхностях загорались голубые огоньки, пробужденные изящной рукой… кого? У меня возникла догадка. Но это было такой редкостью, что я боялась произнести слова вслух. Почему-то казалось, лишний звук разрушит волшебное видение, подсмотренное из реальности срединного мира.
Я не помню сколько длился их танец, но горячая ладонь Каира нашла мою и потянула в открытый проем. Мы выбрались из укрытия, когда каменный «зал» полнился голубоватыми огоньками. Один подлетел достаточно близко, мерцая, дразня. Я тронула его пальцем и поняла, что это вовсе не волшебные звезды, а светлячки!
Чарующие создания замерли на какое-то мгновение от нашего вторжения, а затем с бурлящим точно ручеек смехом подлетели к нам. Девушки оказались небольшого роста, наверное, с половину меня. Вблизи они выглядели еще прекраснее, мерцающие совершенной красотой не нашего мира. Они кружились вокруг нас, звенели чарующим смехом, невесомо трогали мои волосы, одежду. К Каиру они отнеслись с не меньшим любопытством, а затем резко упорхнули, возносясь по «лунной дороге» ввысь туда, откуда они пришли. На темном небе ослепительно вспыхнул их путь «упавшей звездой» и исчез. Серебристый свет сразу стал более тусклым, тени сгустились, но парящие голубые огоньки-светлячки от этого налились еще большим сиянием.
— Это Сильфы. — произнес в тишине мужчина, мягко улыбаясь. Мой устремленный взгляд ввысь, провожающий их переместился на его лицо. Похоже он тоже не остался в стороне от захватывающих сердце эмоций.
— Это невероятно! — с придыханием призналась. Ведь соприкоснуться с представителями стихий — стихиалиями, может не каждый. В учебниках по магии обычно выделялись четверо по кресту: горные гномы-духи — представители Земли, ундины, повелевающие Водой и саламандры, не горящие и порождающие Огонь существа. Сильфы были четвертыми — духами Воздуха. И все они не очень-то спешили взаимодействовать с людской расой. Я удивлена, что они вообще нас не прогнали.
— Говорят, если найдешь место, где танцуют духи стихий, то можно немного позаимствовать их волшебство.— подмигнул мне горец.
— Ты же маг огня, как и я. — улыбнулась ему, приподнимая бровь.
Мужчина неожиданно стал расстегивать пуговицы на рубашке, чем вверг меня в непреодолимый в ступор. Увидев оголившуюся гладкую грудь, я часто заморгала и признаюсь, растерялась.
— Что ты делаешь? — почему-то действие позабавило. В голове проскакала мысль, что Каир таким не хитрым способом решил меня соблазнить.
— Искупаемся? — лукавая улыбка и взгляд, берущий на «слабо» были фирменной карточкой Торренса.
— Как ты себе это представляешь? — в гроте было достаточно тепло, но ничего приличного для купания на мне не было. Коричневое исподнее, конечно, могло сойти за купальный костюм, но в целом назначение его было другим.