Начать заново (СИ)

— Марко! — включил свет Каир в мастерской, раздраженно отряхиваясь от мелкого осеннего дождя. — Скользкий морлок перенёс встречу! Пол часа его прождал! Да ещё и воняю… — он понюхал собственную одежду, а затем сморщился и принюхался уже к помещению. — А ты здесь что забыл? Подрался что ли? — смекнул он знакомый запах. Оглядел меня, но не нашел следов побоища.
— У меня возникло срочное дело. — отодвинулся я с прохода, пропуская брата к шкафу.
Каир вошёл внутрь и открыл резким движением створки платяного гиганта, бросив безразличный взгляд на диван. Девушка заставила его задержать взгляд.
— Опять она! — странная интонация в голосе брата удивила.
— Опять? — принялся трясти флаконом, чтобы со дна натекла полужидкая субстанция.
— Эта… — судя по лицу, Каир хотел добавить словцо позабористей, но сдержался, — подавальщица… окатила меня треклятым элем! Чтоб ее! — мужчина ещё раз раздраженно принюхался и стянул одежду, бросив на пол, не стесняясь женщины в комнате. Намочив тряпку из графина, быстро принялся обтирать живот и морщиться. От него разило выпивкой, точно он надрался вщепь. — У меня ещё одна встреча. Важная, к слову. И очень не кстати, чтобы несло дешевым пойлом. Что она тут делает? Напилась? Ты теперь привечаешь местных забулдыг? — брат закончил переодеваться, небрежно кинув одежду в корзину, и подошёл к девушке ближе, следя, как я мажу ей шею. — Нарвалась все-таки. — заключил он, застегивая пряжку ремня.
— Наемники. — бросил я, поморщившись, — Решили поразвлечься за ее счет.
— Дай угадаю, а ты проходил мимо? — с явным скепсисом вопросил брат, намекая, что я часто так навлекаю на свой зад неприятности. — Кто хоть?
— Клан Серпа. Повезло, что успел.
— Понятно. Не повезло ей. Или повезло? — почесал он двухдневную щетину и надел запасную куртку. — Что теперь? Ждёшь, когда очнётся, чтобы получить приз? — криво усмехнулся Каир.
Я улыбнулся его мыслям, но отрицательно помотал головой.
— Она не такая.
— Разве ты умеешь читать женщин по ладони? — вспомнил он старую цыганскую присказку, которая на самом деле была правдой… цыгане действительно обладали особой магией, от которой хотелось многим откреститься. Но если уж перст судьбы выпал — неси и молись перворождённой Кали, чтобы не дала сойти с ума под грузом дара.
— Она моя соседка. Снимает комнату рядом уже месяц.
— Вот как. — поднял он чуть брови и резко потеряв ко всей этой ситуации интерес, повернулся, открывая дверь. — Что ж, братец, ты тут любуйся на спящую красавицу, а я предпочитаю бодрствующих женщин.
— Кто на этот раз? — поинтересовался очередным увлечением Каира.
— Может, помнишь баронессу Лиран.
— С приема? Она вроде ехала в столицу. — припоминал я события минувших дней.
— Волею судеб проезжает через наш славный городок. — поэтично отозвался Каир.
— Эрданэт в другой стороне. — хмыкнул я на очевидный крюк женщины.
Брат оскалился, давая понять, что все продумано и баронесса сделала такой выверт из Чой-Бланса — курорта с горячими источниками, в Хан-Илай ради любовника.
— Что ж, удачи.
— Она мне без надобности. — сделал небрежный жест рукой, прощаясь и закрыл дверь.
Айрис Вайос
Утро началось неприятно и неудобно. Шея затекла и жалилась, точно меня отхлестали сочной летней крапивой. А бедро неприятно заныло болью, когда с кряхтением дряхлой старушки я уселась на потертую жестковатую мебель. Ну точно ящики вчера разгружала в порту.
Я не приятно поморщилась, натужно сглатывая. Но больше всего меня поразило, что потолок и обстановка, кроме парня, кажется, напоминающего моего соседа, была не знакомой. Торренс сидел за столом и спал, положив голову на сложенные на столе руки. От моего движения и шороха, он вздрогнул и поднял заспанное лицо с прилепившемся краем листа к щеке. Сонно заморгал.
— Доброе утро! — пробормотал он и, отлепив от щеки листок, протер ладонями лицо. А я приложила руку к горлу и хрипло вымолвила:
— Утра.
— Болит? — кивнул он на саднящую шею.
 
— Жжется аки крапивой отхлестали. — призналась я и замолчала. Мы какое-то мгновение рассматривали друг друга, а потом он быстро встал и засуетился, убирая разложенные бумаги со стола в ящик.
— Ты вчера вмешался… — спросила-утвердила я, горло отдало не приятным терзанием, но терпимо. — Как ты…?
— Случайно. Но вот у меня вопрос, что там делала ты в ночной час? — Марко перестал суетиться и оперся бедрами о передний край стола, сложив руки на груди. Светлые глаза выражали некую претензию. Стало не удобно. Что случилось, я, честно говоря, помнила смутно.
— Я работаю на постоялом дворе неподалеку.
— «Старый брег»? — выказал он осведомление.
Пришлось кивнуть. Чувствовала себя странно.
— И кем?
— Ты меня отчитываешь? — выгнула бровь на его тон, точно я его кровная сестра. Хотя с Марко мы просто по-соседски здоровались и иногда пили чай на маленькой совместной кухоньке. Какие тут братские отношения?
— Вовсе нет. Но, Айрис, работать с орками в трактире чревато. Почему не булочная, в конце концов? — спросил меня сосед. В его голосе слышалось искреннее непонимание.
— Меня никто не берет, потому что плохо знаю язык, Марко! — ответила резче, чем хотелось, — Может, ты не заметил, но мы говорим на дэрнском. — я сложила руки на его манер и увидела развороченный ворот. Невольное удивление отразилось на моем лице, точно вчерашний вечер был дурным сном или видением. Почему-то только сейчас до меня дошло, что со мной произошло и, что бы было, не явись тогда горец. К горлу подкатил неприятный ком, в голове замелькали картинки. Вспомнились и грязные рожи, угрозы, и то, как здоровенный бугай грубо рванул ворот и прижал горло, но страшнее был тот момент, когда я поняла, что магия не откликается, и это ощущение беспомощности… я позорно всхлипнула, отворачиваясь. Только бы не расплакаться! Единый!
— Айрис! — тут же подсел на тесный диван Марко, обнимая меня за плечи.
Только не это! Мне не нужна была его жалость!
— Только не надо жалости, Марко! — сжала я кулаки от собственной слабости.
— Ну что ты, я просто хотел сказать, что если бы ты попросила, то я бы помог тебе устроиться.
Я вытерла нервные слезы пережитого и очень не по-дамски шмыгнула носом. Терпеть не могла истерики.
— Куда? — я сама понимала, что это очень вряд ли.
— Да хоть сюда. — сказал горец, протягивая мне белый платок с трогательной синей вышивкой «Т» в уголке. Откуда только взял? Вряд ли мой сосед вышивает по ночам для успокоения нервов.
— А где мы? — окинула взглядом комнату, но ничего не поняла. Стояли стеллажи с папками. Просто кабинет.
— Это гончарная мастерская моего… дяди. — улыбнулся сосед крепкими белыми зубами. — Пойдем, я покажу. — внезапно мужчина взял меня за руку. После последних событий мне захотелось отдернуть ее, но это выглядело бы не уважительно. И я позволила подобный жест. Все же он спас мне жизнь.
Мы вышли в небольшое помещение, где стояли грубо сколоченные полки с изделиями из разноцветной глины. Терракотовые горшки, вазы, сажевые чашки и наборы для дома, разнокалиберные блюда и миски-салатницы, фигурки животных, населяющих просторы Геи и гольдские духи. По центру стоял стол, на котором, собственно, и происходило мастерство, сбоку гончарный круг, а в углу стояла остывшая печь. Не успели мы войти, как я услышала тихие шаги и в комнату вошел взрослый невысокий мужчина с раскосыми темными глазами. Волос его был седой цвета перца с солью и завязан на затылке в аккуратный воинский пучок, а более темные контрастные брови чуть поехали наверх, выражая удивление неожиданному дуэту.
— Марко? — мягкий голос не выказал претензии или чего-то чрезмерного. Собственно, на месте господина я была бы, мягко сказать, в бешенстве, если бы застала в своей мастерской растрепанную девицу с помятым племянником, да еще и за ручку. Сейчас меня можно было принять даже за девушку из квартала «Алых лент». Какой позор!