Неопытный некромант (СИ)

Свою задачу на сегодня мы выполнили, поэтому можно возвращаться домой. Едва ли, после такой демонстрации силы, персы рискнут возобновить бомбардировку моего дома.
Из-за совершенно непрозрачного щита не было видно, что происходит сейчас с колдунищами, поэтому о результативности попаданий можно было лишь строить догадки.
- Уходим, - сказал я Нудному, а затем увидел поражённые лица, смотрящие на нас. - Чего смотрите так? Они атаковали мой дом - я отреагировал!
- Nobiscum Deus! - воскликнул тот воин, что указал мне на колдунов. - Nobiscum Deus!
Да-да, бог с вами…
Под восторженный рёв гарнизонных солдат, мы с Нудным покинули стену.
- Следуй за мной, - приказал я ему.
Гарнизонщики продолжали восторженно орать, потому что автоматы системы Калашникова работают наглядно и не допускают неправильного понимания результатов своей работы.
Нудной повесил автомат на плечо, сразу видно, что его тело прекрасно помнит, каково это - быть солдатом.
Дошли до дворца, где нам открылась картина небольшой разрухи: теперь понятно, куда полетела последняя серия кирпичей.
- Стратиг ждёт тебя, мастер, - сообщил взволнованный эконом Акакий, обнаружившийся в холле.
- Идём, - кивнул я.
Комнин, вместе с дочерью, находились в кабинете. Они стояли над схемой оборонительных рубежей города. В помещении также присутствовал командный состав и пять букеллариев.
- Почему я вынужден был тебя ждать? - процедил покрасневший лицом стратиг.
Он был взбешён, причём не мной, а кем-то ещё. Знает, что со мной лучше не портить отношения, поэтому выбирает выражения, но тон выдаёт форменное бешенство. С такими интонациями более уместны были матерные конструкции.
- Мой дом подвергся обстрелу, - пожал я плечами. - Поэтому пришлось передать привет персидским колдунам.
- Александр сказал, что ты пошёл останавливать камнепад, - вступила в разговор Анна.
- Да, - подтвердил я. - И Ариамен не досчитался пары-тройки своих колдунов. Едва ли они рискнут повторять свой невежливый жест.
- То есть, ты убил несколько колдунов? - для полной ясности уточнил Алексей.
- Да, можно и так сказать, - кивнул я. - Мог бы и больше, но среди них есть тёмный маг, владеющий особым заклинанием.
Колдуны, маги, волшебники - кому-то может показаться, что речь об одном и том же, но на деле есть существенная разница. Волшебников, например, просто не существует. Колдуны - это ритуальные маги. То есть это маги, сфокусировавшиеся на ритуалах, невольно упустив в своём образовании заклинания. А вот маги - это спецы, остро заточенные под заклинания. Кто-то разделяет две стези на чародеев, жрецов, волхвов и друидов, но всё это лишь различное соотношение заклинаний и ритуалов в выбранной ими школе. Также все эти весьма условные стези делятся на подразделы, фокусирующиеся на чём-то своём. Ну, так было написано в одной умной книжке.
А волшебство - это чудеса на ровном месте, просто так, без дачи чего-то взамен. Но закон сохранения энергии неумолим и неотвратим: из ниоткуда энергия не появляется, и никуда она не девается, но переходит в иную форму. Волшебство, в той трактовке, которую озвучил автор учебника по некромантии, это прямое противоречие закону сохранения энергии, так как подразумевает «чудеса», которые возникают ниоткуда и, выполнив полезную работу, уходят в никуда.
- Значит, Ариамен притащил с собой всех своих магов? - спросил Алексей.
- Я не знаю, сколько их у него было изначально, но нескольких он лишился, - ответил я.
Любопытный момент: у Адрианополя официально нет своих магов. Вообще, магия здесь в серой зоне, как проституция в некоторых странах моего родного мира. То есть это порицается обществом, вроде как нельзя, но народные целители, точно обладающие сверхъестественными способностями, есть, берут за свои услуги много денег, но церковь осуждает и даже, когда совсем уж невтерпёж, разводит бучу, после которой Комнину приходится принимать меры. По этой причине официального штата придворных магов, которые могут устроить осаждающему город противнику сладкую жизнь, у Алексея нет.
 
Вообще, если верить словам разных опрошенных людей, в Византийской империи была особая ситуация с магией. Есть магия белая™, сертифицированная пентархией епископских престолов [15], а есть магия чёрная™, которую надо неустанно искоренять. И как-то само собой получилось, что представителями белой™ магии были те маги, которых держал при себе базилевс Юстиниан, а все остальные - это злобные и коварные чёрные™ маги. И категорию этих самых остальных представляли различные знахари, народные целители, не одобренные пентархией прорицатели и так далее. То есть у государства, в лице Юстиниана, была монополия на официальное использование людей со сверхспособностями, читай магов, что логично и понятно.
А вот зороастрийцы, такие как сатрап Ариамен, не имеют предубеждений по поводу сверхъестественных способностей, поэтому у них возникла новая социальная лестница, по которой может взойти любой обнаруженный маг. Каста магов существовала в зороастризме и до этого, но появление реальных магов, людей, которые могут делать необъяснимые и сверхъестественные вещи, вдохнуло новую жизнь в эту древнюю религию. Тусовка магов зороастрийцев - это уважаемая каста, самая богатая и дохрена себе позволяющая. Маги в Персии влияли на политику, причём настолько, что аж сам шахиншах Хосров I был магом и весь его госаппарат формировался из магов. Базилевс Юстиниан тоже был магом, но терпел других магов только под неусыпным личным контролем, допуская их существование лишь при условии сжатия их яиц в собственных руках, если выражаться фигурально.
Эта предыстория и обусловила нынешнее положение дел: у Алексея нет штата магов, а у Ариамена есть.
Только важно помнить, что маги не всесильны. Вот этот камнепад на мой дом - это сложный и энергозатратный ритуал, единственное применение которого возможно только в весьма ограниченных условиях и недолго. Дорого, тяжело, не так эффективно, как хотелось бы - вот в чём проблема любой магии. По-настоящему крутые колдунища сами не желают связываться со всякой ерундой, типа войн и конфликтов, поэтому в распоряжении сатрапа, максимум, середнячки, которые могут не так много. Но зато у Алексея есть только я и Эстрид, далеко не самые крутые маги. И как будто этого было мало, мы ещё и некроманты, то есть никогда не сможем бросать во врагов файерболы или куски породы…
- Это отличная новость, - произнёс чуть успокоившийся Алексей. - Это значит, что они не решатся на немедленный штурм.
- А зачем тебе нужен я? - решил я задать особо актуальный вопрос.
- Мне нужны мои люди, - произнёс Комнин.
- Тут это… - заговорил я, чувствуя себя неловко. - Торгнир погиб при обстреле камнями.
- Что?! - выпучил глаза стратиг. - Торгнир?!
- Это печальная случайность, - вздохнул я. - Камень упал прямо ему на голову. Спасти его было невозможно. И поднять нельзя.
- Проклятье… Мой букелларий… - стратиг очень расстроился, а затем вскинулся. - Он был под твоей ответственностью!
Торгнир, по его же словам, готовился к стезе воина с младых ногтей. Исландия - суровый край, где есть только камни, немного леса и дохрена рыбы. С юности он участвовал в набегах на Британию, в ходе чего стал выдающимся воином. Потом судьба завела его в Константинополь, где он завёл знакомство с Алексеем Комниным, собиравшимся в поход на Балканы. Поэтому Комнин знает Торгнира очень давно и потеря его - это тяжёлый удар.
- Я понимаю, - покивал я.
- Нам нужна компенсация, - вновь вмешалась Анна. - Следующие восемь гвардейцев ты предоставишь бесплатно.
- Торгнир стоил десятерых! - воскликнул стратиг.
- Хорошо, десять, - не стал я спорить. - И я верну Емельяна и Кастора. Как оказалось, их тренировки малоэффективны.
- Они недостаточно хороши для тебя? - начал вскипать Алексей.
- Дело не в этом, - покачал я головой. - Просто мои немёртвые плохо поддаются обучению. Интеллект слишком низкий - думаю, всё дело в этом.