Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 7 (СИ)

Я выдернул ремень из джинсов.
— Давай руки.
Обмотав ему запястья так, чтобы он мог выбраться, я вытянул КГБшника из машины.
— Мы договаривались, — пробурчал Фурсов. — Ты говорил, что я…
— Тихо. Молчи, если не хочешь, чтобы все пошло псу под хвост.
Я повел Волкова к машине Фомина. Что ж, обстоятельства изменились, и теперь пришлось под них подстраиваться. К счастью, я неплохо умел это делать.
Вадик повел девчонку к нам. Он поддерживал ее за локоть. Девушка же казалась совершенно отстраненной. Создавалось впечатление, что ей плевать как на себя, так и на все, что с ней происходит.
Мужик, названный Вадиком, глянул на путы Волкова, когда мы приблизились.
— Я буду за ним приглядывать, — сказал он очень низким, глубоким голосом.
— А я за ней.
Когда мы обменялись и пошли в машины, я заметил, как заплетаются ноги девушки. Усадив ее в машину, сам я сел за руль, рядом с Фимой.
— Так че? Я заложником не буду? — Спросил он удивленно.
— Нет. Планы изменились.
— Понял, — кивнул Фима.
По договоренности Фомин ехал первым, а мы за ним. Когда к кортежу присоединятся наши люди, меняемся местами, и в голове еду уже я. Правда, я знал, что до этого не дойдет.
Волга Фомина тронулась и вышла на проезжую часть, медленно покатилась по дороге. Фима торопливо завел БМВ и погнал следом.
— Мужики, — уже не прячась от Фомина, начал Фурсов с заднего сидения, — да она под кайфом. Вон, не реагирует ни на что.
— Я догадался, — кивнул я. — Фомин сказал, это его дочь, но солгал.
— У него и правда есть дочь, — кивнул Фурсов. — Но я никогда ее не видел.
— Это не она.
— То есть, он накачал девчонку наркотой, чтобы просто пустить нам пыль в глаза? Неужели думал, что мы не догадаемся?
— Нет, он понимал, что догадаемся. Он что-то задумал. Хочет обмануть.
— И что будем делать? — Нахмурил брови Фурсов.
— Идти по плану. Города он не покинет.
Мы ехали по Кирова, и прямо перед поворотом в маленький переулок Чичерина, следовавшая оттуда девятка не пропустила москвич на главной и слабо хлопнула его в бочину, перегородив движение. Волга тут же дала по тормозам, застыв перед ними.
Из столкнувшихся машин выбрались два обороновца в штатском и стали ругаться друг с другом. Это был первый этап моего плана.
Из волги тут же вышел Вадик. Пошел к мужикам. Мы остановились за волгой. А за нами уже начала расти небольшая пробка.
— Какого х#я ты творишь⁈ — орал один обороновец на другого.
— Да извиняй, брат, не заметил я, отвлекся че-то!
Вадим подошел к ним и стал крыть матом обоих, мол, растаскивайте свои колымаги, как хотите. В этот момент я тоже к ним подоспел.
— Не заводится, — пожал плечами водитель москвича, по имени Лёня, который сел в машину, попробовал запустить зажигание.
Колымага была с дохлым аккумулятором, разгоняли ее ребята с толкача, и теперь она точно никуда не поедет.
— Чего такое? — Приблизился я.
— Эти двое м#даков перегородили всю дорогу, — надул ноздри Вадим.
— Че? Никак? — Спросил я
— Не, — пожал плечами Лёня.
— А у меня антифриз течет, — второй обороновец по имени Андрюха, показал залитый тосолом мотор. — Видать, патрубок лопнул.
— Сука, — прошипле Вадим.
— Ничего. Объедим, — пожал я плечами. — Вон там, по Чичерина. Крюк будет небольшой. Оттуда уже выберемся на Советской Армии.
Вадим наградил меня злобным взглядом и пошел обратно, к машине. Волга тронулась, заворачивая на Чичерина. Работать нужно было быстро. Я понимал, что Фомин уже начинает что-то подозревать, потому нельзя было дать ему опомниться.
Чичерина была выбрана нами на зря. Дорога тут была гравийная и извилистая. По обе стороны стояли старенькие хатенки. Это позже, в нулевые, землю тут скупят состоятельные армавирцы, и на этом месте вырастут дорогие частные дома. Сейчас же жили тут преимущественно пенсионеры, которые точно не сунутся в заварушку, если уж что-то начнется. А началось скоро.
Не проехала Волга и трехсот метров, как началась стрельба. Стреляли в салоне. Волга резко завернула и ушла в кювет. Съехав с дороги, она оказалась колесом в неглубоком ливневом рву.
  
Все трое мы выбрались из БМВ и метнулись к машине Фомина. Поравнявшись с водительским местом, я увидел Вадима. Лицо его покраснело, на шее остался кровавый след.
Заглянув в салон, на заднем я увидел Фомина и Волкова. Последний уже душил генерала острой струной, которую тот, видимо, забрал из вещей Нерона. Фомин хрипел и хватался за горло посиневшими пальцами. Очки он потерял, а лицо генералу просто разбили в кровь. Спустя полсекунды, генерал обмяк.
— Готов, — выдохнул Волков расслабляясь. — Готов, сукин сын.
— Нифига себе, — удивился Фима, осматривая тело Вадика. — А дед-то могет…
— Я увезу их, — сказал Волков, пересаживаясь за руль — увезу и избавлюсь от машины с этими двоими.
— Я помогу, — вдруг встрял Фурсов.
— Нет, я сам, — возразил Волков. — Свидетели мне не нужны. Витя, — он обратился ко мне. — Ты меня никогда не видел. Мы с тобой…
— Не знакомы и никогда не встречались, — докончил я за Волковым.
Старый КГБшник поджал губы.
— Прости, что сомневался в тебе. Я думал, у тебя не выйдет. Думал, Фомин раскусит тебя еще до того, как войдет в двери Пальмиры.
— План был бесхитростным, — признался я с улыбкой. — самая важная борьба прошла тут.
Я тронул висок.
— Нужно было убедить Фомина, что ему ничего не угрожает, — продолжил я. И признаюсь, ты помог мне своей выходкой.
— Прости, что доставил тебе хлопот с Нероном, — отвел взгляд старик.
— Он пригодился бы, если б не сработал первоначальный план. Но теперь уже нет никакой разницы.
— Понял, — строго сказал Волков. — И все же, спасибо. Я не думал, что ты справишься. Ошибался в тебе. Недооценивал. Думал, что ты не сможешь перехитрить Фомина. Теперь я вижу, что ошибался. Жаль, что мы с тобой познакомились при таких скорбных обстоятельствах. Думаю, будь все иначе, мы стали бы неплохими друзьями.
— Возможно, — согласился я.
— Я все равно поеду, — настаивал Фурсов. — Их тут двое, ты один не справишься быстро. А все нужно сделать оперативно. Если Фомин не выйдет на связь, его люди поедут искать старика.
— Это я беру на себя, — сказал я холодно.
— Вот, — Волков достал из машины и сунул мне кожаный саквояж Фомина. — Пусть у тебя будет козырь, перед ними.
— Спасибо.
— А что с девчонкой? — Нахмурил брови Фурсов.
— Подожду, пока отойдет. А там уже посмотрим, куда ее девать, — пожал я плечами.
Фурсов кивнул. Протянул мне руку.
— Ну что, привет, новая жизнь, — с горечью в голосе сказал он.
— Жизнь будет не сахар, — ответил я, пожимая крепкую ладонь уже бывшего ФСКшника.
— Еще как не сахар, — признался он. — Но она, по крайней мере, будет. Останься я верен Фомину, точно не дожил бы до конца недели. А теперь у меня есть шанс. Черт возьми, а жить-то все равно хочется… Как ни крути, хочется… Да только по-другому, по-новому. Если б не ты, Витя, наверное, и нового шанса у меня не появилось бы…
— Ладно. Езжайте, — я глянул на часы, — времени мало. Мне нужно успеть к людям Фомина.
Когда Волков с Фурсовым уехали, мы вернулись на Кирова. Там машину уже растащили, и оба обороновца получили от меня по паре генеральских косых зелени за риск. Все же, они согласились помочь и подставить под удар свои машины. Компенсация, конечно, не заставила себя долго ждать.
Корзуна со Степанычем я подобрал у Пальмиры и все вместе мы отправились за город.
* * *
Большой «Гранд Чероки» стоял у старой неработающей заправки. Под синим козырьком, автоматы из-под которого давно демонтировали, гулял ветр. Слепые, зарешеченные окна кассы глядели темнотой.
Ваня Черноусов, офицер, в звании старшего лейтенанта и по совместительству командир группы, которую взял с собой Фомин, сонно потянулся.
— Что-то они долго, — пробурчал Витя Мазин, глядя на серое полотно дороги, тянущееся в поселок Заветный, что развернулся сразу под Армавиром.