Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 7 (СИ)

— И в мыслях не было, — холодным тоном ответил я.
Нерон схватил меня сзади за воротник. Я почувствовал дуло пистолета, упершееся в спину.
— Двигай давай. К машине.
Мы вышли из квартиры и стали спускаться по лестнице. Меня вели первым, следом шел Нерон, держа меня на мушке. Учитель топал в арьергарде.
Погодка была, скажем прямо, не очень. Завывал мерзкий осенний ветер. Он клонил верхушки тополей и каштанов, растущих во дворе, носил опавшую листву. Неприятная мелкая морось, шедшая наискось, кусала лицо и шею.
Мы направились к машинам, припаркованным у стены дома. Была тут уже знакомая мне Вольво, ну, а рядом стоял старый москвич, на котором меня и взяли. Вопреки моим ожиданиям, они почему-то направились к Вольво.
Учитель открыл мне пассажирскую дверь.
— Поедешь сзади. Нерон, ты рядом с ним. Держи козла на мушке.
Я сел в машину, Нерон примостился рядом. Пистолет он держал направленным на меня. Когда здоровенный Учитель втиснулся на водительское и завел двигатель, мы почти сразу двинули с места.
— Где будет передача? — Спросил Нерон.
— Хутор Северный. Там у моего друга дача, туда же приедут ребята из военной разведки.
— Учитель, знаешь, куда ехать?
— Откуда? Я, мля, в городе всего три дня.
— Ну тогда веди, — Нерон кивнул на меня ПМом. — И смотри, чтобы без глупостей. Если у меня хоть тень сомнения возникнет, я тебя пристрелю, не мешкая. Понял?
— Не сомневаюсь, — сухо ответил я. — Ты ж у нас парень скорый на расправу. А?
Нерон ничего не ответил, а только помрачнел. Спустя несколько мгновений молчания, наконец сказал:
— Поговори мне тут. Будешь пасть раскрывать, только когда тебя спрашивают, понял?
Я заглянул ему в глаза. Так мы и застыли на несколько секунд, играя в гляделки.
— Нам надо двигать через Заветный, — ответил я. — Выехать на Армавир-Отрадная. Дальше по трассе километров пятнадцать. Я скажу, где свернуть.
Все это я проговорил, не сводя глаз со злого лица Нерона. Потом я заглянул в зеркало заднего вида. С него на меня уставился уже Учитель.
— Надеюсь, хоть до выезда из города ты доехать сможешь?
— Поговори мне еще, Летов, — пробурчал Учитель.
Мы двинулись по городу. Ехали в гробовом молчании. Неприятно саднили путы, натершие кожу. Побаливали ребра. Однако я старался не обращать внимания на боль. Нужно было придумать, как выпутаться, ведь вести бандитов к настоящей даче Степаныча у меня и в мыслях не было. Если я не стану действовать, в дороге меня просто убьют. Поймут, что я вожу их за нос, и прикончат. Ну ладно. Где наша не пропадала?
Минут через десят мы уже ехали по активно строящемуся Заветному — поселку, считавшемуся близким пригородом Армавира. Место это облюбовали бизнесмены, бандиты, ну и цыгане. Строили они тут свои большие кирпичные и богатые дома в широких дворах. Ну а что? Город близко, земли тут много. Можно жить.
Сам не знаю, почему именно такие мысли пришли мне в голову сейчас. Считая их неуместными, я просто выбросил их из головы.
— Вот сука… — пробурчал Учитель.
С момента нашего отъезда это была первая фраза, которую он выкинул.
— Чего такое?
— Гайцы стоят. Суки, всех подряд тормозят. Видать, ловят, кто бухал.
— Пятница же, — буркнул Нерон.
Я подвинулся посмотреть между сидений, что там происходит. У заброшенной заправки, стаявшей у перекрестка с трассой М-4 стоял на гравийном пятачке наряд ГАИ. Недалеко от них, в рядок встретились автомобили, которые они уже успели остановить.
Перед нами шел москвич, который гаец поторопился остановить, показав ему жезл.
— И правда, всех без разбору, — сказал я ироничным тоном. — Ты б, Нерон, убрал бы пистолет. А то будут вопросы.
— Помалкивай, — зло рявкнул он в ответ.
— Ну как знаешь, — пожал я плечами и нахально улыбнулся.
— Летов дело говорит. Спрячь пока ствол, — пробурчал недовольно Учитель.
Нерон вздохнул, стянул олимпийку, сунул ее мне на колени, накрыв полами связанные рука, примостил под ней же и пистолет, направленный на меня.
Как мы и ожидали, гаишник остановил и нашу вольво.
  
— Младший лейтенант Мерзликин, — преставился он, когда Учитель опустил ему стекло своей двери. — Документы, пожалуйста.
Учитель оглянулся на Нерона. Сквозь окно задней двери я видел, как от этого движения напрягся гаец.
— На на, глянь, — Учитель сунул гаишнику свою ксиву. — Дело у нас. Государственной важности.
— Чего ты тут шебаршишь? — Прошептал мне Нерон, чувствуя, как я шевелю руками под курткой.
— Натерло, болит.
— Сиди смирно. Смирно сиди, говорю…
— Понял, — отступил гаец. — Счастливого пути.
Стекло двери водительского места со скрипом поехало вверх, а потом Учитель тронулся.
Гаишники пришлись как раз кстати. Остановка дала мне немного времени. Пока ФСКшники ослабили бдительность, я немного расслабил путы.
Резиновая жесткая плетка проводов, хоть и сильно натерла кожу, прекрасно скользила, и незаметными движениями я смог немного высвободить руки. Они все еще оставались связанными, но расстояние между кулаками увеличилось.
— Летов, если не прекратишь, я…
— Ты что? — Перебил я Нерона, — застрелишь меня?
— Коленку тебе прострелю, — зло ответил он, сорвав олимпийку с пистолета.
Потом ФСКшник упер ствол пистолета мне прямо в бедро.
— Дорогу показывать ты сможешь, а вот спесь я тебе собью, — зло прошипел Нерон.
— Да заткнитесь вы оба! — Нервно бросил Учитель. — Уже сил нет…
Он недоговорил. Нерон отвлекся на реплику своего подельника, бросил на него взгляд, ослабив внимание. Я тут же воспользовался этой возможностью: рванулся, набросил связанные руки на пистолет, дернул его себе под мышку. Продолжением движения стал сильный удар лбом прямо в нос Нерону.
Выстрелить тот не успел. Ствол выскользнул у него из руки и упал куда-то на коврик. Нерон откинулся, схватившись за лицо.
— Мля! — Крикнул Учитель обернувшись.
Он случайно дернул рулем, и машина, уже бегущая по трассе, на мгновение ушла на встречную полосу. Краем взгляда я видел фонари идущей навстречу машины.
— Мля! — Снова выдал Учитель и выровнял авто.
В следующий миг мимо нас промчался гудящий клаксоном Камаз.
Тут очухался Нерон. Он бросился было на меня, но получил короткий удар в уже разбитый нос. Хрустнуло, ФСКшник замычал, снова схватившись за лицо. Тут уже к нему кинулся я, прижал к двери. Мы стали бороться: я вцепился ему в горло, а Нерон схватил меня за одежду. Потом стал лезть руками в лицо, стараясь оттолкнуть.
Краем глаза я увидел, что Учитель сворачивает на обочину и одновременно старается вытянут из куртки пистолет.
Машина, достаточно не замедлевшись, цепанула обочину, а потом нас понесло. Колеса заскользили на скотской гравийке, учитель схватился за руль, матерясь и борясь с заносом.
Когда я почувствовал, что и руки Нерона тянутся к моему горлу, сделал то, что первым пришло на ум: уперся ему в кадык предплечьем, а потом понял, как могу избавиться от этого му#ока. Я потянулся связанными руками к двери, щелкнул крючком открытия. Дверь распахнулась, и ФСКшник вывалился наружу наполовину. Когда под машиной бабахнуло, а саму вольво крутануло, он и вовсе выскользнул из салона, улетев куда-то в темноту.
За малым я тоже не вылетел из машины. Спасло меня то, что нога больно застряла между сидениями.
Машина сошла с дороги. Она проскользила по обочине, слетела с невысокой насыпи дороги и ушла в занос на травяной полосе, отделявшей трассу от насадки. Да так там и застыла, оставив за собой грязные колеи от колес.
— Сука, мля! — Крикнул Учитель и со злости ударил по рулю руками.
А я не терял времени. Быстро вполз на сидение, стал искать, куда же упал пистолет Нерона. Когда шарил связанными руками по коврику, почувствовал, как сильная рука вцепилась мне в куртку на спине.
— А ну, иди сюда, сучий потрох!
Я нащупал пистолет. Схватил его так, как он лег мне в руку, а потом позволил Учителю вытащить себя за одежду. Когда мы с ним оказались лицом к лицу, я редко выбросил связанные руки вперед, ударил его рукоятью пистолета в губы. Хрустнуло. Он дернулся, схватившись за рот. Сидевший в половину оборота, он отвернулся к рулю, стал покачиваться от боли.