Моя Оборона! Лихие 90-е. Том 7 (СИ)

— Я и сам знавал многих тамошних правоохранителей, когда служил, — возразил Волков. — Если уж тогда не нашлось никого надежного, то что говорить про сейчас?
— За спрос денег не берут. Все же, к какому-то логичному концу наше дело должно прийти.
— Единственным логичным концом я вижу… Конец Фомина, — проговорил Волков зловеще.
— Он в Краснодаре. Его не достать. Если только… — Я задумался.
— Если только что?
— Если только не выманить его. И с этим, вполне возможно, наш новый знакомый тоже поможет.
* * *
Нерон поправил на плече свою большую сумку. Осмотрелся, прислушался, не поднимается ли кто-нибудь на лестничную клетку. Когда убедился, что никого нет, позвонил в звонок.
Не сразу, но за обтянутой дермантином дверью послышались тяжелые шаги.
— Игра не стоит свеч, — прозвучал по-бычьи низкий голос с той стороны.
— Потому что нападающий проштрафился, — проговорил Нерон ответ на кодовую фразу.
За дверью прислушались. Спустя мгновение щелкнул замок, и Нерону открыли. Звякнула дверная цепь. Суровое лицо появилось в проеме. Внимательные, злые глаза окинули Неронова взглядом с ног до головы.
— Х#ево выглядишь, — пробасил здоровенный мужичина по имени Владислав.
— Ты тоже, Владик. Но в меня, хоть, стреляли. А ты всегда такой ходишь.
Грубое, даже несколько гротескное лицо оперативника искривилось в сдержанной улыбочке, и он открыл дверь. Запустил Нерона в съемную квартиру.
— Вот это дело, — осмотрел Нерон поплывшие грязно-желтые обои. — Не то что та халупа, которую снял нам Фурсов. Ты когда приехал, Учитель?
— Сегодня утром, — бросил через плечо здоровяк, направляясь в единственную комнату квартиры. — Осваиваюсь тут, по чуть-чуть.
Владислав Пасечников с позывным Учитель, капитан спецназа КГБ, а теперь ФСК, был велик телом. Высокий, широкоплечий и полноватый, он носил футболку с косым воротником, натянутую в плечах могучими мышцами, и широкие джинсы.
Узнав о том, что случилось с Фурсовым, генерал направил Учителя в город, на подмогу. Неронов знал, что если раньше, в паре с Фуросвым, они должны были действовать, в большей степени как оперативки, то у Пасечников была совсем другая задача.
Уж кто-кто, а оперативник из него был хреновый. Слишком узнаваемая, слишком бросающаяся в глаза внешность серьезно помешала бы такой работе. Однако для другой, «грязной» работы, этот человек подходил как нельзя лучше.
Неронов чувствовал облегчение оттого, что приказ генерала придется выполнять не одному ему. По правде сказать, он даже надеялся, что в большей степени исполнит его именно Учитель.
Да, Нерон не гнушался убийств. Его искалеченный в горниле афганской войны разум подсказывал, что смерть врага — самый надежный способ выполнить задачу. К его несчастью, с развалом страны внутренние моральные рамки Нерона стерлись. Если раньше было ясно, кто тут свой, кто чужой, то девяностые все перемешали. Бывшие советские граждане теперь резали друг друга в Чечне, в Азербайджане и Армении. В Грузии и Казахстане шла скрытая гражданская война. И Неронов по долгу службы видел все это собственными глазами. Теперь «своими» для него стал лишь небольшой круг силовиков. И Учитель состоял в этом кругу.
— Ну что, — сказал Учитель, роясь в своей сумке, — докладывай. Чего у нас по оперативной обстановке?
— Обстановка, прямо скажем, хреновая, — проговорил Нерон, бросив свой багаж на пол и присаживаясь на табурет, стоявший в коридорчике.
Учитель, занятый поисками, по-видимому, чего-то важного, только вопросительно промычал:
— М-м-м-м?
— Компромат у Волкова. Волков спелся с неким Летовым. Ну тем, у которого мы телку похищали.
— Похитители, мля, — хмыкнул Учитель и выпрямился.
Нерон увидел, как гигант держит в руках бутылку водки «Вайт Игл», а потом почувствовал, как во рту скапливается слюна.
«М-да… — Подумал он, — сейчас бы не помешало очистить голову хорошей водочкой».
— Короче так. Пойдем на кухню, — сказал Учитель, возвращаясь к Нерону. — Сейчас хряпнем для бодрости. Все расскажешь. В подробностях.
  
— А закусь?
— Рукавом, — Учитель показал в улыбке многочисленные серебряные и золотые коронки на зубах.
ФСКшники переместились за небольшой столик, стоявший у подоконника. Нерон поморщился от боли, присаживаясь.
— Шеф говорил, ранили тебя.
— Ага.
Нерон задрал свитер, показал Учителю свежую повязку на боку.
— Ничего. Жить буду.
— Работу выполнять сможешь?
— А куда ж деваться? — Грустновато покивал Нерон.
После этого он кратко пересказал Учителю всю цепь событий с самого приезда их с Фурсовым в город. Причем рассказывал он всю правду. Включая, даже рассказ о том, как нанял он Черемушкинских, чтобы убили Фурсова. Однако и от себя кое-что добавил. Кое-что выдуманного, связанного как раз с Фурсовым.
— М-да… — Вздохнул Учитель. — Что-то твоя самодеятельность вышла всем боком.
— Да при чём тут я? — Покачал головой Нерон. — Фурсов это. Я ж докладывал генералу…
— Да-да. Он говорил, — отмахнулся Учитель. — Фурсов спелся с Волковым. Навел его на тебя, ну и попытался устранить руками этой старой собаки.
Услышав собственную ложь, Нерон лишь на миг спрятал от Учителя взгляд: отвел глаза.
— Да только откуда у тебя такая уверенность в том, что Фурсов с Волковым заодно?
— Так они раскрыли себя, перед тем, как в меня стрелять, — пожал плечами Нерон. — Я ж передавал генералу.
— Ну да, ну да… С другой стороны, мотив у Фурсова есть, — задумался Учитель. — Все же, до Афгана он служил под началом Волкова. Ну и думаешь, догадался, что шеф послал его в город, чтобы просто убрать где-нибудь подальше от Краснодара?
— Да. Думаю, догадался, — покивал серьезно Нерон.
— Ну, распоряжения у меня насчет Фурсова однозначные. Генерал приказал убрать его. Подстроить все так, будто прикончили его местные братки. Да только он сейчас у этого Летова. Сидит где-то в застенках.
— Компромат тоже у Летова, — поддакнул Нерон.
— Значит, цель у нас одна.
— Да. У меня есть идея, как мы поступим.
— Стой-ка, стой-ка, — поднял могучую руку Учитель. — Как это «мы»? Мне светиться не велено. Оперативную часть работы ты проделаешь сам. Я должен только докончить дело. Все. Ты все разнюхиваешь, я устраняю цели.
— Цели? — Удивился Нерон.
— Шеф приказал убрать Летова и Волкова тоже. Про эту Оборону я справки навел. Сойдут они за ОПГ, на которую можно спихнуть смерть старика и Фурсова. А Летов… Ну что ж, его гибель можно будет обосновать тем, что товарищ Фурсов доблестно защищался.
— Зря ты смеешься над мальцом, — покачал головой Нерон. — Летов сейчас как раз ключевая фигура. Не исключено, что он и компромат под охрану взял.
— Нет, Вася. Волков — мужик упрямый. А еще недоверчивый. Он по-любому припрятал компромат у себя.
— Я предлагаю так: взять Волкова нахрапом, ну и кого-нибудь из ближайших дружков Летова. Вынудим его выдать нам Фурсова, а заодно, если ты, все же прав, и компромат.
— Летов — тертый калач, не так он прост. Мы уже с Фурсовым его недооценили. Ну и что вышло? Нет. Я считаю, нужно брать самого Летова. И выдвинуть требования его дружкам. Есть у него несколько. Я разузнал. Руководят вместе с ним охранным предприятием.
Учитель не надолго задумался. Потом с хрустом открутил крышку с бутылки, разлил по грязноватым рюмкам, которые нашел в кухонном столе.
— Знаешь, где ихняя Оборона базируется?
— Да, — Нерон кивнул. — На границе с промзоной. Узнать это было несложно. У них объявления в газетах висят.
— Ну и хорошо. Ну! Будем!
Они чокнулись и опрокинули по стопке. Неронов скривился, когда беленькая обожгла горло. Учитель и бровью не повел. Даже не занюхал рюмку.
— Короче, в таком случае, организуй наблюдение. Выясни, когда Летов бывает в конторе. Где бывает Волков. Ну и выяви подходящее для операции время, — Учитель хлопнул в ладоши, — будем работать.