Собственность Дьявола. Право на семью (СИ)

— Твою мать… — выцеживаю сквозь зубы, ощущая на себе умелые теплые пальцы.
Машинально голову назад откидываю, прикрывая глаза. Чувствую, как её учащённое горячее дыхание щекочет извлечённый наружу член. Маша сжимает меня у самого основания. Тугим кольцом из ладони медленно ведет вверх-вниз. Скольжение влажного языка по раскаленной головке убивает. Она хочет с ней поиграть, а я в которой раз с катушек слетаю. Теряю связный ход мыслей, балансируя на грани безумия.
— Соси… — рычу, толкаясь членом между жарких губ. И она беспрекословно исполняет. Охотно раскрывает губы. Вбирает меня в рот. Стонем в унисон. Резкий выброс адреналина отзывается в теле дрожью.
Надавливая Маше на затылок, толкаюсь глубже, резче, быстрее, двигаюсь навстречу гостеприимному рту. По позвоночнику раскаленная лава слетает. Хо-р-р-о-шо... Блять, как же в ней хорошо. Это именно то, что мне нужно. Желание растянуть удовольствие всё громче и сильнее пульсирует в висках.
Соси, маленькая, соси… Моя девочка. Моя. Жадная. Горячая. Инициативная. Вся до последней клетки моя.
Кайфую от жара её губ. От жадного плена её рта. От влажных и пошлых звуков. От горячего тугого наслаждения, которое подводит к краю нашей пропасти. Придерживая её голову, проталкиваюсь ещё немного вперед, упираясь Маше в стенку горла. Она рефлекторно сглатывает и давится членом, вытаскивая из меня всю душу. Я буквально заставляю себя податься назад.
— Прости, — хриплю и тут же возвращаюсь обратно в горячий и влажный плен. Втянув глоток воздуха, Маша снова смыкает на мне губы. Когда тело с ног до головы прошибает невыносимым сладостным трепетом, я бурно, со стоном кончаю ей в рот. Она глотает и слизывает всё до последней капли. Проходится по пульсирующему стволу горячим языком. Содрогаюсь, переживая отголоски своего оргазма. Вздрагиваю от каждого её движения и скольжения. Горю желанием её целовать.
— Иди ко мне, — поднимая жену с колен, к груди прижимаю. Оба дышим надсадно. Сердца на разрыв колотятся. Чувства свои выражаю нежными, неторопливыми поцелуями в губы, в щеки, в глаза. Шепчу о том, как сильно её люблю. Маленькую, родную, единственную, неповторимую. Обмениваясь эмоциями, мы ещё долго стоим обнявшись, пока нашу идиллию не прерывают чьи-то чужие голоса.
Уловив в зябком воздухе запах табачного дыма, решаю перебраться с Машей в номер. В запасе до вылета осталось несколько часов. Уже завтра днём мы будем обнимать наших маленьких детей и радоваться тихому семейному счастью. Нууу.., почти тихому, если это можно так назвать в преддверии Нового года.
  
ЭПИЛОГ II 
 
Маша
— Я так понимаю, что на вчерашнем ужине в Риме твои сюрпризы не закончились, — говорю я мужу, рассматривая во дворе огромнейшую коробку, перетянутую пышным красным бантом.
— Правильно понимаешь, — соглашается Руслан, подводя меня к подарку.
Коробка уж слишком большая. Ну просто необъятная. Она не только выше меня! Она выше моего мужа! И мне кажется, я догадываюсь, что в ней сокрыто.
— Ты купил мне автомобиль? — едва сдерживаюсь, чтобы не броситься ему на шею с радостным визгом и поцелуями.
Божжже… Он сошел с ума! Он точно сошел с ума!
— Твой подарок на годовщину, малыш. Открывай.
Я прослеживаю, как муж достаёт из кармана пальто мобильный и включает камеру, а затем провоцирует моё ускорение шлепком по заднице. С тихим визгом я дергаю за бант. То, что случается секундой позже, приводит меня в сумасшедший восторг: упаковка самостоятельно раскрывается, являя моему затуманенному взору роскошный серебристый кроссовер. Около сотни красных «сердец» взлетают ввысь. Замерев, я отслеживаю движение воздушных шаров, чувствуя, как руки мужа обнимают меня со спины за талию и прижимают к его груди. Откидываю голову Руслану на плечо и с колотящимся в горле сердцем наблюдаю за тем, как летящие по небу шары превращаются в цепочку из маленьких красных точек.
— Ты же запретил мне водить... — находясь под сильнейшим впечатлением, я разворачиваюсь к нему лицом и целую в губы. — Рус… ты… ты передумал? Серьёзно? Передумал?
  
Не верю, что он разрешит мне кататься одной. После той аварии — это вряд ли. Как и обещал, приставит кого-то из парней.
— Передумаю после того, как покажу тебе мастер-класс по вождению, — приглушенно, с двойным подтекстом выдаёт Исаев, а затем игриво задевает кончиком носа мой нос. Я тут же воспламеняюсь, как спичка, вспоминая с какой сумасшедшей страстью мы занимались любовью в его машине. Это были незабываемые ощущения. После долгой разлуки все наши чувства обострились на максимум. Секс стал ярче и насыщенней. С Русом только так и не иначе! Когда приходит наше личное время, нас выбрасывает за пределы реальности. Ощущая острую потребность друг в друге, мы отдаемся на полную, без границ.
— И когда же мы приступим? — включаюсь в его игру, растягивая непроизвольную широкую улыбку. Обнимая ладонями мужа за шею, чувствую, как бешено бьется его пульс. — Хочу, чтобы ты меня как следует проинспектировал.
— Даже так? — хищно ухмыляется Руслан, обдавая своим теплым дыханием мои губы. Вижу, как дергается его кадык. Сама сглатываю, желая пройтись по нему языком и прикусить солоноватую кожу на острой вершинке. — Как только заедем в гараж, обязательно, по всем статьям, — срывается он на хрипловатый смех, подхватывая меня под ягодицы и усаживая к себе на живот. — Начнём с разворота в ограниченном пространстве. Согласна?
— С тобой я на всё согласна… — шепчу, застывая на муже влюблённым взглядом.
Впитываю в себя счастливое выражение его лица и сама плыву от счастья. Рассматриваю длинные ресницы, горящие любовью глаза, глубокую морщинку между бровей, чувственный рот, который обожаю целовать. Осознаю, что этого могло бы и не быть, если бы мы друг друга не простили. Если бы каждый остался со своей ненавистью в душе.
— Подарок изумительный, как и всё, что ты для меня делаешь, — добавляю, соединяя наши лбы и прикрывая глаза. — Спасибо тебе, родной…
Наслаждаюсь тем, как ладони Исаева беззастенчиво мнут мою задницу. Мы дышим учащённо. Сердца колотятся в унисон. Оба понимаем, что трахаться в гараже, когда в доме столько гостей — не вариант. Придётся довольствоваться спальней и ванной. А ведь мы ещё до бильярдной и бассейна не добрались! Хочется провести вечер в гостиной у камина на ворсистом ковре. Пошалить на кухне и в кабинете. Боже, столько возможностей нам пока не доступно. Поэтому мой любимый мужчина организовал поездку в Рим. Всего на сутки. Но этих суток нам хватило, чтобы насладиться друг другом после напряженных нелёгких дней. Последние недели у нас действительно выдались непростыми и насыщенными.
Как только всё утряслось с Лизой, случился обморок у бабушки Любы.
Реакция, конечно же, ожидаемая. Не каждый день к ней заявляются в гости «покойные» невестки, да ещё и с двумя готовыми внуками на руках. Учитывая тот факт, что старший сын с женой действительно погибли в автокатастрофе — моё воскрешение прошлось по ней катком. В тот день я сгорала от чувства вины и рыдала вместе с ней до глубокой ночи. Даже Русу было не под силу нас обеих успокоить.
У главы семьи Исаевых психика оказалась чуть покрепче, но после того, как дед взял на руки внуков и прижался к их макушкам губами, ему пришлось колоть успокоительное. Я снова увидела как плачут мужчины. Их слезы всегда трогают, ведь это случается так редко. На пике эмоций. Когда душа сворачивается в нервный комок от сильнейших переживаний.
«— Господи, ангелочки наши… Сынок? Маша? Как же так? Как же это? Янусичек, Ярочка…» — шептали они целый вечер, не отходя ни на минуту от наших детей. С тех пор в нашем доме поселился всеобщий хаос. Прибавилось ещё больше нянек и гостей. Рус, наконец, помирился с Шахом. У Миланы появилась возможность нас навещать. Всё постепенно начало налаживаться. Но ровно до того момента, как я узнала о болезни Геры.
Просто взглянула на его подарок и едва не осела на пол...
В футляре под изящными серьгами обнаружила документ: завещание на половину имущества Астафьева после его кончины. Меня, будто током прошило. Чтобы выяснить, зачем он это сделал, я сразу же его набрала. Но связаться с Георгием в тот день у меня не вышло.