Хозяйка магического экспресса (СИ)

— Гратта Хардисс, даже принимая во внимание наши с вами длительные и плодотворные отношения, я не могу сделать вам скидку, — Эндлер, высокий усатый торговец с вечно усталыми глазами, озвучивает мой приговор, не глядя на меня. Перекладывает свои списки, сортирует отчеты — лишь бы не смотреть мне в глаза. — Армелит в очередной раз подорожал. У меня осталось всего четыре тонны руды, которые я готов продать по старой цене. Так сказать по старой дружбе.
— Но этого едва хватит, чтобы добраться до соседнего мира! — я стараюсь держать себя в руках, но в голосе все равно прорезаются нотки отчаяния.
— Агата, — Эндлер откладывает документы и наконец-то смотрит на меня. С теплом и добротой, но все же я вижу в этом взгляде принятое решение: — я итак иду тебе на уступки, Доминион повысил налоги, армелит дорожает буквально каждый день, а у меня пять голодных ртов на руках. Забирай четыре тонны, поднимай расценки на перевозки, будет и тебе счастье.
Мне хочется возразить, может быть даже поскандалить. Но вбитые Мирандой манеры не позволяют мне окончательно выйти из себя — я лишь степенно киваю и ставлю магическую подпись на контракте.
— Спасибо, грат Эндлер, я ценю вашу доброту, — умудряюсь выдавить из себя положенную любезность и разворачиваюсь к выходу.
Торговец что-то бубнит про себя и отходит к старому допотопному почтовому передатчику. Бросает туда наш договор, что успокаивает меня — уже через пару минут на вокзале начнется загрузка купленной руды в хранилища «Торопыги».
— Судя по твоему лицу, мое отсутствие никак не улучшило условия сделки? — похоже, пока меня не было, былое благодушие вернулось к Маркусу.
— Да, — коротко бросаю я и сбегаю с крыльца.
Что-либо объяснять нет никакого желания, потому я лишь молча осматриваюсь по сторонам, прикидывая в уме мало-мальски дельный план.
— Всё так плохо? — Фаст с ободряющей улыбкой заглядывает мне в лицо.
— Да, моих денег хватило лишь на небольшую партию армелита. Он снова подорожал. Так что если хочешь, чтобы я доставила вас в чертову столицу, тебе все-таки придется раскошелиться, — я перестаю блуждать взглядом по улице и смотрю прямо в глаза Маркусу. Строго так смотрю, чтобы он проникся сложностью ситуации.
— К-хм, — он взъерошивает волосы на затылке и это его «к-хм» мне совсем не нравится. Не сулит ничего хорошего это его хмыканье. — Агата, тут такое дело, остальные мои деньги спрятаны в надежном месте, в Лобуларе, если быть точным, — и видя, как ошарашенно округляются мои глаза, он продолжает говорить быстро-быстро, будто бы пытаясь переключить мое внимание: — Но прежде чем ты начнешь злиться, у меня для тебя подарок! Я заметил, что ты себя во всем ограничиваешь. В соседней лавке увидел вот это и решил, что тебе понравится…
Он протягивает мне упакованный в шуршащую бумагу странный прямоугольник. В каком-то отупении я принимаю подарок и слегка надрываю обертку, чтобы узнать что это. Внутри оказывается магпланшет для рисования. Раньше я очень любила это дело, даже училась у наших пассажиров-художников. И всегда мечтала о таком приспособлении. Но постоянно откладывала покупку, потому что всегда находились более важные дела, куда уходили последние деньги. Деньги…
— Ты издеваешься? — я гневно замахиваюсь подарком на Фаст, и тот в шутливом испуге прикрывается рукой. — Ты вот сейчас серьезно, Маркус?! Мы еле концы с концами сводим, а ты тратишь последние империты на планшет?! Я себя во всем ограничиваю?! Так в этом и твоя заслуга!
Я луплю его по спине, плечам, вспоминая весь ужас нашего нищенского существования, когда он бросил «Торопыгу», прихватив практически все мои сбережения. Злобы во мне столько, что умей я вызывать пламя — сожгла бы весь город. Ни на грамм этот идиот не изменился — как был пустозвоном и любителем пустить пыль в глаза, так им и остался! Чувствуя, как кончики пальцев начинает покалывать от скопившейся силы, от желания прямо сейчас отправить Маркуса в межмировой вояж, я глубоко вдыхаю и пытаюсь успокоиться. Нельзя, нельзя слетать с катушек. У меня команда, Мири и Освальд. Теперь и малышка Розмари.
 
— Я как-то на другую реакцию рассчитывал, милая, — Фаст уворачивается от ударов и отпускает мне свою дежурную «обаяшку», а сам бросает мимолетный взгляд за мою спину.
В следующую же секунду меня хватают в охапку и затаскивают в переулок между двумя магазинами. От столь резкой смены обстановки и настроения Маркуса, я притихаю и даже вжимаю голову в плечи. Поднявшаяся волна магии застывает где-то на уровне солнечного сплетения, и я физически ощущаю недовольство своей силы. Будто это живое существо и ему не дали повеселиться.
Сам Фаст тем временем осторожно выглядывает на улицу и молчит. И эта тишина настолько напряженная, давящая, что я не выдерживаю:
— Если это такая попытка заткнуть меня, то она не удалась. Я все еще злюсь! — говорю я недовольным шепотом.
— Там наш старый знакомый, — только и бросает в ответ Маркус, — самая большая тварь из жердей, какая только может упасть нам на хвост.
— Командор Ремер, — не спрашиваю, утверждаю я. — Но нам нечего боятся, у меня все по документам чисто, а ты можешь полог невидимости накинуть.
— Я не за себя боюсь, за тебя. Надо уходить и быстро, — мои доводы пролетают мимо Маркуса, как новейший экспресс сквозь два десятка миров.
— Да чего ты так разнервничался? — хмурюсь я и всё-таки выглядываю из-за его плеча.
Через две торговые лавки от нас я вижу знакомые фигуры. Сам командор и два его приспешника. Они идут крайне медленно, выставив вперед руки в странных объемных перчатках, меж пальцев которых натянута сверкающая магией сеть.
— Что они делают? — я бросаю мимолетный взгляд на Фаста, который при этом пытается задвинуть меня за спину.
— Прощупывают нити пространства, ищут искажения, что оставляют после себя Скользящие. Именно так они вас ловят, Агата, — Маркус наконец-то отводит взгляд от приближающихся врагов и смотрит мне прямо в глаза, поражая тем, насколько сейчас сосредоточен и серьезен. — Именно так они вышли на Розмари и на мой поезд. Я сейчас проверю тот конец переулка и если все чисто — попробуем пробраться на вокзал дворами.
Я киваю, не в силах что-либо возразить. Не знала, что у жандармов появились такие артефакты и что теперь эти хранители равновесия опасны для меня как никогда.
Пока Фаст отходит в противоположную сторону, я продолжаю наблюдать за приближающимися жердями. И в какой-то момент окружающий меня мир наполняется зелеными бликами, а кое-где видны пятна пространственных разрывов. Сделай шаг — и нырнешь в межмирье.
— Ма-а-аркус, — жалобно тяну я, понимая, что это так и не успокоившаяся сила вышла из-под контроля.
Она выплескивается из меня волнами, которые расходятся от меня пока еще небольшими кругами. Не выходя за пределы переулка и не выдавая патрулю. Но я знаю, что скоро станет хуже. Вместе с нарастающей магией во мне разрастается и паника — рядом нет фуршуня, на которого я могла бы спросить переизбыток энергии. И на которого мы могли бы свалить возмущение в пространственном фоне.
— Агата! — Фаст подбегает ко мне и моментально понимает, что происходит. Хватает за ладони, а я в каком-то ступоре отмечаю, насколько они у меня маленькие, по сравнению с его. — Агата, — он притягивает меня к себе, одной рукой за подбородок задирает мое лицо и смотрит прямо в глаза. С холодным спокойствием смотрит, но я никак не могу перенять этот посыл. Во мне все бурлит и жаждет свободы. — Фуршунька, это все жерди, их артефакты. Ты попала под их влияние, вот твоя магия и сошла с ума. А теперь смотри мне в глаза и считай. Медленно и размеренно, как тебя учили в детстве.
Я киваю и начинаю вполголоса считать, сосредотачиваясь на этом действии и стараясь полностью отключиться от действительности. В глазах Маркуса я вижу свое отражение — бледная, с трясущимися губами и потемневшими от прилива силы глазами. И это ни черта не успокаивает! Что-то на улице привлекает внимание Фаст, и он всего на секунду разрывает наш зрительный контакт. Что служит спусковым крючком.