(Не) навижу Валентинов, босс!!! (СИ)

Какого хрена она это сделала? Денег было мало? А в ювелирном прям краснела от вида цен. Или может быть она вспоминала на какую сумму уже меня облапошила. Лживая тварь. Всё это время, я как последний лох в любви ей признавался, свадьбу планировал, которую она просила. Допланировался, теперь нужно планировать развод.
Я готов был орать в голос и бить всё что попадется на моём пути, а она стояла молча и только смотрела на меня как на последнего подонка. Ей нужно было стать актрисой, такой игры я не видел ни в одном театре.
Видимо поняв, что ей никто не поверит, она отвернулась от меня к Григорию и пафосным жестом вытянула свои руки вперёд. Тот сразу достал из кармана наручники, и застегнул их на её руках. Откуда он взял эти наручники я не знал, но мне сейчас было не до этого.
— Я вызвал наряд полиции, они уже должны быть здесь. Ты со мной или как? — спросил у меня друг, ведя девушку к дверям.
Я промолчал, и просто махнул головой. Пусть сам ведёт её, мне сейчас не до этого. Нужно деть куда-то свою ярость, иначе пробью её ещё по пути. Да и слушать её оправдания не могу, боюсь сорваться, и опять попасть под её чары.
Григорий меня понял, и молча открыл двери кабинета, забирая с собой ту, которая предала не только меня, но и моё детище. Лишь когда двери за ними закрылись, я услышал стук катившегося по полу кольца. Оно блестело в лучах солнца, и остановилось прям у моих ног. Я нагнулся, чтобы поднять ободок с пола, и сжал его в своей руке. Это было то самое кольцо, которое ещё сегодня утром сверкало на безымянном пальце Екатерины. Грудь сжало, и я сел за рабочий стол. Опять посмотрел на драгоценность и с содержанием выкинул в урну под столом. Так же само, эта девушка своим поступком выкинула мои чувства к ней.
Нужно было брать себя в руки и разгребать всё что она наделала. Григорий сам справиться с поездкой в участок, и открытием уголовного дела по статье. Мне же надо заниматься делами фирмы, и проверить все файлы на сохранность. Ключи доступа уже были у меня, поэтому я незамедлительно занялся этим. Ещё это был хороший способ отвлечься от своей боли, и выкинуть из головы образ той, что меня предала.
К вечеру я был выжат как лимон, учитывая что после прилёта даже не смог передохнуть. Зато меня, почти, не посещали мысли о Кати. Григорий так и не вернулся, только отправил мне сообщение, что он до сих пор в участке. Что там так долго делать, меня не посвятили, да я и не хотел знать.
Всё сотрудники ушли, и я закрылся у себя в кабинете, достав из мини бара бутылку коньяка. Бокалами даже не озаботился, нет смысла быть культурным, когда хочешь нажраться как свинья. Именно об этом я сейчас и мечтал, ведь постепенно ко мне возвращалось осознание всего что произошло за этот день. Я вспоминал все дни от того момента как я решил бороться за Екатерину, и не понимал, как я мог быть таким слепым. Давно ли она связалась с конкурентами, и хотела ли и дальше меня обманывать после того как я на ней женился? Наверное так и было, раз она не призналась мне сразу, может быть я её бы простил, но сейчас уже поздно что-то менять. Вселенная пошутила над мной очень изощрённо, развод которого я не хотел, теперь стал для меня самой желанной целью. Хорошо, что всё не успело зайти слишком далеко.
Вскоре, бутылка была опустошена подчистую, и я уже не соображал где реальность, а где выдумка моего сознания. Мне казалось, что ничего из происшедшего не было, и мы всё так же с малышкой были вместе. Она гладила меня по волосам и шептала слова любви, но после превращалась в моих руках в змею. Эта змея жалила меня прямо в сердце, а я не пытался сбежать.
— Ты живой?…Дурак, очнись! — из кошмара меня выдернул голос моего заместителя.
Я открыл глаза и зажмурился от яркого света. Голова нещадно болела, и во рту была маленькая пустыня.
— Краснов, ты что натворил? — опять пробасил друг, и в висках пульсация усилилась.
Тем не менее, мне пришлось возвращаться в реальность, чтобы понять, что он имел ввиду. Всё оказалось слишком банально: в кабинете стояла разруха, на полу валялись документы, а бутылка из под алкоголя лежала рядом с местом где я вчера отключился. Я вспомнил как крушил свой кабинет в ярости на Катю и в итоге выбился из сил и уснул на диване для посетителей. Сейчас, скорее всего, было ранее утро и рядом с местом моего пребывания стоял, злой как черт, Гриша.
 
— Очнулся, слава антивирусу. — тяжело выдохнул мой зам, и сел рядом со мной. К этому времени я смог поднять своё тело в более вертикальное положение.
Потирая руками лицо, я согнулся, и промычал слова приветствия. На мои потуги, он лишь невесело усмехнулся. Ну да, впринципе ничего смешного и я здесь не видел. Армагеддон, устроенный мною, добавлял в общую картину ещё больше грусти.
— Что с полицией? — спросил я о насущной теме.
Мне было интересно, как прошла его поездка с Екатериной в участок. А также, я признался себе в том, что хотел знать как она. Может начала оправдываться, может созналась. В любом случае, я понимал, что всё равно её люблю, и смогу простить ей даже это, если она попросит и сознаться. А вот если и дальше будет врать, то это точно конец.
— Пока молчит. — тихо и устало ответил он.
Значит шансов нету, она бы не стала молчать, если бы хотела признать свою вину. Ну что ж, тогда пора начать обрывать последнюю нить между нами.
— Достань мне её паспорт.
Глава 18
Екатерина
— …И нам в фуфаечке-ее
На этой паечке,
Нам целый срок ещё
Не до любви-ии! — натужно напевала я, сидя за решеткой местного отделения полиции.
Мои потуги уже третий час оценивали два полицая, и бомж, который сидел в углу, соседней со мной камеры. До чего же довели тебя любовь и мужики, Екатерина? Как я смогла оказаться в таком положении, ещё этим утром просыпаясь под поцелуи некогда дорогого шефа.
— Да захлопнись уже, уши вянут. — крикнул один из надзирателей, не выдержав всей глубины моего репертуара.
Не спрашивайте откуда этот репертуар взялся. У женщины должна быть изюминка, а у меня их хоть подавись.
— Чё злимся мальчики. Опять вас мама одинаково одела? — ответила я.
Мне уже терять нечего, поэтому можно и нахамить. Притом, что я их просила выдать мне телефон для законного звонка, а они жадины, не дали. Вот и я теперь им поспать на смене не дам. Всё равно что у самой уже гланды болят от таких маневров. Они это заслужили. Жалко Краснова здесь нет, я бы и ему спела от души.
Как вы поняли, с отцом я связаться не смогла, и понимала, что скоро наступит ночь, а я отсюда так и не вылезу. Прийдётся ночевать среди обшарпанных стен и не очень приятного запаха. В сон, кстати, клонило давно. Стресс давал о себе знать, и с этим ничего не поделаешь. Но я не была настроена задаваться так просто. Пережила допрос длиной в два часа — переживу и это.
— Давай ей рот заклеем? — спросил один у двруго мужика.
Я отстранено вслушивались в их диалог, продолжив свои заунылые песни. Мне было всё равно, что они будут делать. Мою душу разрывало на части из-за физиономии Валентина, которая никак не выходила из моей памяти. То, как он смотрел на меня перед тем, как его зам вывел моё тельце под белые ручки в наручниках, прямиком к бусику ментов. А ещё, под взгляды уже бывших коллег. Осуждающие, неверящие, победные: у каждого был разный.
Мой голос окончательно сорвался и под конец я захрипела. Дальше, кроме тихого писка, у меня ничего не выходило. В этот момент моя выдержка лопнула, и по щеке скатилась первая слеза. Всё это время, я терпела как могла, и вот плотину прорвало. После первой слезы, последовала вторая, и вот я уже рыдаю в полную силу. Хочется закричать, но голос пропал как по заказу. Хочется укрыться теплым одеялом и реветь без конца, но здесь нет даже подобия пледа. Много чего хочется, а особенно заехать с кулака по наглой роже “мужа”. Кольцо которого я выбросила в его кабинете. Это всё, на что хватало моей силы.
 
Вдоволь пожалев себя, я вырубилась под мерный храп соседа. Даже тот полицай, не смел больше говорить мне и слова. В его глазах я видела жалось в перемешку с презрением.